Герои не умирают

Багдерина Светлана Анатольевна

Серия: Хранители Границы [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Светлана Анатольевна Багдерина

Герои не умирают

Цикл «Герои не умирают»

Книга 1

Часть первая

СМЕРТЬ ГЕРОЯ

— …Вот ты и попался, Симарон! Ты и твои прихвостни! Сдавайтесь, и мы сохраним вам жизнь!

Люди внизу, не ждавшие быть обнаруженными так скоро, замерли на мгновение, но тут же потянулись за оружием.

— Ты чего, Фалько, с ума сошел? Вас же всего двое, а нас — шестеро! Проваливайте отсюда! Бегите за своим трусливым принцем — может, он вам поможет! Одним вам с нами не справиться! — насмешливо долетел до края карьера ответ единственного безоружного среди них — рыжего коренастого здоровяка, но Фалько и Аник, перескакивая с уступа на уступ, уже спускались к обнажившим мечи злодеям, и глаза их сверкали адским пламенем неминуемого сражения.

— А-а-а, провались земля и небо — я на кочках проживу!.. — азартно, захлебываясь адреналином и жаждой схватки, весело и яростно проорал Фалько, и ликующее эхо, вторя ему, пойманной птицей заметалось в песчаниковых стенах.

— Вы думаете, что вы — герои? — язвительно поинтересовался Симарон, уперев толстые руки в бока и задрав голову. — Вы — шуты балаганные! Песья кость! Вороний корм!

— А вот мы сейчас и поглядим, кто тут из нас — вороний корм! — воинственно выкрикнул Аник, не забывая при этом не опережать друга, неистово летевшего навстречу пяти мечам. — Смерть и слава! И сам ты — чучело огородное!

— А ты вообще помалкивай, прихвостень! Мы тебя первого повесим! — долетели персональные слова приветствия и Анику.

Тот их расслышал, побледнел и, несмотря на тот факт, что ни в карьере, ни вокруг него не было ни единого столба, не говоря уж о дереве, пригодном для такого ритуала, приотстал еще больше. Потому что уж он-то точно знал, кто из них двоих с Фалько герой, а кто — песий корм и балаганный шут.

Ренегаты заметили демарш коротышки, захлопали себя по ляжкам и расхохотались, издевательски гундося и прихрюкивая. Но им было простительно, потому что для злосчастных отступников это был последний повод для веселья. Как обвал, как лавина, как безумный цунами обрушился на их головы растрепанный, запыхавшийся Фалько, и его легкие клинки замелькали в воздухе, словно лезвия сенокосилки, не давая солдатам колдуна даже опомниться.

Через минуту всё было кончено. Пятеро приспешников Симарона лежали, корчась в предсмертных муках, на земле, а Фалько, опустив, но не убрав в ножны мечи, стоял перед Симароном, в страхе прижавшимся к пыльной стенке карьера.

— По-хорошему, мне стоило бы отправить сейчас на тот свет и тебя, — горделиво откинув со лба слипшуюся от пота челку, усмехнулся капитан гвардии кронпринца. — Но принц Амза хочет получить тебя живым, не знаю, зачем. Поэтому…

— Найз, Найз! Ты там, внизу? Найз!!! — пронзительный девчоночий крик тревожно забился среди почти отвесных стен, и Фалько, прервавшись на полуслове, повернулся к захваченному колдуну спиной, задрал голову, засунул оба меча подмышку и приложил ладони рупором ко рту.

— Да здесь я, здесь! А что?

— Мама тебя ищет!!!

— М-м-м… — тихо поморщился как от зубной боли мальчишка. — Ну, как всегда…

— Может, дома случилось чего, Фалько? — озабоченно предположил, отряхиваясь, один из ренегатов, оживших чудесным способом.

— Да знаю я ее «случилось»… — недовольно пробурчал мальчик. — То гусей с пруда пригони, то крупу перебери…

— Спроси, — сочувственно поглядел на приятеля парень, изображавший колдуна Симарона. — Может, не срочно.

Найз вздохнул, пожал плечами, но совету последовал.

— А что случилось-то, Фила? — прокричал в ладони Найз.

— Дяде Лимбе… совсем… плохо стало!.. — взлетел до самой высокой ноты и вдруг оборвался голос сестры.

Она не сказала самого страшного слова, но и невысказанное, оно материализовалось в мозгу Найза, распухло, набрякло тяжелым ужасом и запульсировало, словно живое.

Пока живое.

Дядя Лимба.

Умирает.

— Что?..

Мечи с тупым стуком упали на землю, заглушая почти беззвучный рваный выдох. А голос девочки, уже набравшись сил, летал и звенел над застывшими в растерянности друзьями:

— Иди скорей! Мама говорит, тебе нужно к доктору сбегать, а потом, если чего пропишет, и денег на это хватит — то к аптекарю, а если нет — то к бабке-шепталке, она меньше берет, хоть и пользы нету!..

— Нет… нет… не может быть… ему же еще вчера было совсем почти хорошо, он ведь даже вставал сам!.. Он не может… — повторял снова и снова, как заклинание, Найз, точно суеверный крестьянин с южных окраин Эрегора, верящий, что если о худом не говорить, то оно не может и случиться.

— Он в горячке свалился час назад, без памяти, и всё тебя зовет! Ну, как ты себя называешь, то есть. Фалько, кричит, Фалько, ты где, вернись, Фалько…

На ощупь Найз быстро подобрал мечи, выстроганные ему когда-то стариком. Торопливо, наугад, попытался засунуть их в ножны за спиной — тоже сделанные дядей Лимбой, крест-накрест, как у Фалько — не попал, нетерпеливо мотнул головой, стиснул их в левой руке, окинул быстрым взглядом почти невидимую тропинку, ведущую вверх, на край выработки, и помчался по ней с такой скоростью, будто от этого зависела жизнь не только брата мамы, но и всей Песчаной слободы, и города, и даже королевства.

Дядя Лимба умирает…

Да кто такой был этот старик Лимба, спрашивали друг друга его соседи, и сами же отвечали на свой вопрос, хотя всем известно, что на риторические вопросы ответов не бывает.

Старый одинокий сумасшедший, брезгливо говорили одни. Одноногий пьяница, с неодобрением уточняли другие. Врун и трепач, усмехаясь, настаивали третьи. Бесстыжий самозванец, с осуждением припоминали четвертые. И всё это было правдой, все они были правы, потому что против правды не поспоришь, как говаривал, бывало, сам Лимба, рассеянно улыбаясь в длинные усы, жесткие и желтые, как песчаник в карьере за их околицей. Но для Найза дядя Лимба с первого дня их знакомства и всегда был только другом Фалько, оруженосцем Фалько и человеком, сражавшимся рядом с Фалько в том самом последнем бою.

* * *

Медленно и постепенно, день за днем, год за годом, судьбоносное сражение в Лесном замке уходило вдаль и становилось историей. Не такой уж далекой, но уже и не близкой. Достаточно реальной, чтобы раны, нанесенные тем страшным временем, все еще болели, но уже слегка тускнеющей и мутнеющей, чтобы не кровоточили.

Сотни баллад и пьес, стихов и романов, полотен и монументов было посвящено двум мучительно-бесконечным годам, когда придворный маг Симарон, убив доверчивого короля Рица, захватил власть над страной. Но, благодаря молодому капитану королевской гвардии Фалько, детям монарха удалось спастись из замка и избежать печальной участи родителей. Три принца и две принцессы, едва опережая преследователей, без оглядки разлетелись по разным концам большой страны в сопровождении последних оставшихся верными короне гвардейцев.

Используя магию смерти и крови, колдун принялся готовить армию для завоевания континента, вытягивая из Эрегора все соки, как паук. Деньги, товары — всё летело в топку амбиций Симарона, но больше всего страдали люди. Пустели мастерские и поля, когда рекрутеры забирали их хозяев в возраставшую не под дням, а по часам исполинскую армию нового правителя, а на оставшиеся ложилась непосильным бременем утроенная, учетверенная доля труда и налогов.

Пророчество слепого отшельника, вскоре после гибели старого доброго Рица облетевшее страну, гласило, что только отпрыск королевской крови сможет одолеть колдуна и вернуть людям Эрегора свободу.

Страна стонала под пятой новой власти, но стон иного рода вырывался из сотен тысяч грудей каждый раз, когда проносился слух о гибели наследников: младшего сына Рица, потом, через несколько месяцев, среднего, еще через полгода — двух дочерей, одной за другой…

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.