Нартов

Данилевский Виктор Васильевич

Серия: Жизнь замечательных людей [292]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Нартов (Данилевский Виктор)

Летом прошлого года в руки одного из одесских токарей-новаторов попал большой специальный труд автора настоящей книги «Нартов и Ясное зрелище машин». Советский рабочий, прочитав книгу, решил использовать некоторые идеи А. К. Нартова. В скором времени он изобрел на их основе простое приспособление к обычному токарному станку, которое без всяких затрат позволило в несколько раз повысить производительность труда при обработке первичных фасонных деталей.

Так спустя более 200 лет после смерти великого русского инженера его идеи продолжают служить человеку, приносить пользу.

ВВЕДЕНИЕ

три с половиной часа пополудни 11 июня 1747 года из Петербурга пошла яхта в Кронштадт [1] .

Штормовой ветер дул с залива. Воды с моря врывались в устье Невы. Река поднималась, в ней все кипело, как в титаническом котле. На взморье обрушились на яхту крутые встречные волны. Всегда особенно тяжелые на мелководье, они сбивали с хода, мешали лавировать. Шторм крепчал, но о возвращении не могло быть и речи. Яхта шла по государственному делу особой важности.

На грани вспенившегося моря и чугунно-тяжелых туч чуть виднелся Кронштадт. После долгой борьбы с морем и ветром стало ясно: на парусах не дойти. Попытки буксировать яхту гребными шлюпками оказались тщетными. Попробовали заводить якорь, подтягиваться к нему, и это не помогло. Пришлось, отстаиваясь на якорях, заночевать у вех, показывавших путь среди отмелей.

Балтика продолжала оставаться неприветливой весь следующий день. Встречный ветер не стих и вечером. Путники, стремившиеся любой ценой попасть в Кронштадт, перешли на шлюпку. Ночь опять прошла среди разбушевавшегося моря. Десять часов подряд гребцы боролись с волнами, ветром, не отрывая рук от весел. Только к утру, на третий день после выхода из Петербурга, шлюпка причалила к пристани города-крепости, где теперь на монументе его основателю начертаны слова: «Оборону флота и сего места держать до последней силы и живота, яко наиглавнейшее дело».

Путники сразу же, невзирая на ранний час, поспешили на кронштадтское строительство. Двое приезжих были сенаторами: генерал, действительный камергер и кавалер А. Б. Бутурлин, и тайный советник князь И. В. Одоевский. Третий из путников не являлся ни сенатором, ни вельможей. Нежданные гости из Петербурга образовывали сенаторскую комиссию. Такие комиссии в те годы создавались для полномочного государственного расследования дел особой важности. Чем внезапнее появлялась на месте сенаторская комиссия, тем больше пользы могла она принести. Комиссии, прибывшей в Кронштадт, было предписано расследовать положение дел на ответственнейшем строительстве и навести там порядок.

В Центральном Государственном архиве древних актов нам удалось найти всеми забытый поденный журнал работы этой комиссии. Из него взяты сведения о всех обстоятельствах поездки, из него видно, что именно третий из путников представлял собой основную силу комиссии, был в ней главным действующим лицом.

Все выводы и решения, все предложения исходили от него. Сенаторы только лишь безоговорочно утверждали то, что он считал необходимым. Именно он давал решающие указания по сооружению гигантского сухого дока для строительства и ремонта кораблей. Он предлагал, а сенаторы предписывали осуществить его предложения для более успешного хода земляных работ, возведения деревянных и каменных сооружений, устройства шлюзовых ворот. Он уверенно и точно решал все как высший государственный эксперт по вопросам важнейшего для страны строительства.

Кто же был этим непререкаемым авторитетом?

Журнал сенаторской комиссии неоднократно называет его имя — Андрей Константинович Нартов.

От вехи к вехе на его жизненном пути мы шли долгие годы, разыскивая забытые документы в архивах Москвы, Ленинграда и других мест. И чем больше накапливалось документальных материалов, тем ярче раскрывался прекрасный образ человека, простого и мужественного в его великом служении народу в тот далекий, жестокий век.

Героическая роль выпала на долю Нартова. Его жизнь, наполненная борьбой, требовавшей высшего напряжения энергии и духа, отражала непримиримые противоречия эпохи.

Его сила — сила народа. Народ выдвинул его и поддерживал. Связь с народом была у него нерушимой. Его земля — техника, поставленная на службу государству. Технику не дано выбросить никому, без нее нельзя было жить и в те далекие годы. Так и без Нартова было не обойтись.

Врагами его были враги русского народа, пытавшиеся принизить национальную честь и достоинство. Именно Нартов в тех же 40-х годах, когда ездил в Кронштадт, первым выступил против иноземного, засилия в Академии наук, против Шумахера и шумахеровщины — гнуснейшего социального гнойника на; теле науки тех лет. Он первым в Академии поднял знамя борьбы за русскую науку. Знамя, поднятое Нартовым, подхватил и высоко поднял Ломоносов.

Заправилы академических дел жестоко отомстили ему. Они объявили Нартова полуграмотным невеждой, плохо умеющим писать даже по-русски. И через два столетия о нем продолжали писать всего лишь как о «царском денщике», хотя он никогда таковым не был.

Далеко ходить за примерами не приходится. Обратимся к изданиям высшего научного органа Российской империи. В 1891 году вышла из печати публикация академика Л. Н. Майкова «Рассказы Нартова о Петре Великом» [2] .

Л. Н. Майков выполнил важную работу. Он впервые опубликовал все содержание рукописной книги А. К. Нартова «Достопамятные повествования и речи Петра Великого», напечатал комментарии к подавляющему большинству рассказов. Публикация Майкова продолжает широко использоваться историками как ценный исторический источник, живо изображающий события из жизни Петра I и его современников.

Майков заметил, что некоторые места текста «Достопамятных повествований и речей Петра Великого», имеющих дату своего окончания 1727 год, повторяются в сочинениях иностранных авторов — Мовильона, Вольтера и других, писавших много позднее. И маститый академик выступил с утверждением, что якобы не французские авторы заимствовали из русского раннего источника сведения о Петре I, а, наоборот, что русский рукописный источник 1727 года содержит материалы, заимствованные из позднейших иностранных книг, включая изданные в 1761–1763 годах, то есть после смерти А. К. Нартова.

Майков уверовал в клевету, пущенную в ход шумахеровщиной еще в 40-х годах XVIII века. Он предвзято считал, что А. К. Нартов вообще ничего не мог написать.

В результате личные воспоминания А. К. Нартова о царе, с которым он бок о бок прожил двенадцать лет до самой его смерти в 1725 году, были приписаны сыну Нартова, Андрею Андреевичу, только лишь родившемуся в 1737 году.

Потребовались годы исследовательской работы, чтобы восстановить истину, чтобы найти даже самую его могилу.

В один из пасмурных сентябрьских дней 1950 года на Васильевском острове в Ленинграде около старой бездействующей церкви начались необычные раскопки.

У решетчатой железной ограды на углу 8-й линии и Малого проспекта скапливались прохожие. В народе шли толки:

— Могилу петровского вельможи нашли!

В тот же день члены комиссии [3] подписали акт. Этот акт удостоверял, что «произведено вскрытие могилы Андрея Константиновича Нартова, погребенного у б. Благовещенской церкви на Васильевском острове (угол 8-й линии и Малого проспекта)».

Акт описывал весь ход работ, в нем было сказано:

«1. По снятии слоя земли толщиной около 10 см открыта плита из красного гранита (111X39X45 см), на которой высечена надпись:

«Здесь погребено тело статского советника Андрея Константиновича Нартова, служившего с честию и славою государям Петру первому, Екатерине первой, Петру второму, Анне Иоанновне, Елизавете Петровне и оказавшему отечеству многие и важные услуги по различным государственным департаментам, родившегося в Москве в 1680 году марта 28 дня и скончавшегося в Петербурге 1756 году апреля 6 дня».

Алфавит

Похожие книги

Жизнь замечательных людей

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.