Прирожденный актер

Уитли Деннис

Жанр: Новелла  Проза    Автор: Уитли Деннис   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

— Не кажется ли вам иногда, Венеция, что учить людей танцевать — чрезвычайно скучное занятие? — робко проговорил Чарли Карсон, лейтенант ирландской гвардии, неуклюже пытаясь поддержать разговор с девушкой, сидевшей за столиком в ночном клубе.

Она ответила не сразу, — всё её внимание было приковано к парам, ритмично двигающимся под музыку негритянского оркестра на танцевальной площадке.

— Иногда, — улыбнулась, наконец, она, но её глаза оставались безучастными.

— Тогда почему вы этим занимаетесь?

— Надо ведь как-то зарабатывать на жизнь.

— А разве не существует других способов?

Она иронично пожала плечами:

— Каких? Я не умею ни печатать на машинке, ни шить, а чтобы работать манекенщицей, мне не хватает роста.

Чарли взглянул на её красивый, правильно очерченный профиль и тёмные сверкающие волосы.

— Хорошенькая девушка всегда может выйти замуж.

— Я уже замужем.

— Замужем? Ну-у, я бы застрелился, если бы позволил своей жене заниматься подобными вещами! Ваш муж, наверное, безработный?

— Я не виделась с ним уже почти два года.

— Но почему вы не разведётесь с ним? — удивлённо воскликнул Чарли.

— Потому что люблю его, — тихо ответила Венеция.

— После двух лет разлуки?

— Да. Глупо, не так ли? Но я всё ещё надеюсь, что он вернётся. Сидя здесь, я не свожу глаз с дверей — но всякий входящий мужчина, как только я осознаю, что это не Джимми, кажется мне всего лишь ещё одним существом в брюках.

— Но почему он оставил вас? Или я, может быть, лезу не в свои дела?

— Охотно прощаю вас. В конце концов, мы вольны побеседовать и об этом.

Венеция взяла предложенную им сигарету и начала рассказывать.

— У него были тёмно-рыжие волосы, и он был, наверное, самый обаятельный мужчина в мире, но непостоянный, как ртуть. Он прирождённый актёр и добился бы большого успеха на сцене, но всякий раз, попадая в приличный спектакль, он напивался, разрывал контракт или выкидывал какую-нибудь штуку. Он обожал меня, и год, который мы прожили вместе, напоминал одновременно и рай, и ад. Когда мы были вдвоём, он был само воплощение доброты и внимания, но я никогда не знала, вернётся ли он вечером домой или мне придётся разыскивать его где-то на улице. В те дни у меня было немного денег, но они скоро кончились, и, как я подозреваю, ему стало тесно в нашей однокомнатной квартирке. Он оставил записку, в которой клялся, что любит меня и всегда хотел, чтобы я могла гордиться им. Но тут же рядом он писал, что мне будет лучше без него, ни к чему не годного, бесполезного дурака. Его уход разбил моё сердце. Я не знаю, где он сейчас, но, думается, однажды, сделав что-то необыкновенное, он вернётся ко мне.

Чарли молчал, изо всех сил, пытаясь подобрать подходящие случаю слова сочувствия. Поняв это, она решила прийти к нему на помощь и сама прервала угрожающе затянувшуюся паузу.

— Взгляните на эти медали. Удивительно, как он сумел заслужить столько?

Чарли поднял глаза на маленького лысого человечка, проходившего мимо их столика. На нём был мундир цвета хаки и три длинных ряда разноцветных ленточек украшали его широкую грудь.

— Не удивлюсь, если окажется, что он не имеет права носить их, — скептически заметил он.

— Что вы хотите сказать?

— О-о, на этой войне незаконное ношение медалей — самое обычное явление. Не говоря уж о форме. Мой знакомый из военной полиции утверждал, что на прошлой неделе было арестовано семнадцать гражданских в офицерских мундирах. Я и сам однажды столкнулся с похожим случаем.

— Расскажите, пожалуйста, — попросила его Венеция.

— Это случилось, когда мы высадились в Норвегии. Едва забрезжил рассвет, немцы начали бомбить, и все попрятались в подвалах домов, уцелевших в городке после нашей атаки. Я был тогда связным при штабе полка. И вот вместе с нами оказался какой-то капитан, награждённый Крестом за Особые Заслуги и массой других медалей. Никто не знал, кто он и откуда, и наш полковник решил допросить его. Тот отвечал, что был послан с одной из передовых частей, так как говорил по-норвежски, — но в суматохе отстал от своих. Он назвал номер какого-то никому не известного подразделения, но, поскольку разбираться с ним было некогда, а мы уже недосчитались многих офицеров, полковник приказал ему возглавить авангард.

Чарли замолчал, зажёг свою сигарету и продолжал.

— Он пробыл с нами пять дней, постоянно находясь в авангарде, и проявил себя очень умелым офицером. Когда мы столкнулись с немцами, этот парень с горсткой солдат оказался отрезанным на ферме. Он умудрился удерживать её четыре часа, отбиваясь от целой роты. Это был настоящий героизм, но когда мы смогли прорваться к нему, он уже умирал, получив не менее дюжины пулевых ранений. Он успел сказать нам, что его зовут Джеймс Брэндон, что он всего лишь актёр, гастролировавший по Норвегии с каким-то спектаклем, в котором играл скромную роль английского капитана. Во всяком случае…

Чарли осёкся на полуслове: внезапно побледнев, Венеция Брэндон в обмороке рухнула на стол.

Перевёл Андрей КУЗЬМЕНКОВ

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.