По ту сторону

Щипанов Сергей Валентинович

Жанр: Фэнтези  Фантастика    Автор: Щипанов Сергей Валентинович   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
По ту сторону ( Щипанов Сергей Валентинович)* * *

Пролог

– Я не с пустыми руками, Илья Георгиевич. Такое привёз! Вот, взгляните…

– Погоди, Костя. Ты чего, прям с порога… Давай, хоть, поздороваемся нормально.

Очень высокий крепко сложенный человек в очках, с зачёсанными назад волосами, плохо прикрывающими наметившуюся лысину, и рыжей кудлатой бородой, поднялся с кресла и крепко пожал руку своего молодого коллеги.

– Садись. Сейчас чайку организуем. Люся!

На зов явилась молоденькая лаборантка в белом халате с закатанными до локтей рукавами.

– Люся, сделай нам чайку, пожалуйста.

Люся стрельнула глазами в молодого человека, кокетливо улыбнулась. Пошла, цокая каблуками. Костя проводил её взглядом.

Хозяин кабинета усмехнулся в бороду, которую все время теребил большим и указательным пальцами. Этот похожий одновременно на разбойника и на дореволюционного профессора человек, на самом деле доктор исторических наук Илья Георгиевич Суходольский, в своё время был научным руководителем Константина Михеева, аспиранта из Калининграда. После защиты Костей кандидатской они продолжали общаться, регулярно созванивались; бывая в Москве, Михеев всегда выкраивал часок: зайти в Институт Археологии на улице Дм. Ульянова возле метро «Академическая», повидаться с «Барбароссой» (так прозвали Суходольского аспиранты).

Сейчас бывший ученик заявился прямо с аэропорта – не терпелось удивить мэтра.

– Так что, говоришь, за сенсация у тебя? – спросил Суходольский, принимая из рук лаборантки чашку. – Спасибо, Люся.

Девушка поставила вторую чашку перед Костей, достала с полки вазочку с печеньем, опять стрельнула глазами, вышла. Голова парня, как намагниченная, поворачивалась следом за лаборанткой. Очень короткий халат не закрывал её длинных красивых ног и выгодно подчёркивал округлость упругой попки.

Илья Георгиевич снова усмехнулся:

– Ну, так?

– Да, именно сенсация! – воскликнул Костя, когда за Люсей закрылась дверь. – Почище вчерашней, с метеоритом в Челябинске – второй день по всем каналам передают.

– Да, уж. Журналистам теперь на месяц хватит пережёвывать… Так, что у тебя, не тяни, говори. Заинтриговал.

– Про нашу пресса ещё не пронюхала… На Литовском Валу, недалеко от Фридрихбургских ворот обнаружено захоронение. Там рыли котлован под здание, ну и наткнулись на могилу. Позвонили нам. Мы приехали, раскопали. Оказалось: единичное захоронение, мы датировали его второй половиной шестнадцатого века. Гроб неплохо сохранился, в нем останки: мужчина сорока-сорока пяти лет, судя по фрагментам одежды – парадному мундиру – важная птица, военный или крупный чиновник. Установили: на том месте до середины девятнадцатого века стояла часовня, построенная ещё в шестнадцатом столетии, возле неё, скорее всего и похоронили этого человека.

– Ну, так и что? – буркнул Суходольский. На мировую сенсацию сообщение бывшего ученика никак не тянуло.

– Терпение, Илья Георгиевич, всё по порядку. Покойник наш был застрелен – в глазнице черепа пулевое отверстие.

– Ах, вот как. Ну и?

– Мы нашли пулю – застряла в теменной кости, пробив мозг насквозь. Она хорошо сохранилась, хотя и почернела.

– О!

– Вот именно – о! Это и есть наша сенсация, – Костя, подобно опытному политику, приберёг самое главное «на десерт». – Пуля выпущена из нарезного оружия! Вот, посмотрите…

Он достал из кейса, который держал на коленях, пластмассовую коробочку, протянул Суходольскому. Тот открыл, вынул пинцетом упакованный по всем правилам артефакт. Пересел за лабораторный столик, повернул к себе большую лупу на кронштейне, включил подсветку.

Костя, прихлёбывая горячий чай, терпеливо ждал, пока мэтр рассмотрит пулю со всех сторон.

Илья Георгиевич хмурился, сопел. Минут пять смотрел, не проронив и слова.

Вернулся за письменный стол, положил пулю обратно в коробку, взял чашку с чаем.

– Ну? – не выдержал Костя.

– Что, ну? – буркнул мэтр сердито. – А вы ничего не перепутали с датировкой захоронения?

– Обижаете, Илья Георгиевич! Мы сто раз проверили. Сделали анализы и костей, и дерева, из которого изготовлен гроб. Радиоуглерод дал четыреста тридцать, плюс-минус сто двадцать лет.

– Если на клетке с ослом написано «лев» – не торопись верить… Так, кажется у Козьмы Пруткова? Нарезные стволы появились, дай бог памяти, в пятнадцатом веке, верно?

Костя кивнул.

– Ну, так вот. К вашей пуле это не имеет никакого отношения – она от современного оружия! Я даже могу, навскидку, попробовать назвать марку: пистолет Макарова, калибр девять, двадцать семь… У вас в университете была военная кафедра?.. Если хочешь проверить – отдай пулю экспертам с Петровки.

– Незачем. Я же не совсем лопух какой-то, сам сразу понял: пуля от современного пистолета – она в латунной оболочке. И, тем ни менее, пролежала под землёй не одну сотню лет, голову даю на отсечение. Такой вот хронопарадокс.

– Голову! Это не научный аргумент, друг мой, – проворчал Суходольский. – Хронопарадокс! Ты кто – учёный или фантаст? Тебя же серьёзные специалисты на смех поднимут. Вот газетчики, тем только шепни. Растрезвонят на каждом углу, мол, учёные сделали сенсационное открытие: доказали возможность совмещения несовместимого! И пойдёт писать губерния.

Костя разволновался:

– Что же делать, Илья Георгиевич?!

– Наплюй и забудь. Пусть уголовный розыск разбирается.

Учёный старой школы, Суходольский не допускал реальности хронопарадоксов. Для себя он решил: либо ошибка имеет место, либо фальсификация. Третьего не дано.

А молодому кандидату наук Косте Михееву не хотелось расставаться с тайной. Быть может, только раз в жизни судьба делает такие щедрые подарки…

Часть первая

От Региомонтума до Гамбурга

I. Пиратка и маркиза

1

Климат на Земле окончательно «слетел с катушек». Весь год погода чудила: то небывалая холодрыга в марте, будто не на Балтике живём, а на море Лаптевых, то тропическая жара в августе, а в декабре – теплынь, не Калининград, а Средняя Азия, ей-богу. Моя новая дублёнка весь месяц не ношеной в шкафу провисела. Ещё немного – и деревья зацвели бы. А за день до Нового года очередной сюрприз: зимняя гроза, явление необычное даже для нашей мягкой зимы. С полчаса грохотала канонада, и сполохи в небе праздничным фейерверком полыхали, потом дождь зарядил, и всё это безобразие закончилось мокрым снегом.

Я, глядя в окно, зябко поёжилась и проворчала:

– Ну и погодка.

Задёрнула штору, повернулась к подруге:

– Показывай, чего там у тебя.

Лариса вынула из сумки два туго набитых полиэтиленовых пакета. Когда она извлекла из них костюмы, первой моей мыслью было: «Господи, во что мне это обойдётся?!»

– Ты что, купила?!

Наверное, зря согласилась я пойти с Лариской на этот бал новогодний.

– Зачем же покупать? У меня знакомая в театральной мастерской. Этот Джека Воробья, а тот маркизы Помпадур. Ну, мне кажется, маркиза носила парчу, но… Зато пиратскую шляпу они по образцам из музея кроили, представляешь?

Я, наивная, решив, что предлагают выбрать, взяла розового шелка пышное с оборками и обсыпанное стразами платье.

Лариса поморщилась, но протестовать не стала.

– Хочешь померить? Прикинь на себя, конечно. Только знаешь, Снежок, тебе розовое не подойдёт. Твой цвет красный. Но было только розовое. Да и крой не твой. Здесь слишком глубокое декольте, а у тебя, подруга, бюст, честно говоря…

Не люблю, когда меня «Снежком» называют. Угораздило же родителей выбрать имя. Снежана! А я тёмненькая, скуластенькая, мне бы что-нибудь латиноамериканское подошло, что-то вроде Изауры. Кажется, был такой сериал бразильский? При знакомстве я обычно сокращаю своё имя, убираю первый слог и называюсь Жанной. А ещё не люблю, когда обсуждают мою грудь, хотя и не парюсь по поводу её миниатюрности.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.