Третий должен уйти

Колычев Владимир Григорьевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Третий должен уйти (Колычев Владимир)

Глава 1

Хороший сегодня выдался денек — жаркий, солнечный, а главное, ветреный. Вечером у меня свидание с Ладой, мы поедем на реку — сначала искупаемся, а потом я буду ее согревать. Это хорошо у меня получается, девчонкам нравится. Одна беда — комаров на речке сейчас много, молодому делу они не очень мешают, но без них все-таки лучше. Может, ветер и не разгонит эту кровососущую живность, но такого беснования, как в прошлый раз, уже не будет… Правда, в прошлый раз я был с Таней…

Начальник согласился отпустить меня пораньше — в счет прошлого воскресенья, которое было испорчено квартирной кражей. Сначала вызов на место происшествия, потом розыск по горячим следам. Набегались мы тогда…

Я уже собирался уходить, когда в кабинет заглянул майор Мигарев. Невысокий, худощавый, можно даже сказать, неказистый. Он осознавал собственный недобор в росте, поэтому старался ходить с высоко поднятой головой и при этом плечи расправлял. А в особых случаях ходил, как могло показаться, вприпрыжку. Именно такой пружинистой походкой он и зашел в кабинет. Верный признак чрезвычайного происшествия. Глянув на своего начальника, я понял, что вечер накрылся медным тазом. Так и оказалось. Убийство — это серьезно, в таких случаях на отгулы кладут с прибором…

Хороший сегодня выдался денек. Чтобы умереть… Так я подумал, увидев покойника. Крамольная мысль, циничная, но я не собирался каяться. Работа у меня такая — грубая, жесткая, от нее и характер черствеет, и душа.

Мужчина лежал на полу с ножом в сердце. Четкий удар, хорошо поставленный. Судя по рукоятке, клинок у ножа длинный, широкий, и вошел он в тело на всю длину. Мне даже не требовалось мнения эксперта, чтобы оценить ситуацию. Тут явно действовал профессионал. Или спецназовец, или прожженный уголовник, а может, живодер со скотобойни… Крупный мужчина, мощный, а его с одного удара…

— Ну, чего стоим, чего боимся? — спросил Мигарев. — Давай по соседям!

Я усмехнулся, вспомнив, как мы выезжали на убийство в прошлый раз. Мигарев тогда сам отправился по свидетелям, а меня и Юру Станкова оставил в помощь экспертам. Труп всю зиму пролежал в подвале жилого дома, там такая вонь была — вспомнить противно. И нам с Юрой пришлось выносить это полуразложившееся тело. А здесь труп совсем свежий…

Я достал из кармана телефон, поймал в объектив лицо покойника, сфотографировал его. Это не для «Ю-Туба», а для дела.

Труп обнаружили жильцы дома. Кто-то позвонил на «ноль-два» с мобильника, оперативный дежурный выслал наряд… Но кто звонил, пока не понятно. Нет этого человека, а хотелось бы с ним поговорить.

Я вышел из квартиры и увидел пожилую женщину, которая с трудом поднималась на лестнице на толстых, артритных ногах. Она смотрела на меня большими глазами, порываясь что-то сказать.

— Здравствуйте! Капитан Уланов, уголовный розыск! — Я представился так, как будто был волонтером из социальной службы помощи пожилым людям. И улыбка у меня была в стиле «Что вам угодно?».

— Да, да, я уже знаю!.. Кого-то здесь убили! — Женщина запыхалась, поэтому говорила тяжело, сбивчиво.

Личность покойного уже установили, некто Чайков Михаил Витальевич, семьдесят четвертого года рождения. Права у него нашли и техпаспорт на «Икс Пятый» «БМВ», который стоял сейчас во дворе.

Дорогая машина, и костюмчик у Чайкова не из дешевых. Чувствовалось, что мужик непростой.

— А вы не знаете, кого?

— Да нет! Не знаю! А тридцать шестую квартиру знаю! Как услышала, что здесь произошло убийство, так сразу к вам!

— И что вы можете сказать про тридцать шестую квартиру?

— Ну, квартира как квартира. Зинка Снежкова ее сдает.

— Кому?

— Да разным, то одним, то другим. Место у нас хорошее, центр города, магазины…

— Место у вас хорошее, — вежливо сказал я, осаживая женщину. — И люди здесь живут хорошие. Добрые, отзывчивые, всегда помогут родной полиции… Вот вы, например, очень отзывчивая женщина… Э-э…

— Алла Григорьевна!

— Так что, Алла Григорьевна, в этой квартире странного?

— Ну подъезжала тут одна, на машине. Дорогущая машина! И она сама вся такая — ой-ей-ей! Или сама наворовала, или муж!..

— Здесь она жила? — кивнул я на тридцать шестую квартиру.

— Ну, стала бы она здесь жить! Но приезжала!

— К кому?

— Да вот не знает никто… Приехала, встретилась тут с кем-то, а потом ее муж подъехал, спрашивал за нее. Фотографию показал… Мы так поняли, здесь любовный притон был! А сегодня эта машина во дворе стояла! Вот!

— Это уже интересно… А номер машины запомнили?

— Нет, не запомнила.

— Это плохо.

— Но записала! — широко улыбнулась женщина.

— А вот это хорошо!

— Подозрительная дамочка, как не запомнить!

— А почему подозрительная?

— Так спрашивали же о ней!

— И сегодня она была в тридцать шестой квартире?

— Ну, наверное…

— Вы ее видели?

— Машину видела, а ее нет. Но если людей спросить, они скажут…

— А в квартиру кто сегодня заходил?

— Ну, я не знаю… А кого там убили?

Я показал фотографию с телефона, но женщина покойника не узнала. Тогда я назвал имя и фамилию потерпевшего — ноль реакции. Пришлось вести Аллу Григорьевну в квартиру. Такая самодеятельность не приветствовалась, но я рискнул. И, как оказалось, дежурный следователь покосился на меня не зря. Не узнала женщина покойного.

Я вывел Аллу Григорьевну из квартиры, проводил ее домой, получив за это в награду номер подозрительной машины. Запрос в ГИБДД сделал сам, был у меня там хороший друг, он обещал решить вопрос за десять-пятнадцать минут.

Алла Григорьевна подсказала мне, к кому в первую очередь обратиться за содействием. Она и сама хотела сходить со мной в двадцать четвертую квартиру, но у нее жутко разболелись ноги.

Я спустился на первый этаж. Дверь в двадцать четвертую квартиру открылась сразу, едва только нажал на клавишу звонка. Маленькая сухонькая женщина лет шестидесяти смотрела на меня в полной боевой готовности ответить на мои вопросы. Похоже, она ждала, когда я к ней загляну.

Ситуацию объяснять не пришлось, Варвара Евгеньевна уже все знала. И дамочку из дорогой машины она видела, и мужчину, которого и опознала по фотографии покойного. Сначала женщина в подъезд зашла, а потом появился мужчина.

— И этот бежал как на пожар! Я еще думала, может, в полицию позвонить! А та сама подъехала. Валентина пришла, убили, говорят… — всплеснула руками женщина.

— А кто еще как на пожар бежал? Дамочка из машины?

— Да нет, она спокойно шла. В смысле, не торопилась. Но видно было, что нервничает…

— Когда это было, в каком часу?

— В четырнадцать часов пятнадцать минут! — с гордостью за себя отрапортовала Варвара Евгеньевна. — Я как увидела ее, так сразу на часы посмотрела. Ею же интересовались. Одни говорят, муж, другие, что из полиции…

— А Чайков когда появился?

— Ну, где-то через час после этого… Ну, спешит и спешит! Мне-то что?

— А еще кто спешил?

— Тут у нас сегодня прямо выставка дорогих машин была! Этот на «Мерседесе» приехал. Большая машина, красивая… Точно знаю, что «Мерседес»! Сначала дамочка появилась, потом он, ну а потом и Чайков…

— А куда этот, из «Мерседеса» который, спешил?

— Не знаю… Может, и не из «Мерседеса» он был. Может, я не так поняла… Смотрю, какой-то мужчина в костюме зашел, ну и подумала, что из «Мерседеса». Я его даже в лицо не успела разглядеть…

— И когда он появился?

— Где-то через полчаса после дамочки.

— Значит, сначала она, потом он? А как выходили, в какой последовательности?

— Кто выходил? Дамочка?.. Не видела, — виновато вздохнула Варвара Евгеньевна.

— Что так?

— Да сериал начался, там такие страсти… Если бы я знала, что и в жизни так…

Я уходил от Варвары Евгеньевны, когда позвонили из ГИБДД.

Мигарев стоял на лестничной площадке между третьим и четвертым этажом и курил в компании дежурного следователя.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.