Жизнь за жизнь

Уитли Деннис

Жанр: Ужасы и мистика  Фантастика    2001 год   Автор: Уитли Деннис   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

— Добрый вечер, доктор. Как мило с вашей стороны вот так, по-свойски, заглянуть к нам, — желтоватое лицо миссис Сэндмайер расплылось в деланной улыбке. Ее блеклые глаза с неодобрением задержались на полупустой бутылке виски, стоявшей среди дешевых фарфоровых безделушек на камине, и затем уставились на мужа.

— Ты недолго, Герберт? — и она опять кисло-извиняюще улыбнулась доктору. — Я не могу заснуть, если его нет рядом, это, знаете ли, моя маленькая странность.

Усталый доктор провел рукой по своим редким волосам.

— Нам хватит нескольких минут, миссис Сэндмайер. Спокойной ночи.

Когда за миссис Сэндмайер закрылась дверь, Герберт с облегчением вздохнул — не так-то просто оказалось убедить жену оставить его с доктором наедине.

— Итак, что вас беспокоит? — спросил доктор, глядя, как Сэндмайер наливает ему виски.

— Не знаю, как и начать, доктор, — вы сочтете меня за сумасшедшего.

— Не валяйте дурака, — доктор взял предложенный ему стакан. — В одиннадцать мне предстоит принимать роды, так что давайте побыстрее.

Нетвердой рукой Сэндмайер плеснул виски и себе тоже и, обернувшись, увидел свое смертельно-бледное лицо в узком зеркале над камином. Секунду он не отрываясь смотрел на свое отражение, а затем воскликнул:

— Я боюсь, доктор, боюсь!

— Чего же? — поспешил спросить доктор.

— Вы думаете, я псих?! — с неожиданной яростью набросился на него Сэндмайер. — Думаете, что, дожив до таких лет, мне должно быть стыдно за себя? Доктор, я говорю вам чистую правду — я боюсь спать!

— Вы, скорее всего, просто переутомились. Хм-м, я сам временами не могу уснуть, особенно когда у нас в районе свирепствует эпидемия гриппа.

Сэндмайер залпом осушил свой стакан и яростно затряс головой.

— Дело не в этом. Дело вовсе не в нервах. Обещайте мне, обещайте, что не поднимете меня на смех, если я расскажу вам.

— Ну, что вы! Как профессионал, я привык к откровенности, поэтому рассказывайте и не беспокойтесь ни о чем. Пациенты часто говорят мне такое, о чем не сказали бы никому другому.

— Нет-нет. Здесь совсем иное. Мне стали сниться сны…

— Все-таки мне кажется, что ваши нервы несколько подразболтались, — понимающе кивнул доктор, взглянув на бутылку виски, из которой Сэндмайер наливал себе очередную порцию. — Вам стоило бы сменить обстановку и отдохнуть — если, конечно, вы можете себе это позволить.

— При чем здесь мои нервы, позвольте вас спросить? — Сэндмайер сердито ударил кулаком по столу. — Это психическое расстройство. Только так я могу назвать то, что происходит со мной. Скажите, доктор, верите ли вы в библейскую истину: око за око, зуб за зуб, жизнь за жизнь?

— Едва ли, — с терпеливой улыбкой ответил усталый доктор. — Хотя меня нельзя назвать атеистом в полном смысле этого слова. Вы, как я понимаю, не говорили своей жене о том, что случилось с вами?

— Нет. Моя жена — ревностная сектантка, и, если ей рассказать, она наверняка решит, что я спятил. Когда я просыпаюсь после этих… этих кошмаров, лежу, ловя ртом воздух, и трясусь, словно у меня припадок, она приписывает все это хроническому гастриту.

— Вы уверены, что вам нельзя поставить именно такой диагноз?

— Абсолютно. У меня железный желудок. Что-то происходит с моей психикой, уверяю вас.

Доктор поправил пенсне.

— Что ж, я готов вас выслушать, — слегка утомленно проговорил он.

— Все это началось давно… очень давно, — неуверенно начал Сэндмайер, а затем торопливо, словно боясь, что его остановят, продолжил: — Видите ли, я всегда был медиумом, даже в детстве. Я знал о людях такие вещи, о которых мне никогда не рассказывали, и одно время даже занимался предсказанием будущего, однако мне пришлось оставить это баловство, поскольку кое с кем из моих приятелей действительно случились неприятности, и они решили, что их сглазили. Впрочем, одного парня я и в самом деле сглазил. Его звали Доусон, он ухаживал за Мэгги, то есть за миссис Сэндмайер, и много врал обо мне, но я сумел раз и навсегда расквитаться с ним, а затем женился на Мэгги. Вы можете назвать это простым совпадением, но никакого совпадения здесь нет. Я тогда настолько испугался, что решил никогда больше не заниматься такими штуками.

Конечно, я никогда ничего не рассказывал ей, и сам уже почти не вспоминал об этой истории, но не так давно к нам приехал погостить свояк из деревни, и я, как идиот, согласился сходить с ним на экскурсию в Египетский отдел Британского музея.

Я всегда считал, что не стоит выставлять все эти мумии напоказ. В конце концов, это ведь умершие люди, не правда ли? И вот, едва мы туда вошли, как я сразу же ощутил странные вибрации, исходящие от них.

У меня возникло чувство, что Фрэнк Доусон находится поблизости и наблюдает за мной, хотя он, насколько мне известно, застрял где-то в Китае. Осматривая экспонаты, мы остановились напротив одной из витрин около стены. Внутри ее находился деревянный гроб, сделанный в форме человеческого тела и закрытый маской в том месте, где должна находиться голова. И вдруг — вы, наверное, мне не поверите, доктор, — черные глаза этой маски внезапно ожили. Я не бредил, это были живые глаза, черные как смоль, с тлеющим огоньком ненависти в них. Словно загипнотизированный, я не мог пошевелиться до тех пор, пока свояк не сказал мне что-то. От потрясения я готов был упасть в обморок, и мне с большим трудом удалось собраться с духом и заставить себя уйти оттуда.

С тех пор прошло больше месяца, и я уже начал забывать об этом происшествии, но три дня назад мне приснился невероятный сон. Мы легли, как обычно, в десять, я моментально выключился и увидел, что спускаюсь по ступенькам полуразрушенной лестницы в какой-то склеп, вдоль стен которого рядами стояли сооружения, напоминавшие огромные саркофаги из дерева или камня и со всех сторон покрытые иероглифами.

Я подошел к одному из них и заглянул внутрь. Там находилась женщина, и она показалась мне вовсе не мертвой. Окутывавший ее тело саван местами сгнил, и там проглядывала кожа, светлая и на вид здоровая, а не темная и высохшая. Помнится, меня очень удивили ее волосы — длинные и золотистые. Она, возможно, была рабыней, привезенной из Греции, или принцессой, выданной замуж в Египет из далекой северной страны. Неожиданно ее глаза открылись; у меня по спине пробежал озноб — это были те же самые темные живые глаза, что я видел в музее. Затем она заговорила или, скорее, послала сообщение мне прямо в мозг: «Ты должен помочь мне встать».

В склепе царил жуткий холод, я чувствовал, что замерз, и больше всего на свете хотел выбраться оттуда. Но в следующее мгновение я наклонился и обнял ее за плечи. Она была холодна, как сосулька, и сколько я ни старался, мне никак не удавалось поднять ее, словно она была сделана из мрамора и накрепко привинчена ко дну гроба. Через некоторое время, однако, ее щеки слегка порозовели, на губах промелькнула слабая тень улыбки, а затем она очень медленно подняла руки и положила их мне на плечи.

«Помоги мне, помоги мне», — непрестанно повторяла она, и я, казалось, потратил несколько часов, пытаясь поднять ее. Я достаточно силен, как вам известно, и могу без малейших затруднений поднять на пару этажей любую женщину, но эта, в гробу, весила никак не меньше тонны, и хватка ее рук становилась все крепче, словно она набиралась сил, в то время как я все больше слабел. Наконец последним, отчаянным усилием мне удалось усадить ее, и в этот момент я проснулся.

Я лежал, тяжело дыша, словно пробежал не одну милю, и ледяной пот заливал мое тело. Прошло, наверное, минут десять, прежде чем ко мне вернулось нормальное дыхание, но все равно я чувствовал себя настолько изможденным, что не мог даже повернуться на бок. Не помню, как я забылся тяжелым сном, и проснулся утром весь разбитый.

Однако я подумал, что этот кошмар был всего лишь результатом посещения музея. Я не обратил тогда на него особого внимания и на следующий вечер отправился спать в обычном для себя хорошем настроении, однако, едва задремав, вновь увидел тот же сон. Она сидела в деревянном гробу в том же положении, в котором я оставил ее.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.