Анатомия чувств

Колторти Гайя

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Анатомия чувств (Колторти Гайя)

Гайя Колторти

АНАТОМИЯ ЧУВСТВ

Роман

Это отчаянный театр. Это катастрофа пары двойняшек. Это не более чем ловушка, увиденная глазами Рене Жирара…

У книг с таким ужасным содержанием

Такой красивый был ли переплет?

У. Шекспир. Ромео и Джульетта, Акт III, Сцена II [1]

Глава 1

Ты помнишь? Вы были всего лишь парочкой студентов-любовников. Она спала на твоем плече, дыша тебе в шею, и ты чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.

Шторы в складках. Солнечный свет Вероны проникал сквозь них, заливая комнату мягким светом, и ты почти тонул в этой неге сладострастия. Квартира на улице Амфитеатра была тихой, погруженной в тот ореол вселенского покоя, который время от времени, как по волшебству, наступает после полудня.

С улицы доносились приглушенные голоса, создавая мягкий фон, похожий на журчание ручейка. Поддавшись переполнявшей тебя нежности, ты с удовольствием гладил волосы твоей любимой. Во сне она была еще желаннее. А в остальное время превращалась в восемнадцатилетнюю избалованную упрямицу.

Деспотичная — да, но все же она, а не другая, завладела твоим сердцем.

Уже много недель, ты же знаешь, продолжалась ваша порочная и невозможная связь. Иногда тебе случалось отвлечься от нее, взглянуть со стороны и содрогнуться, понимая, до какой степени в чужих глазах ваша любовь должна была показаться ужасающей. Слово, которое приходило тебе на ум, — «отталкивающая». Но достаточно было махнуть на все рукой, как сразу же жизнь возвращалась на круги своя, подвластная таинственной судьбе.

На самом деле это она делала все, чтобы ваша история продолжалась, может быть, с чрезмерной изобретательностью и вызывающим эгоизмом. Даже если та, которую ты любил, прикрывалась агрессивностью, как щитом, ты верил своим чувствам, и ничего больше. Ты привык любоваться ее обманчивой внешней хрупкостью, так бросавшейся в глаза… стройным телом, будто изваянным на занятиях ритмикой. Казалось, оно вот-вот надломится, когда твои руки, поддавшись страсти, привлекали его к себе. Потом ты понял, что она была сильна телом и гораздо менее — духом.

Даже твое имя — Джованни — для тебя ничего не значило теперь, без ее имени рядом — имени, от которого сердце твое переполнялось радостью: Сельваджа. До ее появления ты был никто, обычный мальчишка, на которого не обращали внимания, один из многоликой толпы.

Любой из твоих знакомых сказал бы, что ты умный, воспитанный, немного апатичный, но в целом нормальный малый. Свой парень. Субботними вечерами ты встречался с друзьями, чтобы пропустить стаканчик, серьезно занимался плаванием и мечтал когда-нибудь принять участие в чемпионате страны. Ничего более. Но после нее, по воле какой-то непобедимой метаморфозы, Джованни стал Джонни, а Джонни был таким же, как Джованни, только с неудержимой жаждой жизни. Ты казался человеком, который наконец обрел свой путь. Ты стал чем-то вроде избранного, перед которым чудесным образом раскрылась жизнь, полная опасностей, но в то же время предназначенная для высшего счастья.

Сельваджа была всем для тебя в те сто дней, когда вы любили друг друга.

Она была смыслом твоей жизни. Ради нее ты дышал. Она была причиной твоих трудных решений, причиной страданий и радости, которых ты никогда не испытывал ранее. С самой первой встречи вы почувствовали, что все это переполняет вас, что только страсть поддерживает ваше существование в этой жизни, что единственная цель, ради которой вы появились на свет, — любить друг друга.

И наверное, не было бы ничего странного в вашей отчаянной любви, если бы девушка, которая спала, прислонив голову к твоей груди, которая заставляла тебя умирать всякий раз, когда ты целовал ее в губы, не была твоей сестрой.

Глава 2

Ты помнишь? Каникулы только начались. Впереди последний, пятый, выпускной класс. И до этого момента ты никогда не встречался с Сельваджей. Ваши родители развелись, когда вам было около года, и ты никогда толком не знал своей матери. Конечно, ты встречался с ней — два раза в год, на большее ее, строившую карьеру в полиции, не хватало.

Ты не мог ненавидеть ее за то, что она была так далеко. Просто ты не разделял ее образа жизни — менять любовников всякий раз, когда ей того хотелось, и сообщать об этом твоему отцу, Даниэле Мантенья — сорокапятилетнему нотариусу, который посвятил себя работе и тому, что оставалось от семьи, — чтобы он даже после стольких лет снова и снова впадал в такую всепоглощающую ревность, что это уже походило на безумие.

Но может быть, мать каким-то неизвестным тебе образом испытывала удовольствие от этой жестокой игры или просто развлекалась, прекрасно зная, как сильно он все еще любит ее.

Так что последние восемнадцать лет ты провел с отцом в Вероне, а твоя мать и сестра — в параллельной полутаинственной жизни в Генуе.

И теперь ты никак не мог поверить, что они обе свалятся тебе на голову. Ты был в замешательстве некоторое время, не зная, как на это реагировать. Ты и подумать не мог, что однажды в вашем жилище появится женская компания. Твой отец всегда был более чем сдержанным в своих скоротечных романах.

Словом, понятно, почему ты растерялся, когда в самый обычный день за обедом, на фоне теленовостей, рассказывающих о бедствиях в мире, твой отец сообщил невозмутимым тоном:

— Антонелла и Сельваджа возвращаются в Верону.

Похоже, он не ждал от тебя ответа. Это было понятно по тому нарочито холодному, равнодушному виду, который он принимал всякий раз, когда не собирался выслушивать твое мнение, если оно не совпадало с его собственным.

— Ну и что? — было твоей первой реакцией, вялой и небрежной. Тебе действительно было все равно. Ты так редко виделся с матерью, что уже свыкся с ощущением, будто у тебя ее никогда и не было. Что касается сестры, то дорогая одно-или двуяйцевая двойняшка — по правде, ты даже не помнил какая — была знакома тебе только по фотографиям. А последние из них, которые ты рассматривал только для того, чтобы сделать приятное отцу, были как минимум двухлетней давности. Нет, на самом деле четырехлетней. Ты почти никогда не разговаривал с ней, вы не играли вместе, а если даже играли, то твоих скудных воспоминаний об этом все равно не хватало, чтобы получить мало-мальское представление о ней.

— Ничего, — ответил твой отец. — Просто ставлю перед фактом. Твоя мать получила назначение в Верону, знаешь ведь, как принято в полиции? Скоро они будут здесь. И прости, что я говорю тебе об этом только сейчас. Мама уже купила квартиру здесь и продала ту, другую, в Генуе. Они с Сельваджей приводят ее в порядок.

Ты даже ему не ответил, помнишь? Просто ограничился тем, что принял к сведению. В конце концов у тебя не вызывала никаких эмоций перспектива обнять их обеих.

Чуть позже ты попытался рассеять сомнения, отправившись в бассейн, как всегда случалось, когда тебе надо было о чем-то серьезно подумать. Ну, то, что отец собирался опять ухаживать за матерью, было ясно как божий день. И ты его не осуждал, принимая во внимание, что только эта женщина была в состоянии сделать его по-мазохистски счастливым, согласившись жить с ним бок о бок. «Хорошо, — говорил ты сам себе. — Никаких проблем, если в качестве компенсации я опять получу что-то вроде семьи, или нет?»

И все-таки ворох обрывочных мыслей о грядущих переменах не переставал досаждать тебе. Тогда ты повторял в уме какие-то сомнительные аргументы, уговаривая себя, что уж тебя-то это вовсе не должно волновать. Действительно, ты-то тут при чем?

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.