Решальщики. Перезагрузка

Константинов Андрей Дмитриевич

Серия: Решальщики [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Решальщики. Перезагрузка (Константинов Андрей)

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Двенадцать лет назад мы с Сашей Новиковым и Женей Вышенковым задумали и начали делать новый книжный проект — художественный цикл с общим названием «Служба приватного сыска». Впрочем, Вышенкову эта тема довольно быстро поднадоела. Ну а мы с Новиковым, приложив недюжинные усилия, умудрились-таки в рамках задуманного довести до ума и выпустить в свет первые две небольшие книжки — «Умельцы» и «Травля Лисы». Не скажу, чтобы они пользовались у читателей суперуспехом, но, тем не менее, тиражи у книг были неплохие.

Однако потом сложилось так, что мы переключились на другие проекты и про героев «Службы приватного сыска» порядком подзабыли. И по тем временам казалось — окончательно и бесповоротно.

Однако в конце прошлого года на меня неожиданно вышли представители московской кинокомпании «Пирамида» и предложили написать сценарий для телесериала на основе «Умельцев». При этом были выдвинуты два условия: осовременить героев, то есть переписать историю, переместив ее в нынешние реалии, ну и, соответственно, придумать продолжение. Слегка подивившись такому вот интересу к «архивным персонажам», мы с моим соавтором Игорем Шушариным ностальгически освежили в памяти перипетии старых историй и пришли к выводу, что поставленная киношниками задача в принципе нам по силам.

Как результат — на свет появился сценарий 16-серийного фильма, съемки которого начались в августе 2012 года. Очень хочется верить, что картина, в которой снимаются такие замечательные актеры, как Сергей Маковецкий, Дмитрий Марьянов, Дарья Михайлова и другие, получится достойной и найдет своего преданного зрителя.

Ну а пока идут съемки, мы переработали сценарный формат в книжный. Реанимировав тем самым былую задумку о создании художественного цикла. Представляя на суд читателей первую из четырех книг этой новой серии, которую мы назвали «РЕШАЛЬЩИКИ», особо подчеркиваем, что данный продукт — никакой не римейк, а своего рода апгрейд. Не попытка втюхать залежалый товар с переклеенной этикеткой, а скорее литературная аранжировка изначального сюжетного начала. То бишь новая вещь, с новым развитием, с новым продолжением, новым финалом и новым осмыслением наших героев/персонажей.

Очень хочется верить, что она вас не разочарует.

Андрей Константинов, сентябрь 2012.

ПРОЛОГ

Черная полоса в жизни старшего оперуполномоченного ОУР Адмиралтейского РУВД Дмитрия Петрухина началась 4 марта 2011 года, в 18 часов 37 минут по московскому времени…

Пятница, самый конец предпраздничной рабочей недели. Наплевав на наступление календарной весны, в Питере шел мокрый снег, сквозь который, ворчливо поеживаясь, торопливо передвигались пешеходы. В сумерках бледно светили пятна фонарей, запорошенное пространство пытливо сканировали фары вынужденно сбросивших скорость машин.

Капитан Петрухин и старший лейтенант Лущенко работали возле Мальцевского рынка. Именно так — просто «капитан» и еще проще «старлей». Ибо несколько дней назад формально они перестали являться сотрудниками милиции. Коя одним росчерком президентского пера тихо почила в бозе. Но и в чуждых расейскому уху «полицейских» Петрухин с Лущенко пока не переаттестовались. Словом, уже не «товарищи», но еще не «господа».

Возле рынка они оказались до известной степени случайно. Но раз уж оказались — грех не пройтись с бредешком: всякий рынок для опера представляет, простите за такую вот тавтологию, оперативный интерес. А уж Мальцевский тем более. Расположенный в центре города, он издавна являл собой эдакий криминальный омут. Теперь не столь, конечно, глубокий и мутный, как еще лет пять-семь назад, но — тем не менее.

— Ну что, Костя, — сказал Петрухин, зыркнув на часы, — времени у нас с тобой минут сорок есть… Еще чутка пошоркаем?

— Давай, — без особого энтузиазма согласился Лущенко. — Только курнуть бы не помешало. Чисто для сугрева.

— Это можно.

Они нырнули под стекло остановочного павильона и, отфыркиваясь, замотали головами, стряхивая с волос снежные шапки. С наслаждением задымили… Было ли у Петрухина в этот момент какое-нибудь предчувствие?

Нет, не было у него никакого предчувствия. Он вышел на охоту. Он любил эту уличную полицейскую охоту, где многое построено на удаче, на воле случая. Где всегда есть реальный шанс задержать преступника… Но есть и шанс получить удар ножом или порцию картечи. Или покататься на капоте автомобиля. Кататься на капоте Петрухину доводилось трижды. Весьма увлекательный и эмоциональный аттракцион, оставляет массу впечатлений… «Пошоркаем, Костя?» — спросил он, и Лущенко согласился: давай. Сказал и потер лоб над правым глазом. Именно сюда через несколько минут ударит пуля…

— …Блин, ну и погодка! — пробурчал Петрухин. После чего невольно скосил глаза на заправленный в боковую стенку павильона праздничный постер и, не удержавшись, хмыкнул: — «С душистой веточкой сирени / Весна приходит в каждый дом, / От всей души вас поздравляем / С Международным женским днём!»… Идиоты! Щас сыскать бы где эту «веточку душистую» да автору в задницу засунуть!

— Вот-вот! В этом году абхазы к празднику даже мимозы не завезли. Говорят, и у них там померзло все напрочь. Борисыч! — Лущенко глянул на напарника с плохо скрываемой надеждой. — А может, ну его на фиг, а? В такую погодку наш клиент дома сидит, водяру глушит и телевизор смотрит. Только чужие шастают…

— А нам с тобой, в свете предстоящей переаттестации, и «чужой» бы не помешал.

— Ты мне эти упаднические настроения брось! Кого еще призывать в краснознаменную полицию, как не таких бравых молодцев, как мы с тобой?.. Не журысь, Дима! Скоро станем мы крутыми копами. Я уже и фразу заветную выучил: «You have a right to one phone call».

— Чего-чего?!

— У вас есть право на один телефонный звонок, — улыбаясь, перевел Лущенко.

— А-а! — дошло до Петрухина. — Будь другом, спиши слова… Стоп!!!

Метрах в тридцати от павильона остановился изрядно заляпанный «фордик» с плафоном «такси» на крыше. Распахнулась правая передняя дверца, и из машины вылез… Толик Родина.

Петрухин резко отвернулся — Родина знал его в лицо. Но тот, ни на кого не обращая внимания, шустро побежал через улицу к рынку… Родина был вор, и его появление на рынке едва ли было случайным.

— Ты чего? — Лущенко среагировал на телодвижение коллеги.

— Это — Толик Родина.

— Хочешь сказать: наш человек?

— «Наш» — не то слово! Костыль, сходи-ка, зыркни в салон. Только не вспугни раньше времени.

Лущенко вынырнул из их временного укрытия, подошел к «форду» поближе, слегка согнулся и сделал вид, что прикуривает. На заднем сиденье сидел мужчина. Рядом с ним лежала наволочка, из которой торчал рукав шикарной норковой шубы и дорогой кожаный чемодан… Короче, все ясно. Они самые — «подарки на Восьмое марта».

Родина тем временем перешел улицу и скрылся в дверях рынка.

Костя прикурил, обернулся к Петрухину и кивнул. Получив сей немудреный сигнал, Дмитрий переложил пистолет в карман куртки и двинул к «форду», закладывая галс со стороны водительской дверцы. Остановившись, он вежливо постучался в окошко, и водила недовольно приопустил стекло:

— Уголовный розыск, мастер… не вздумай дернуться.

Водитель — немолодой уже, опытный питерский таксёр — все понял, кивнул головой.

И мужик на заднем сиденье тоже все понял. Как только Петрухин распахнул дверь, он попытался ломануться из салона. Петрухин резко толкнул дверь ему навстречу — в лицо:

— Сиди, мудила. Ты уже приехал.

Лущенко нырнул в салон с другой стороны, поймал руку мужика, защелкнул в наручник, прикрепил к двери.

— Куда пошел Родина? — спросил Петрухин, наклоняясь к задержанному.

— А я Родиной не торгую, — ответил вор, хлюпая разбитым носом…

Это он зря сказал. Лущенко быстро и сноровисто обшарил задержанного, вытащил из кармана куртки нож-выкидуху и ключ, которыми пользуются проводники на железной дороге. Все как и положено, без неожиданностей. Еще раз напомнив водителю, чтобы не сделал глупость, опера двинулись к дверям рынка.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.