Кошачьи язычки

Боргер Мартина

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Кошачьи язычки (Боргер Мартина)

День первый

Додо

Конечно же я опаздывала, как всегда. Каждый раз я чуть-чуть опаздываю на поезд — вот бы где разгулялся психолог! Подсознательное нежелание и все такое…

Десять лет одно и то же. Столько исполнилось теперь Фионе, моей сладкой Булочке. Помню март 89-го, ее рождение. Кажется, прошла целая вечность. Холод тогда был собачий, но я знала, что должна часок прогуляться в больничном саду — чтобы разогнать тоску. Ма неустанно ковыляла вместе со мной, взад и вперед, обходя замерзшие лужи. В левой руке палка, правой поддерживала меня. И бормотала что-то утешительное, радовалась внучке, уже в полной мере предчувствуя, что это единственное, что останется. Сейчас мне не хватает ее гораздо больше, чем я когда-либо могла себе представить. Прошло уже четыре года, как ее не стало, а ведь могла бы дожить до девяноста, при ее конституции и самодисциплине. А эту сволочь, по вине которой все случилось, я достану в один прекрасный день — и пусть это будет последнее, что я сделаю.

Хорошо бы поезд тоже опоздал, иначе не представляю, что будет. Нора наверняка уже не знает, что и думать, хотя в принципе проблемы-то нет никакой, и я просто могла бы приехать на следующем поезде, нас же никто не ждет, целых четыре дня мы будем свободны от всех обязанностей и расписаний, но она относится к тому типу людей, у которых все должно идти по плану, иначе она сбивается с ритма. Должно произойти нечто действительно из ряда вон выходящее, чтобы ее непоколебимый пиннеберговский миропорядок дал трещину.

После того как я оплатила такси, у меня осталось еще три сотни — должно хватить. Билет и гостиницу Клер и на этот раз взяла на себя, в противном случае это все было бы мне не по карману. Никакие там дорогие рестораны конечно же не входят в расчеты, по крайней мере, в мои. В обозримом будущем это все равно последний раз, когда я обедаю вне дома, разве что мы с Фионой как-нибудь перехватим на ходу по колбаске с соусом карри или по пакетику картошки фри.

Надеюсь, у них с Ником все будет нормально. Чтобы он в конце концов согласился провести четыре дня с десятилетним ребенком, мне пришлось умасливать его целую неделю. Для него Фиона — просто обуза. Конечно, будь она в два раза старше, его и упрашивать бы не пришлось. Жаль все-таки, что те из них, кто лучше трахается, хуже всего ладят с детьми. Кажется, это несовместимые противоположности — горячий секс и отцовские чувства. Что бы я предпочла, если бы я выбирала между двумя этими мужскими типами? Ясно что. Я же не Нора.

Ладно, хватит постоянно о ней думать, тем более — плохое. Потому что тогда мне следовало бы остаться дома. В конце концов, у нее есть и хорошие стороны, я не должна об этом забывать. Мне надо крепко держать себя в руках эти четыре дня, быть с ней милой, насколько возможно. Не критиковать ее, не грузить собственным дерьмом. Быть просто нормальной подругой. У меня должно получиться, черт возьми!

Нора

Пять минут до отправления. Мы уже положили на полку багаж и ждем только Додо. Я ничуть не сомневаюсь в том, что она придет. Но, конечно, в самый последний момент. Мы привыкли, и меня это давно уже не трогает, сегодня тем более. И это при том, что специально ради нее мы начинаем путешествие практически возле ее дома, чтобы она могла за десять минут добраться на такси от своей квартиры до вокзала! А я, между прочим, уже битых пять часов в пути, да еще должна позаботиться о том, что бы прихватить с собой, — хлопоты о провизии, как всегда, лежат на мне, — мы всегда весело пируем в поезде! Клер конечно же прилетела самолетом. Спикировала, как выражается Додо.

Это путешествие с Клер и Додо для меня — счастливейшее время в году, неделя сплошной радости, которой потом я долго еще живу. Но этот раз особенный. И я не допущу, чтобы какая-то мелочь испортила мне эти драгоценные деньки.

И вот что удивительно: Ахим, который ничего не знает, на этот раз повел себя особенно внимательно. Не посадил, как обычно, в Пиннеберге на поезд, а доставил меня в Гамбург, прямо на вокзал, хотя в конторе у него куча работы. Меня действительно тронула его забота — на двадцать втором году семейной жизни это кое-что да значит. Напоследок он сказал, чтобы я ни о чем не думала и хорошенько оттянулась, — в общем, чтобы позволила себе что-нибудь этакое. Что мне это нужно. На секунду сердце мое остановилось, я подумала, что ему все известно, но это, конечно, бред, я головой ручаюсь, Биттерлинг в жизни ни о чем не проболтается.

Он даже постоял на перроне, пока поезд не отправился. Теперь он, конечно, давно в бюро. Он много работает, почти никогда не приходит домой раньше восьми, а раз или два в неделю даже позже, потому что может встретить клиентов на улице. Пара часов в неделю, которые я трачу на свою бухгалтерию, против этого ничто. Надеюсь, несмотря на свое плотное расписание, он найдет время присмотреть за Мириам и Даниелем, для него это хорошая возможность пообщаться с ними лишний раз. С каждым днем они становятся все взрослее и все меньше нуждаются в нем. Сколько еще ему осталось? И как много уже потеряно, навсегда и безвозвратно! Хорошо бы ему, к примеру, сблизиться с Даниелем — тот еще мастер создавать проблемы, и другим, и себе. Ладно, лучше сейчас не думать об этом.

Клер села напротив меня у окошка, это стало традицией, потому что Додо всегда приходит последней. Она достала сигареты из потрясной сумочки темной кожи, которую я раньше никогда у нее не видела, — по моим прикидкам, тянет на тысячу марок. Золотой зажигалкой она пользуется давно, и не раз уже случалось, что Додо ее совала в свой карман, по ошибке или нет, судить не берусь, — Додо как-то не очень умеет различать свое и чужое. Но я люблю ее в том числе и за такое вот легкомысленное отношение к жизни.

У Клер всегда все супер. Уже то, как она раскладывает сейчас на столе свои принадлежности — ну, чистый натюрморт, это надо видеть. Ее совершенство, конечно, давит на психику, потому что заставляет болезненно переживать собственную безалаберность: я, к примеру, не храню свои фото в папочке сложенными в хронологическом порядке, вот и сейчас мне приходится сортировать толстую кипу.

— Ну вот… — нетерпеливо начала я.

— У нас еще целая вечность, — отозвалась она и набросила на плечи огромный шелковый платок с бахромой. Тоже новый.

В общем, она опять выглядит фантастически, может быть, чуточку усталой, но как раз это и придает ей трудно описуемый шарм. Она всегда была самой красивой из нас троих, это я могу утверждать без зависти и злобы. Конечно, Додо тоже очень эффектная женщина и, возможно, некогда пользовалась у мужчин даже большим успехом, но у Клер — классическая красота. Папашка всегда повторял: она выглядит как полотно эпохи Ренессанса, и ее нужно разглядывать с надлежащего расстояния. Тогда я не понимала, но сейчас мне ясно, что он имел в виду. Клер в каком-то смысле не от мира сего.

Уже одно это пушистое пальто, которое она аккуратно сложила двумя изящными движениями и пристроила возле металлического чемодана на полке для багажа… Кашемир конечно, что же еще. И белый. У любого нормального человека уже через два часа на нем непременно появилось бы пятно от грязного снега или следы собачьих лап, но только не у Клер. Я ни разу не видела ее неряшливой или с каким-нибудь пятном на платье, за все эти многие годы — никогда. Додо однажды сказала, что даже крохотная частичка пыли не осмеливается приблизиться к Клер ближе чем на метр просто от страха, но тогда она была пьяна.

Я восхищаюсь Клер. Она не зря прожила свою жизнь, она пошла дальше всех нас, по крайней мере, так кажется со стороны. Уже то, с какой энергией и целеустремленностью она училась тогда… Не то что я. Но не в моих привычках оплакивать упущенные возможности, все равно ничего не изменишь, зачем же понапрасну биться головой о стену? И в жизни Клер есть свои темные места, свои рифы и пропасти. Я знаю это, и она знает, что я знаю, но мы никогда об этом не говорим. Есть вещи, которые лучше не трогать, иначе сойдешь с ума.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.