Сокрытое временем

Перес Юлианна Викторовна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

«Дневник», — написал Малдер первое слово и задумался. Раньше приходилось вести дневник по многим причинам. Сейчас же это были не просто заметки, а способ запомнить недавние события. Он переживал, что снова может что-то забыть. Бывший агент до этого несколько раз страдал амнезией: исчезновение сестры, сфабрикованные обвинения в убийстве. А теперь… Малдер сомневался, что это просто амнезия. Он боялся, что сходит с ума.

Дневник Фокса Малдера, 1990 год

«Газеты, телевидение, — все говорит о том, что сейчас 1990 год! А значит мне 29 лет. Этого не может быть! Я уже прожил 1990 год, так же как и последующие одиннадцать лет. Мне сорок один год. Я помню все прожитые годы: свою работу, борьбу, любимую женщину и сына. Последнее мое воспоминание перед провалом в памяти связано с письмом Скалли. Я находился в убежище у друга. Ночь выдалась холодной. Я проворочался в постели, вспоминая каждое слово из письма. Только с рассветом меня окутал сон. А затем — пустота. Сейчас у меня есть лишь одно подозрение: мое перемещение как-то связано с новым делом. Мы с Фрэнком задумывали удар по планам колонизаторов. Но в чем он заключался, и удалось ли нам его воплотить, я не могу вспомнить.

Два дня назад я очнулся в своей старой квартире. Обстановка, за исключением незначительных деталей, была прежней. Первые минуты все казалось правильным. И вот с уходом остатков сна, пришло понимания, где я нахожусь. Что я здесь делаю? Что заставило меня вернуться? — задавался я вопросами.

Я позвонил Скалли. Знаю, это было опасно. Но моя амнезия казалась не менее опасной. «Номер вызываемого абонента не существует», — сообщили мне в трубку. Это заставило паниковать еще больше. Что случилось с номером Скалли? Еще вчера она писала, что все было по-прежнему. И вдруг невероятная мысль мелькнула в голове: что если для меня «вчера» было на самом деле несколько дней назад… Что должно было произойти, чтобы я вернулся в свою квартиру? Не мог же я просто исчезнуть из убежища и материализоваться здесь…

Голова шла кругом. Я включил телевизор, надеясь узнать, сколько дней прошло с момента моих последних воспоминаний. Ведущий новостей сообщил, что сегодняшний день станет важной датой в истории американской политики, провозгласив начало девяностых новой эпохой.

Первая моя мысль: очередное ток-шоу подняло архивы новостей. Но на всех каналах твердили о 1990 годе. Что за день девяностых устроили на телевидении?

Раздался стук в дверь. Я быстро выключил телевизор, задаваясь вопросом, кем может оказаться незваный визитер. Осторожно заглянув в глазок, заметил газету на пороге. В коридоре никого не было.

Я не мог поверить глазам, но и с новой газеты смотрел на меня 1990 год.

Дурной сон! Ущипнув себя несколько раз, я так и не смог прогнать наваждение.

Я надеялся, что холодный душ поможет очнуться. Но зеркало в ванной комнате удивило меня еще больше. В нем отражался я, но моложе лет на десять, без лишних морщин на лице и без проборов седых волос.

Я решился заглянуть к соседям и пройтись по улице. Даже осмелился зайти в здание Гувера. Это был 1990 год, без сомнений. Нет, этот кошмар — не сон. Что же мы натворили с Фрэнком, что я оказался здесь? Конечно, оставался вариант, что я сошел с ума. Но слишком много странных событий происходило в жизни, что бы я так просто поверил в свою невменяемость. Мне нужна помощь Скалли. Могу ли я вмешиваться в прошлое, чтобы поговорить с ней? Как это может повлиять на наше будущее? Я решил не торопиться со встречей.

Размышляя, что делать дальше, я осознал, что в этом времени секретные материалы как раз появились в моей жизни. Старые дела, куча папок и пыльный подвал. Я все еще работал в отделе тяжких преступлений и только после основной работы или в выходные мог уделять время секретным материалам.

На следующий день с раннего утра я сидел в подвале здания ФБР, разыскивая похожие случаи в папках. Я нашел дела о путешествиях во времени. Вспомнил дело, которое расследовал со Скалли. Но в моем случае все было по-другому. Я хотел поговорить с кем-то, но знал, что мне не поверят.

После обеда в подвал заглянул агент Рас. Я работал с ним в паре над несколькими делами. Рас сообщил, что меня ищут. Нас направляли на очередное расследование. Просматривая файлы, я понял, что не знаком с этим делом. Неужели прошлое начало меняться? Возможно, мой скачок в прошлое связан с расследованием? В любом случае, игнорировать я это не мог».

* * *

Дана закончила отчет по очередному вскрытию и задумалась, отложив в сторону бумаги.

Учеба в медицинском университете закончилась год назад. Сейчас подходила к концу интернатура по судебной медицине.

«Куда дальше?» — был главный вопрос на протяжении нескольких месяцев. Ей пришло пару предложений работы патологоанатомом. Многие сокурсники уже определились с дальнейшей работой, но Дана все никак не могла сделать выбор. Ей нравилась судебная медицина. Для нее это было очередным вызовом. Отец говорил, что это мужская работа. Убеждал выбрать другое направление в медицине. Но она была непреклонна. В течение года интернатуры Дана доказывала себе и окружающим, что справляется не хуже мужчин. Но что теперь? Она добилась, чего хотела. Но со временем все превратилось в рутину: адреналин больше не подскакивал, как в начале, в крови, заставляя увлеченно работать, да и работа уже не приносила былого удовлетворения. И появились сомнения.

— Дана Скалли, зайдите в кабинет директора лаборатории! — донеслось из громкоговорителя.

Очередное предложение работы. Теперь пораньше уйти домой не получится. Придется слушать, мило кивать и обещать подумать.

Скалли сняла лабораторный халат и подошла к зеркалу.

Она распустила хвостик, и темно-рыжие локоны упали ей на плечи.

Дана устала от халата, от стен лаборатории. Нужен перерыв, иначе она никогда не примет решения.

Скалли поднялась на этаж выше и заглянула в кабинет директора.

У письменного стола стояла женщина средних лет в строгом деловом костюме.

— Извините, — окликнула ее Скалли, — где директор…

— Вы Дана Скалли? — перебив ее, спросила женщина.

— Да.

— Проходите. Я комиссар полиции Анжела Тишоу.

Женщина протянула руку, и Скалли пожала ее, удивляясь мужской хватке комиссара.

— Вы слышали об исчезновении четырех девушек?

— Слышала о двоих, — вспомнила Скалли программу новостей.

— На данный момент — уже четверо. Но мы до сих пор не можем найти, что их связывало.

— И зачем вам я? — напряглась Скалли. Очередное предложение работы, но на этот раз необычное. Дана чувствовала подступающее волнение.

— Это деликатное дело. Одна из пропавших — дочь помощника мэра. Мы подозреваем, что в университете, где учились двое из пропавших — не все чисто. Были проведены проверки, допросы, но они ничего не дали. Нам нужен человек изнутри.

Скалли видела, как неловко женщине говорить. Но она все еще не понимала, чем может помочь.

— Я не знаю…

— У нас к вам предложение. Мы хотим внедрить вас в персонал университета. Что скажите?

— Неожиданно, — единственное, что смогла произнести Скалли.

— В других обстоятельствах, я бы дала время подумать. Но сейчас у нас нет такой роскоши.

— Почему выбрали меня?

— Нам порекомендовали вас. Я не могу сказать, кто именно. Но он заверил нас, что вы не откажитесь. Он ошибся?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.