Окачундра

Зуев Михаил

Жанр: Прочие приключения  Приключения    2001 год   Автор: Зуев Михаил   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Апрельским утром 1973 г. Харпер проснулся от смутного ощущения близкого счастья.

«Теперь, когда русские обнаружили Эльдорадо, осталось только выгрести сокровища инков — и в аэропорт. Из отчета ясно, что они не взяли и сотой доли, а по карте до золота рукой подать», — думал он, глядя на брезентовый потолок палатки. Светало, и он вышел покурить. В разреженном воздухе высокогорного плато Чачапояс сигарета еле тлела. Было зябко.

Неожиданно на востоке, опережая восход, появилась и стала удивительно быстро расти, переливаясь разноцветными сполохами, лиловая тучка. Послышался отдаленный ровный гул, как от турбовинтового самолета. Харпер замер, а потом растолкал индейца — проводника Карлоса, спавшего, завернувшись в пончо, под кустом.

«Что это?» — спросил его американец на ломаном испанском, указывая рукой на тучу. Обычно невозмутимое лицо Карлоса вдруг побелело, глаза вылезли из орбит, а из перекошенного рта раздался дикий крик: «Окачундра! Окачундра!» Он вскочил на ноги и бросился бежать куда-то между скал, стараясь спрятаться.

Лагерь преобразился. Проснувшиеся индейцы, едва завидев теперь уже большую, в четверть неба, разноцветную тучу, низко нависшую над плато, орали «Окачундра!» и разбегались кто куда.

«Жалкие трусы, суеверные дикари! Как они боятся грозы!» — с презрением подумал Харпер, забираясь в бронированный саркофаг, который предусмотрительно захватил сюда, узнав, что на плато бывают жуткие бури, после которых не остается ничего живого.

Через час сияющие лучи тропического солнца озарили печальную картину: на месте лагеря среди порванных палаток и разбитых вьюков валялись трупы животных и людей, полу засыпанные щебнем и землей. На вершине скалы каким-то чудом застрял расколотый саркофаг с безжизненно торчащей из него рукой американца.

* * *

Прошла четверть века.

Зайдя на кухню, Павлик взглянул на календарь и содрогнулся. До 30 сентября оставалось чуть больше сорока дней. Если не произойдет чуда и они с Серым не расплатятся с Нугзаром, то можно смело вешаться. Черт их дернул год назад связаться с этой гнилой «крышей». Сейчас они уже не имели ни своего дела, ни своих денег, зато имели на полтора миллиона долларов долгов и много-много головной боли.

Павлик достал из серванта «ПМ», приставил к виску и поглядел в зеркало. Смотрелось нелепо. Вдруг зазвонил телефон. Он отложил пушку и снял трубку.

— Что, небось веревку мылишь? — раздался бодрый голос Серого.

— Пока нет, но скоро начну.

— Тормозни, у меня идея, надо обсудить. Буду через час, — и дал отбой.

Скоро он уже стоял на пороге с сумкой на плече. Едва закрыв дверь, Серый вынул из сумки коричневую папку, открыл ее и прочел заглавие: «Отчет по теме ПЗ-72. 15 октября 1972 г.»

Затем все-таки не утерпел и стал рассказывать:

— Если все пойдет, как надо, то через месяц у нас будет золота на десятки миллионов баксов. Ты знаешь, конкистадоры ограбили империю инков и двести лет возили золото и серебро в Испанию на галеонах. Но многие хронисты того времени утверждали, что они не добрались до главой сокровищницы индейцев — святилища бога грозы Париакаки, которую условно называли Эльдорадо.

Так вот, здесь написано, — продолжал Серый, — как наша экспедиция по поручению перуанского правительства в 1972 г. нашла Эльдорадо, описала его и привезла драгоценностей на полмиллиона баксов, которые и передала в государственный музей в Куско. Я купил этот отчет у одного несостоявшегося кладоискателя, не спрашивай, за сколько. Лучше взгляни на опись клада.

«Акт об осмотре храмового клада, обнаруженного 22 сентября 1972 г. по адресу: Республика Перу, плато Чачапояс.

1. Бриллианты россыпью — 3 кг 750 г

2. Слитки желтого металла в виде черепов — 128 кг 250 г

3. Ювелирные украшения из драгметаллов и камней — 6 кг 500 г»

И так далее и тому подобное, на десяти листах. В общем, план такой. Под залог квартиры берем у Нугзара часть наших бывших денег, снаряжаем экспедицию, летим в Перу, находим этот Чачапояс, выгребаем все сокровища, часть отдаем Нугзару и спокойно переезжаем на Багамы. В случае чего там смыться будет проще, чем здесь. Испанский я немного знаю.

— Слушай, если все так просто, почему за 25 лет туда никто больше не совался?

— Хороший вопрос. Этот кладоискатель мне сказал, что с тех пор там почти полностью погибло 11 экспедиций от какой-то окачундры. Иногда в живых оставались проводники — индейцы. По их словам, окачундра — это то ли ураган, то ли НЛО, то дух этого самого Париакаки.

— Да ты, гляжу, романтик, хочешь умереть красиво: в Андах от окачундры, — перебил его Павлик, криво усмехаясь.

— Дай досказать, — ответил сердито приятель, — первая советская экспедиция в 1970 г. тоже ведь вся там полегла. Но наши после этого что-то изменили, рассчитали и придумали в НИИЧП прибор, обеспечивший им благополучное возвращение с драгоценностями в 1972 г. В отчете он упоминается как «Изделие 22–09».

— И ты, конечно, в этот НИИЧП уже съездил и эту штуку достал.

— Если бы… Этого института давно нет, о бывших сотрудниках ни слуху ни духу. Зато я нашел участника последней экспедиции.

Серый достал черно-белую фотографию пожилого грустного гардеробщика, подающего пальто какому-то бугаю с короткой стрижкой.

— Алябьев Геннадий Михайлович, сейчас на пенсии, сильно нуждается. Надо брать его за хобот и лететь в Перу.

— В гробу он это Перу видел.

— А зачем существует Нугзар со своей командой? Он сделает предложение, от которого тот не сможет отказаться.

Пораскинув мозгами, Павлик, в конце концов, поддержал идею, и приятели рванули к Нугзару. Неделя ушла на его обработку. Алябьева убедили 1500 долларов, положенные ему на книжку, и подробная информация о внучке из Томилино, с которой всегда могло что-нибудь случиться. Нашлась у него на антресолях и продолговатая фанерная коробка со скромной надписью «Изделие 22–09» и штампом ОТК.

Наконец в середине сентября экспедиция прилетела чартерным рейсом в Лиму, откуда двинулась по разбитому шоссе в сторону высокогорного плато Чачапояс. Бывшие борцы Арслан и Тенгиз, оформленные охранниками, представляли Нугзара.

Алябьев переносил путешествие плохо, в его мутных глазах застыл тихий ужас маленького человека, плотно сидящего на крючке судьбы. С заветной коробкой он никогда не расставался и решительно отказывался показать ее содержимое, утверждая, что нежный прибор может испортиться от сырости. График движения определял в основном он, опираясь на свой опыт.

Вечером 20 сентября, после недельного перехода по горам, шутники поднялись на последний перевал, ведущий к плато. До Эльдорадо, по словам Алябьева, оставалось около одного дня пути. Ночью, когда лагерь уснул, Геннадий Михайлович вышел из палатки. Было тихо, в небе сияли огромные южные звезды, легкий ветерок холодил грудь. Между скал Алябьев разглядел тлеющие угли и массивные фигуры кавказцев рядом. Один переворачивал шампуры с жарившимся шашлыком, другой сидел на камне, задумчиво пробуя ногтем острие длинного кинжала.

— Тенгиз! Что ты сделаешь, как только мы найдем золото?

После длительного раздумья тот отозвался:

— А ты?

— Ха, я, как истинный воин, выполню приказ командира — зарежу сопляка Павлика и умника Серегу.

— Кто же тогда зарежет старого осла?

— Зачем резать? Мы его отпустим, над пропастью. Пусть летит, куда хочет.

И собеседник довольно загоготали, а пенсионер уполз в свою палатку ни жив ни мертв. На следующий день, когда Серый зашел за ним, Алябьев не смог встать, жалуясь на боль в сердце. Весь день ребята поили его валерьянкой и кормили нитроглицерином, сдержано матерясь и надеясь, что он не помрет раньше срока. Вечером в палатку заглянул Тенгиз, приставил к его морщинистому кадыку кинжал и сказал, обнажая в улыбке крепкие золотые зубы:

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.