Избранные

Микельсен Альфонсо Лопес

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Избранные (Микельсен Альфонсо)

Предисловие к советскому изданию романа «Избранные»

Этому произведению — тридцать лет. Оно было опубликовано в 1952 году — первые главы написаны за год до этого, однако замысел романа родился в конце второй мировой войны. Сведения, собранные в нем, которые на первый взгляд могут показаться бесполезными, помогут читателю восстановить атмосферу эпохи, сегодня почти столь же далекой для меня, как наполеоновские войны. Но в те дни все обстояло иначе.

Роман «Избранные» рассказывает о том, как отразился мировой конфликт на судьбе стран, не принимавших непосредственного участия в военных действиях, а именно так получилось с государствами Латинской Америки. Наш континент не страдал от катаклизмов, сравнимых с теми, что произошли в Европе и Азии. Правда, некоторые из латиноамериканских государств все же объявили о своем участии в этой войне и даже отправили на фронт несколько батальонов. Впрочем, потери, которые они понесли, были незначительными, а все эти шаги — чисто символическими. Главное в ином. Главное в том, что ход войны выявил в так называемых «нейтральных» странах суть их социально-экономической структуры. Немаловажно и другое обстоятельство: торговое соперничество между англо-американским капиталом, с одной стороны, и германским — с другой. Именно в целях уничтожения конкурентов, как местных, так и иностранных, создавались так называемые «черные списки», в которые по идее должны были заноситься лишь лица, подозреваемые в симпатиях к нацизму. Однако списки эти в конце концов превратились в орудие для завоевания рынков. Союзники, я имею в виду США и Британию, загодя готовили себе почву, рассчитывая на то, что после безоговорочной капитуляции Германии, Италии и Японии они станут единственными хозяевами этих грандиозных рынков.

По мере того как Гитлер продвигался на восток Европы и захватывал Австрию, Чехословакию, Югославию, Польшу, поток эмигрантов из этих стран увеличивался. В большинстве своем то были лица, которым вменялось в вину «неарийское» происхождение. Многих из них прибило к берегам нашего континента. Некоторым беженцам каким-то чудом удалось спасти часть своего состояния, другим опыт и проворство позволили в короткий срок восстановить свое благополучие и процветать на «легких» сделках, что объяснялось нехваткой товаров, вызванной опять-таки войной.

Герой романа — один из них. Выросший в Европе конца прошлого — начала этого века, Б. К. неожиданно попадает в совершенно чуждую ему среду. Здесь все: правила поведения, мораль, обычаи — не похоже на то, к чему приучила его протестантская религия. Б. К., естественно, образ собирательный, но все, что с ним происходит в романе, могло бы иметь место в реальной действительности. Автор вложил в это произведение и свой собственный жизненный опыт.

Судьба Б. К. стержень, объединяющий повествование. Главное же для автора в данном произведении — это критические соображения героя по поводу особенностей латиноамериканского общества. Он не случайно проводит параллели с образом жизни Балканских стран эпохи первой мировой войны — та же зависимость в области политики, экономики, культуры, общественного развития. Через двадцать лет после того, как была написана эта книга, я слышал и в Румынии, и в Болгарии рассказы о прошлом этих стран. Все было так, как я и предполагал: между обществами-«сателлитами» всегда есть аналогии. В прежнее время увлекались и брали за образец Париж или Лондон. Что же касается современного «высшего общества» Латинской Америки, то образцом для поклонения избран Нью-Йорк. Именно от этих метрополий всегда ожидалась экономическая помощь, которая якобы коренным образом могла изменить условия жизни в данном государстве. Внешне же это проявлялось — и сегодня проявляется — в слепом подражании во всем: спорте, одежде, литературе. Сегодня, как и прежде, феномен зависимости тщательно и умело завуалирован.

Роман «Избранные» не следует сравнивать с современным латиноамериканским романом в том смысле, как подчас он понимается европейским читателем. В этой книге нет ничего экзотического — ни сельвы, ни приключений, — столь частых в рассказах европейцев, проживающих или путешествующих в Амазонии. В романе нет ничего и от «магического реализма», его юмора и склонности к сверхъестественному, что принесло в последние годы такую славу латиноамериканской литературе. Цель автора — дать срез общества, дать откровенную картину функционирования органов власти, не прибегая при этом ни к экзотике, ни к фантазии, но следуя заветам Толстого, который дал непревзойденную панораму русского общества эпохи войны 1812 года. Пусть советский читатель оценит, в какой степени удалось автору его намерение.

В то же время хочется отметить, что, если бы я вновь стал работать над этой книгой, я обратил бы особое внимание на ряд аспектов, затронутых в романе довольно поверхностно, и опустил бы страницы, которые сегодня не имеют принципиального значения. Оценивая это произведение, следует оглянуться назад и поразмышлять о том, какой путь мы все прошли за последние тридцать лет. В странах Восточной Европы произошли столь глубокие изменения, что их можно было бы сравнить с переходом от средневековья к новой социальной формации. Латинская Америка также изменилась по сравнению с тем, чем она была в пятидесятые годы нашего столетия. Исчезли иллюзии о том, что с наступлением мира на нашем континенте наступит эпоха «сплошного процветания». Мечты о том, что именно в Латинской Америке развитие наук, использование природных богатств помогут и развитию демократии, оказались наивными и беспочвенными. Б. К., который был так поражен разницей между стабильностью современного ему европейского уклада жизни и нестабильностью общества латиноамериканской страны, не мог даже предположить, до каких масштабов дошла сегодня эта нестабильность. Терроризм, похищение людей, репрессии властей — все это приводит к тому, что наши страны долгие годы живут в условиях необъявленной гражданской войны, в условиях постоянного и глубокого конфликта между власть имущими и широкими слоями, недовольными их политикой. В ряде случаев репрессии над недовольными напоминают методы «классического» европейского фашизма.

Невозмутимое течение жизни на юге западного полушария было резко нарушено и в ходе, и по окончании второй мировой войны. Был изменен весь ход развития нашего общества: в некоторых странах произошли социальные революции, в других наблюдается эволюция к другим формам общественного развития. Предлагаемая книга — вымышленного немецкого беженца, поселившегося в вымышленной латиноамериканской стране, — есть свидетельство агонии общества, охватившей буржуазный мир еще с середины прошлого века.

Альфонсо Лопес Микельсен

Избранные

(Роман)

Пролог

История, публикуемая ниже, была найдена мною в личных бумагах немецкого гражданина Б. К., адвокатом, другом и доверенным лицом которого я был последние десять лет его жизни, в то время, когда ему выпало на долю жить в нашей стране из-за преследований, начатых гитлеровским режимом против тех, кого подозревали в «неарийском» происхождении, даже если истоки такового, как в данном случае, терялись в глубине веков.

Писал Б. К. на французском языке мелким и изящным почерком, почти без поправок, как будто бы все ранее исправлялось в черновиках, а затем тщательно переписывалось набело самим автором.

Не раз я задавал себе вопрос: какие причины побудили моего друга Б. К. написать столь тривиальную историю? И почему он избрал для этого чужой ему язык? После долгих размышлений осмелюсь сделать следующее предположение. Эти воспоминания, никоим образом не предназначенные для широкого читателя, написаны автором в период его пребывания в концентрационном лагере для подданных стран «оси» в городке Фусагасуга с единственной целью — занять чем-то время, отвлечь себя от тягот заключения. Тут, естественно, встает вопрос: почему воспоминания эти написаны не на немецком языке? То, что на первый взгляд кажется причудой, можно, пожалуй, объяснить желанием автора уберечь написанное от любопытства соотечественников, товарищей по несчастью. В условиях вынужденной изоляции и порождаемого ею сближения между незнакомыми людьми любой из заключенных мог прочитать повествование Б. К. и узнать таким образом некоторые подробности его интимной жизни. Последний, видимо, рассудил, что любой чужой язык сможет спасти его — хотя бы частично — от такого риска.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.