История Кометы. Как собака спасла мне жизнь

Вулф Стивен

Серия: Кошки, собаки и их хозяева [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
История Кометы. Как собака спасла мне жизнь (Вулф Стивен)

Steven Wolf

Lynette Padwa

COMET’S TALE

HOW THE DOG I RESCUED SAVED MY LIFE

Перевод А.А. Соколова

Компьютерный дизайн А.И. Орловой

Печатается с разрешения Algonquin Books of Chapel Hill, подразделения Workman Publishing Company Inc., New York и литературного агентства Александра Корженевского.

Пролог

Март 2000 года. Аризона

В восемь утра дорога, вьющаяся в предгорьях к северу от Флагстаффа, была пустынна. Веяло весенним холодом, но я все же опустил стекло, чтобы наполнить салон машины ароматом сосен. Открывался вид на снежную вершину горы Элден, четко и рельефно очерченную и в ярких лучах резкого утреннего солнца казавшуюся гравюрой на дереве. Вскоре дорога вильнула в сторону, а я стал всматриваться вперед, чтобы не пропустить поворот к приюту.

Еще немного, и я увидел его – видавший виды двухэтажный дом с островерхой крышей и крытым крыльцом. Он стоял на ровной, поросшей травой площадке размером с футбольное поле и был со всех сторон обнесен высоким забором из столбов с натянутой между ними сеткой. Я остановился перед воротами и медленно вышел, сжимая свои палки и преодолевая боль в спине. Тяжело дыша, привалился к автомобилю. Воздух словно застыл. На дальнем конце поля я заметил какое-то движущееся пятно. И в тот же момент услышал ритмичные удары, словно в отдалении бил барабан. Пятно приближалось, и по мере того как мои глаза осваивались с окружающим, превратилось в свору грейхаундов – английских борзых, бежавших по периметру забора. Барабанный бой перерос в гром. Через несколько секунд они промчались мимо – сжавшиеся в тугой комок мышцы бедер, задние лапы стелются на уровне плеч, отдельные псы сливаются в перетекающую, как ртуть, сплошную массу мускулов и летящие вслед комья грязи.

Очарованный, я смотрел, как собаки устремляются вперед только потому, что бег доставляет им наслаждение. «Прямо как дети, – подумал я. – Отрываются в первый весенний день после долгой зимы». Мне даже почудился смех.

– Не устаем за ними наблюдать, – раздался женский голос.

Я настолько увлекся созерцанием борзых, что не заметил приближающуюся ко мне молодую служительницу приюта. Она подходила, засунув руки в карманы выцветших джинсов, и, остановившись передо мной, произнесла:

– Рада, что вы все-таки решились приехать. Я Кэти. Пойдемте, познакомлю вас со всей командой.

Как только мы направились к дому, собаки повернули в нашу сторону. Не прошло и секунды, как я был окружен тяжело дышащими, толкающимися псами. Казалось, что в их своре представлены особи всех присущих царству животных мастей: светлые желтовато-коричневые, пятнистые, темно-рыжие, контрастно-четкие черно-белые и знаменитые серо-стальные, которых часто называют голубыми. А единственно общим были белые пятна на груди. Борзые, пытаясь привлечь мое внимание, пробирались вперед, отпихивая друг друга, но эта толкотня была дружеской – ни рыка, ни намерений укусить товарища. Их поведение напомнило мне ежегодные встречи с двоюродными братьями и сестрами.

После недель раздумий и сомнений я все-таки приехал сюда, готовый взять собаку, но не имея представления, что такое свора борзых: множество непохожих друг на друга особей, и каждая – индивидуальность со вполне сформировавшимся характером. Выбирать из них – совсем иное, чем брать щенка. Мы с Кэти полчаса простояли во дворе, но ни одно из животных не показалось мне «моим». Наконец, не без колебаний, я указал на светло-коричневую борзую и неуверенно спросил:

– Может, вот эту?

У нее были живые, цвета жженого сахара глаза, и она производила впечатление энергичной, но утонченной особы, уживчивой и в то же время игривой. Я жил в Аризоне, оторванный от оставшихся в Небраске родных, где зимы слишком холодные для моего больного позвоночника. Но новая собака должна будет поладить с нашими двумя хулиганистыми золотистыми ретриверами, когда летом я буду возвращаться домой.

– Давайте посмотрим, как она поведет себя в доме, – предложила Кэти.

Внутри было тепло и уютно. Диван и несколько удобных кресел сдвинули к стенам гостиной, чтобы собаке хватило места повозиться. В углу, распространяя вокруг тепло, горели в камине дрова. Я подошел к дивану и, неуклюже опустившись на сиденье, уронил трости на пол.

Рыжевато-коричневая борзая, готовая поиграть, подскочила ко мне, взвилась в воздух и, приземлившись прямо передо мной, нагнула голову, приглашая погладить. Я осторожно провел по холке рукой и удивился, какой жесткой оказалась ее лоснящаяся шерсть. Собака вильнула хвостом, и я почесал ее между ушами.

– Что от меня потребуется, если я решусь взять ее сегодня же? – спросил я, и пока Кэти рассказывала о необходимых взносах и ветеринарном обслуживании, размышлял: что бы такое купить вкусненькое и угостить свою новую питомицу? Что больше нравится борзым: печень или баранина?

– Выписываете чек, и собака ваша, – закончила Кэти.

Меня снова одолели сомнения. Чей-то голосок – а если быть уж совсем точным, голос моей жены Фредди – возражал: «Совсем спятил? Серьезно задумал взять английскую борзую? Сам едва передвигаешься, так как же ты сможешь прогуливать псину? Тем более беговую собаку».

Стараясь отмахнуться от вопросов Фредди, я вдруг заметил некое движение за камином и, подавшись вперед, чтобы лучше рассмотреть, что там такое, увидел свернувшуюся на одеяле тощую собаку. Ее частично загораживал темный камин, но я разглядел покоящуюся на передних лапах продолговатую голову. По блеску отраженного в ее глазах огня я понял, что собака смотрит на меня.

– Эта борзая ваша? – спросил я.

– Нет, – ответила Кэти, – тоже из спасенных. Но она не хочет общаться с остальными. Очень замкнута. У нее стресс. Мы так и не сумели подружиться с ней.

– Она больна?

– Нет. Ее бросили. Оставили сидеть в клетке в наморднике. Собака пыталась сорвать его, чтобы добраться до еды и воды, и повредила зубы. Началось воспаление. Пришлось удалить несколько зубов.

Я огорчился. В то время как другие собаки радуются вновь обретенной свободе, это несчастное животное сидит в доме, не желая к ним присоединяться. Печально.

Покачав головой, я вернулся к насущным проблемам.

– Последний вопрос, перед тем как мы попрощаемся и отправимся домой справлять новоселье: как ее зовут? – Я поглаживал сидящую передо мной светло-коричневую собаку.

Не успела Кэти ответить, как вдруг мне на колени навалилась тяжесть. Я удивленно опустил голову: какая-то борзая прыгнула на диван и, положив лапы мне на ноги, пристально посмотрела в лицо. Коричневые и черные полосы на рельефном, мускулистом теле придавали ей вид полусобаки-полутигра.

– Не могу поверить, что она сделала это, – прошептала Кэти.

– А это кто такая? – поинтересовался я.

Кэти шагнула к нам, но остановилась, не дойдя до дивана.

– Мы зовем ее Комета. Та, что лежала у камина.

Я почувствовал, как по коже побежали мурашки, зашумело в ушах и стало покалывать пальцы, когда я погладил голову Кометы. Борзая крепче вжалась мне в колени, но не двинулась.

В жизни я много общался с собаками: пока рос, приезжал летом на ферму, где работал и играл с псами, – от овчарок до терьеров и дворняг, какие часто встречаются в фермерских хозяйствах. Сам всю взрослую жизнь держал собак и знаю: если пес не рассержен и не напуган, то с различной степенью восторга идет к людям – обнюхивает, виляет хвостом, интересуется человеком, старается угодить и всегда ждет угощения. Язык собачьего тела легко поддается переводу.

Но не на сей раз. Собака, не сводя с меня глаз, лежала не двигаясь. Ей одной были известны причины подобного поведения. Она проанализировала возможные варианты и пришла к определенным выводам, после чего решила пересечь комнату и тихо положила голову мне на колени. Но в этой неподвижности сквозило послание: «Привет. Я Комета. Я выбрала тебя».

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.