Три цвета одного убийства

Март Михаил

Серия: Мэтр криминального романа [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Три цвета одного убийства (Март Михаил)

Глава первая

УБИЙСТВО

1

Этот человек не выглядел напуганным. Впрочем, в таком состоянии людей трудно напугать. Степан Александрович хорошо выпил, но старался выглядеть трезвым. У него это получалось, и действовал он адекватно сложившейся ситуации: обнаружив труп соседа, первым делом вызвал полицию.

Оперативно-следственная группа приехала быстро. Возглавлял ее опытный следователь прокуратуры подполковник Денис Иванович Трубецкой. На его счету числилось более полусотни уголовных дел, и большинство относилось к категории особо опасных преступлений. Правда, времена славы отгремели. Сейчас Трубецкому перевалило за пятьдесят, и он уже не участвовал в операциях по захвату. В статусе следователя по особо важным делам его перевели из МУРа в Следственный комитет. Теперь он передавал эстафету молодым сообразительным ребятам. Таким, как капитан Вася Шувалов. Он пришел в розыск после юридического института, и его тут же включили в группу Трубецкого, чтобы он, как говорится, понял службу. Прокуратуру представляла Тоня Чайка. Молоденькая, хорошенькая и очень трудолюбивая. Она уже трижды принимала участие в работе с подполковником Трубецким, и весьма успешно. Они хорошо дополняли друг друга. Девушка страстно отстаивала свою позицию, а Денис Иванович никогда с ней не спорил, давая полную свободу. Но если Тоня попадала в тупик, доходчиво разъяснял ей ее ошибки. На замечания она не обижалась, а впитывала их в себя, как губка воду. В конце концов Антонину закрепили в бригаде, чему она очень обрадовалась.

В криминальную группу также входили два Вити. Чтобы их не путать, одного называли старший, второго – младший. Солидный и очень полный Витя-старший был далеко уже не мальчик, но определить возраст по его женственному лицу было весьма непросто. И голос у майора звучал очень высоко. По этой причине он был единственным, кто всегда носил полицейскую форму. Она придавала ему мужества. Витя-старший считался одним из лучших экспертов-криминалистов. Знал много, говорил мало. Стеснялся собственного фальцета.

Витя-младший, а ему стукнуло уже тридцать, служил медэкспертом. В институт судебной медицины пришел после ординатуры. Трупы вскрывал со студенческих лет. Дело стало привычным. По диагностике даже диссертацию защитил. Что называется, фанат своего дела. В бригаду подполковника Трубецкого сам напросился. Так или иначе, подполковник занимался случаями насильственной смерти.

В итоге получилась не команда, а мощный кулак. За последние три года – ни одного промаха, ни одного незаконченного дела, сданного в архив. Все преступники осуждены.

Знал бы убийца, с кем ему придется соперничать, не решился бы на опрометчивый поступок.

Итак, что мы имеем?

Просторная трехкомнатная квартира на седьмом этаже престижной кирпичной высотки в центре города. На безупречно блестящем паркете лежал мужчина лет сорока с окровавленным черепом, под головой натекла лужа крови. Лежал на спине, с открытыми глазами. Он был мертв. Рядом – тяжелая статуэтка из зеленого камня в виде женщины с завязанными глазами, с мечом в одной руке и весами в другой. Символ правосудия. На подставке осталась кровь. В метре от трупа, под столом, валялся мобильный телефон. О столе отдельный разговор. Мужчина лежал в дорогом красивом костюме, галстуке, белоснежной рубашке. В общем, при полном параде.

Стол был накрыт на двоих: на белой скатерти две тарелки, два бокала с недопитым французским вином, бутылка «Шардоне», ваза с цветами, приборы, закуска, фрукты и ключи от машины.

В общих чертах картина понятная. Каждый видел ее по-своему, но не торопился высказываться. В этой компании любила рассуждать только Тоня, потому что не боялась ошибаться. Картина преступления выглядела слишком очевидной, а это лишь настораживало. Драка и убийство на бытовой почве. Но в таких местах не случаются пьяные разборки.

– К кухонной плите давно никто не подходил, – тихо сказал Трубецкой. – Да и не думаю, что хозяин отлично готовил. Надо бы выяснить, в каком ресторане он заказывал вырезку с кровью и салаты.

Подполковник ни к кому конкретно не обращался. Его ребята сами разберутся, кто займется подобной мелочью. Найти телефон ресторана или визитку нетрудно. Не в поручении дело. Подполковник хотел сказать, что встреча была запланирована и к ней готовились, если был сделан предварительный заказ в ресторане. Стол накрывался для леди, а не для уличной шлюхи. И эта коробочка из-под кольца. На ней стояло золотое тиснение фирмы «Лазурит», а эта компания торгует очень дорогими побрякушками. Кольца в коробочке не оказалось. Значит, подарок был принят. Кем? До ответа на этот вопрос еще далеко. Или же совсем близко.

– В ванной комнате забит воздуховод, – заговорила Антонина. – В воздухе витает аромат французских духов «Каприз». Если он все еще не выветрился, то женщина пробыла там не меньше пяти минут.

Витя-старший добавил:

– Руки мыла. Она запачкала их кровью. В раковине остались капли.

Скорее всего, так и было. Но пора бы освободить свидетеля – он мешал работе, и Трубецкой обратился к нему:

– Как вас занесло в эту квартиру, Степан Александрович?

– Моя квартира дальше по коридору. Я шел от лифта… – Сосед сидел на стуле возле двери, чтобы не топтать, и всячески старался выглядеть трезвым, а потому и говорил чуть ли не по слогам, будто с глухими, умеющими читать по губам. – Дверь Владика была приоткрыта. В квартире горел свет. Вот я и зашел. Он был уже мертв. Не знаю почему, но я глянул на часы. Половина третьего ночи. Я вышел из квартиры и позвонил вам. Остался ждать в коридоре. У нас дурацкая система. Выходишь из лифта в коридор. Он длинный. На этаже шесть квартир. По три с каждой стороны. Моя квартира последняя. Вообще-то все это на кино походит, если не знать деталей. Всегда и везде люди находят трупы в квартирах, где непременно открыта дверь. Так проще. Не нужно тратить время на вызов слесаря, взлом и тому подобное. Проще постучать, и дверь сама откроется. Замызганный штамп. Но Владика не нашли бы. Может, через месяц или два. У него окна открыты – запаха никто не учуял бы.

Подполковник посмотрел на окна. Вся стена была прикрыта шелковыми занавесками. Он подошел и раздвинул их. Огромные окна и впрямь были распахнуты. На улице даже ночью стояла жара.

– Как вы догадались?

– Очень просто. Дверь сквозняком приоткрыло. И потом, занавески шевелятся. Я к тому, что Владика здесь никто не искал бы. Этого адреса никто не знает, кроме его любовниц. Но они сюда не приходят без приглашения. Он никогда не приводил в дом одну и ту же женщину дважды. Каждый роман длился не больше одной ночи. А его жена, как он мне говорил, об этой квартире ничего не знает. В доме нет собственных квартир. Все они сдаются внаем. Живут здесь такие, как я. Те, кто ушел из семьи, оставив свои дома детям и женам. Временное прибежище для состоятельных людей. Владик снимал квартиру для интимных встреч. О ней даже его друзья не знали. Мы с ним познакомились возле лифта. Я поднимался, а он провожал очередную пассию. Очевидно, она ему не дала, и он расстроился. А я нес в руках пару бутылок водки. Он мне сказал: «Может, поделитесь? Я заплачу». А мне тоже не хотелось пить в одиночку. Так мы и просидели до утра. Полтора литра уговорили. Он не держал в квартире крепких напитков. Только фирменное вино для женщин, которое сам никогда не пил.

– Вы начали говорить что-то о двери, – перебил его Трубецкой.

– Да. Замки у нас смешные. Вы не можете захлопнуть дверь. Замок пружинит и не срабатывает. Надо повернуть ручку, прижать дверь, только потом отпустить ручку, тогда она закроется. А так ничего не выйдет. Хлопайте сколько хотите, она будет лишь отскакивать. Убийца об этом не знал и, думаю, торопился. Одно могу сказать. Владик – чистейшей воды интеллигент. У таких людей врагов нет. И быть не может. Ему попалась не та женщина. Промахнулся. Скорее всего, она его обчистила. С этой целью и пришла. У него всегда полно денег в карманах. Я предполагал, что его похождения добром не кончатся. Женщины страшнее мужчин, хитрее и коварнее. А Владик был обычным бабником.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.