Ручка из берёзового сучка

Наволочкин Николай Дмитриевич

Жанр: Сказки  Детские    1959 год   Автор: Наволочкин Николай Дмитриевич   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ручка из берёзового сучка ( Наволочкин Николай Дмитриевич)

Жили-были дед да бабка.

Жили они в дремучей тайге, за тремя сопками да за пятью оврагами, в лесной сторожке.

Все вы, конечно, догадались, что дед этот был не простой дед. Догадывался об этом и мальчик Алёша, потому что папа и мама называли деда «чудесник-кудесник». Давно догадывался, а проверить никак не мог: очень уж редко приезжал дед в город, где жил Алёша.

Но вот однажды в каникулы залаял на улице пёс Никудышка, шарахнулись с завалинки куры, а в окно заглянула ушастая лошадиная голова.

— Алёша, дедушка приехал! — закричала из кухни мама.

И правда: заскрипели на крылечке ступеньки, распахнулась дверь, и вместе с морозцем в прихожую ввалился сначала большущий мешок, а потом сам дед-бородед в тулупе до самых пяток.

Все знают, что самые замечательные события случаются в каникулы. Так было и на этот раз. Прежде всего из дедова мешка посыпались смолистые кедровые шишки. Потом дед порылся и вытащил берестяной туесок с мороженой клюквой. За клюквой появилась длинная связка сушёных грибов.

— Белки нам с бабкой натаскали, — между прочим заметил дед.

«Понятно, — подумал Алёша. — Простому деду белки таскать грибы не будут. Очень им надо!»

Но главное случилось в обед, когда пришёл папа. Дед заявил, что забирает Алёшу с собой за три сопки, да за пять оврагов в лесную сторожку.

— Всё равно у парня каникулы, да и бабка по внучку соскучилась.

Папа с мамой немного поколебались, но ведь дед был чудесник-кудесник, и они согласились.

Простился Алёша с папой и мамой, закутался в дедов тулуп, и поехали они в дремучую тайгу.

Провожал их пёс Никудышка, но так как это был городской пёс, он побоялся бежать за три сопки, да за пять оврагов и возле киоска, где летом продавали мороженое, отстал.

Потянулись за городом белые поля, пригрелся Алёша и слышит — полозья напевают:

Небольшая ноша — Старый дед с Алёшей. Небольшая, небольшая, Нам катиться не мешает.

«Задремал я, наверно», — подумал Алеша, встряхнулся и спрашивает у деда:

— Дедка, а почему ты в сторожке живёшь, что ты там делаешь?

— Лес стерегу, — отвечает дед.

«Ну да! Зачем его стеречь, убежит он, что ли?» — не поверил Алёша, но возражать деду не стал.

Под вечер, когда проехали два оврага и одну сопку, наскучило Алёше сидеть.

— Ну что ж, — решил дед, — давай слезем, погреемся.

Идут они по дороге, смотрит Алёша, а дед рукавицы на санях оставил. Удивился мальчик:

— Ты чего это, дедка, рукавицы снял?

— Э, брат, — улыбается дед, — жаркие они очень. В них только чай кипятить.

— Как так чай кипятить?

— А очень просто. Хожу я по тайге, чайку захочется, не бежать же к бабке. Я в кружку воды зачерпну, — эвон она кружка, в мешке лежит, — поставлю её в рукавицу. Пока курю, глядишь, вода закипела, пей на здоровье.

Ну? — удивился Алёша. — Так ты, дедка, правда чудесник-кудесник?

— Я что, — скромничает дед, — я так, полукудесник, а вот бабка твоя — полная кудесница. Это она рукавицы шила.

— Деда, а что она ещё может делать?

— Всё может. Оладьи, допустим, здорово печёт.

— А как? Расскажи, пожалуйста!

— Как? Да обыкновенно. Сковородку у нас медведь утащил, так она накалит утюг, шлёп на него тесто. Тесто пошипит — и оладья готова, сама с утюга соскакивает. Вкусные оладьи получаются. Вот приедем, попробуешь.

«Ну, чудеса!» — думает Алёша.

А тут сорока на дорогу выскочила, пострекотала, пострекотала — и в кусты.

— Чего это она, дедка?

— Это соседка наша, — отвечает дед, — рядом живёт. Увидела нас, к бабке полетела сказать, что едем. Ну садись, смеркается уже, торопиться надо.

Уселись старый и малый в сани, подстегнул дед лошадь, и покатили они дальше.

Долго ли, коротко ли ехали, — вторую сопку миновали. Звёзды на небе высыпали. У деда в лесу звёзд побольше было, не то, что в городе. Засмотрелся Алёша на звёзды, слышит, полозья опять напевают:

Утомилась лошадь, Задремал Алёша. Утомился, задремал, Мал ещё Алёша, мал.

Поморгал глазами Алёша, смотрит — огонек между стволами мигает. Сначала Алёша подумал, что это звёздочка с неба опустилась. В тайге всё может быть. Потом чувствует — дымком потянуло.

— А вот и наша сторожка, — говорит дед. Приехали.

Утром, как дед и обещал, угостила бабка гостя чаем с оладьями. Правда, Алёша не видел, как их бабка на утюге печёт, проспал с дороги. Но оладьи были вкусные, лучше тех, что мама на сковородке готовила.

После завтрака надели дед и Алёша лыжи и пошли настоящую тайгу смотреть. А тайга была рядом, прямо у дверей сторожки и начиналась. Направо посмотришь — деревья, налево посмотришь — деревья прямо — тоже деревья. А за деревьями опять деревья.

Идут дед и внук, по сторонам посматривают.

— Ишь, зайцы-то что на снегу написали! — говорит дед. — Перед морозом бегают.

Много следов на снегу, а больше всего заячьих.

Тянутся цепочками: два круглых, два продолговатых, два круглых, два продолговатых.

— Хорошо зайцы пишут, — продолжает дед, — ровно, аккуратно. А ты, Алексей, что-то мне своих тетрадей не показывал. Красиво, поди, писать выучился?

Промолчал Алёша. С чистописанием-то у него как раз дела были неважные. У всех ребят ничего, а в его тетрадке не хотели буквы ровно стоять, за линейки лезли, то влево, то вправо валились, только что не плясали.

Вспомнил это Алёша и пригорюнился. А дед хитрый. Видит, что внук задумался, выспрашивать начал: как да что? Крепился, крепился Алёша — кому охота про себя плохое рассказывать, но дед всё выпытал. Расспросил внука, покурил и говорит:

— А мы эту беду поправим. Вон она, берёзка, твоя спасительница.

Скатились они с пригорка в ложбинку. Вынул дед нож и срезал у берёзки сухой сучок.

— Зачем сучок, дедка? — спрашивает Алёша.

— Я тебе из него волшебную ручку смастерю…

И смастерил.

Как вернулись они в сторожку, сел дед у печки и принялся с берёзового сучка тоненькие стружки состругивать.

Сначала Алёша просто ожидал, потом спрашивать стал:

— Скоро, деда?

А дед всё строгает да строгает.

Ждал, ждал Алёша — не дождался: уложила его бабка спать.

А тут сорока-соседка в окошко заглянула, увидела, что дед волшебную ручку мастерит. Полетела в своё гнездо и давай звонить вороне — новость сообщать.

— Два ноля тридцать пять? Это ворона?.. Здравствуй, ворона! Дед-лесник волшебную ручку мастерит, хочешь посмотреть?

— Кар-р! — отвечает ворона. — Р-разумеется хочу.

— Тогда лети скорее, — торопит сорока.

Подлетели они к окошку, заглядывают. А Алёша, хоть глаза закрыты, всё видит. Дед как раз ручку доделал, на стол положил.

— Кр-расота, — говорит ворона. — Давай, сорока, укр-радём!

Вскочил Алёша, огляделся. В окошко солнце заглядывает. Бабка у печи возится, деда нет, а на столе ручка лежит. Выстругал её дед, отшлифовал, перо вставил и даже ёлочки на ручке узором выжег. Хорошая ручка получилась.

— Бабушка, — позвал Алёша, — а чернила у вас есть?

— Да ты позавтракай сначала, — уговаривает бабка. — Успеешь ещё, попишешь.

— Что вы, бабушка, — говорит Алёша, — надо же попробовать.

Достала бабушка чернила, тетрадку в косую линейку из-за зеркала вынула.

Надел Алёша валенки на босые ноги — и к столу.

Стал писать. Что такое? Буквы то вкривь, то вкось валятся, за линейки вылазят. Так-то и старая, неволшебная ручка писала.

— А ну ещё попробую, — шепчет Алёша.

Макнул перо в чернильницу, поторопился и кляксу посадил. Вот тебе и волшебная ручка!

В это время дед с улицы заходит — дрова притащил. Увидел, что внук мается, заглянул в тетрадку и говорит:

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.