Инкубатор Twitter. Подлинная история денег, власти, дружбы и предательства

Билтон Ник

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Инкубатор Twitter. Подлинная история денег, власти, дружбы и предательства (Билтон Ник)

«Азбука-Аттикус», 2015

Азбука Бизнес®

* * *Основатели Twitter:

Эван «Эв» Уильямс – спокойный, вызывающий доверие лидер, крайне проницательный в вопросах бизнеса. Зачастую именно он делал непростой выбор в интересах развития компании, увольняя сотрудников и своих друзей-соучредителей.

Джек Дорси – компьютерный гений, внесший свой вклад в разработку исходной концепции Twitter. Заработал миллиарды, стал признанным авторитетом в сфере технологий и убедил СМИ в том, что он – новый Стив Джобс.

Кристофер «Биз» Стоун – шутник и дипломат, со всеми поддерживающий хорошие отношения. Единственный из основателей компании, кто сохранил теплые отношения с друзьями и по сей день не нажил серьезных врагов.

Ноа Гласс – робкий, но энергичный эксцентрик, посвятивший всю жизнь Twitter только для того, чтобы в итоге оказаться выставленным за дверь и вычеркнутым из истории компании.

Посвящаю Сандре, Терри, Лианне, Элиссе, их семьям,

а также Пикселю

Предисловие автора

Писатель Джулиан Барнс однажды заметил: «История – это определенность, возникающая в тот момент, когда несовершенство памяти соединяется с неточностями в документах».

Книга, которую вам предстоит прочитать, – итог многочасовых интервью с настоящими и бывшими сотрудниками компаний Twitter и Odeo, государственными служащими, друзьями и «значимыми другими» – топ-менеджерами Twitter, людьми из конкурирующих фирм, а также почти со всеми, кто упомянут в тексте. И хотя Twitter не дала мне официального разрешения на публикацию, члены совета директоров, а также все четыре соучредителя согласились провести за беседой со мною в общей сложности более 65 часов (только единицы из упомянутых в книге персон от интервью отказались). Большинство бесед записывалось на диктофон ради точности воспроизведения диалогов, но в каждом случае я понимал: этот материал не будет в явном виде использован здесь.

В ходе разговоров стало ясно: наши воспоминания о прошлом меняются со временем. Только в редких случаях двое участников соглашались: да, некая встреча действительно состоялась, но их представления о месте и времени могли кардинально различаться. При малейшей возможности я старался выверять, где и когда произошли события, используя полученные документы и, разумеется, социальные сети. В некоторых случаях ничего не получалось – тогда я прикладывал максимум усилий для точнейшего расчета, а в чересчур сложных случаях решил отказаться от пересказа. В некоторых эпизодах происходящее перемещается по времени на несколько месяцев раньше, чем в реальности, чтобы читатель осознал общую значимость момента.

В основе этой книги тысяча – и даже более – документов. Я получил или просмотрел их в ходе моего расследования. Среди них электронные письма сотрудников, презентации с заседаний совета директоров, регистрационные документы инвесторов, контракты, рабочие календари, бумаги деловых партнеров, переписка с правительственными организациями, сообщения в чатах, статьи в газетах, посты в блогах, строго конфиденциальные юридические документы Twitter и внутренняя переписка компании. Я лично посещал место действия, когда требовалось описать его в мельчайших подробностях. Все внутренние монологи героев и передача их эмоциональных состояний выведены из интервью с ними, а не выдуманы мною.

Самые точные указания на место событий дают сайты социальных сетей, а не устные рассказы или документы. Вместе с помощником я прошерстил десятки тысяч твитов, фотографий и видео.

Пока я писал, то все отчетливее понимал: несовершенство памяти, о котором уже говорилось, только усилилось за последнее десятилетие. Но сотни тысяч фотографий, видео и твитов, которыми делились свидетели событий за эти годы, сохранились неизменными, и они помогли точно указать время происходящего, описать одежду действующих лиц, темы разговора и настроение участников. Герои этой книги, создавшие Twitter, сами того не ведая, придумали еще и средство, гарантирующее, что история эта подлинная – за исключением, быть может, некоторых неточностей.

#Начало

4 октября 2010, 10:43Офис компании Twitter

– Исчезни, – сказал Эван Уильямс женщине, стоявшей в дверном проеме. – Меня сейчас вывернет.

Она сделала шаг назад, потянула на себя дверь. По комнате разнеслось эхо металлического щелчка, и липкими, дрожащими руками он схватился за черную мусорную корзину, стоявшую в углу.

Вот оно какое – его последнее действие на посту CEO [1] Twitter’а: его тошнит в мусорную корзину.

Он постоял какое-то время на коленях, затем откинулся назад и прислонился к стене. За окном на Фолсом-стрит в холодном октябрьском воздухе шелестели листья. Визг проезжавших машин смешивался с невнятным гулом разговоров за дверями.

Несколько минут спустя кто-то сообщил его жене Саре, работавшей там же, в Twitter: «С Эвом неладно». Она поспешила в угловой кабинет. Ее роскошные черные вьющиеся волосы слегка покачивались на ходу.

Сара посмотрела на часы и поняла: до момента выступления мужа перед тремя сотнями сотрудников Twitter осталось 45 минут. Она открыла дверь и вошла в кабинет.

В конце коридора сотрудники пиар-отдела еще раз перечитывали пост, который должен появиться в блоге на сайте компании в 11:40, когда Эв закончит обращение к компании с ошеломительной новостью и передаст новому генеральному директору микрофон, а с ним и власть, будто эстафетную палочку. Этот пост перепечатают тысячи СМИ и блогов по всему миру. В нем будет торжественно заявлено, что Эван Уильямс, нынешний генеральный директор компании Twitter, социальной сети, за четыре года своего существования набравшей 165 миллионов зарегистрированных пользователей, посылающих фантастические 90 миллионов твитов в день, – так вот, этот самый Эван Уильямс уходит в отставку по собственному желанию.

Вранье, конечно же.

Эв сидел на полу офиса, держа в объятиях мусорку, и не испытывал ни малейшего желания произносить эти слова. Сын фермера из Небраски, он когда-то приехал в Калифорнию, имея в активе пару чемоданов тряпья секонд-хенд и кредитную карту с десятками тысяч долга. Только было это десять лет назад, а нынче Эв хотел оставаться главой компании, основанной при его участии. Но – невозможно! И уже не важно, что теперь он миллиардер, что Twitter – вся его жизнь. Ему не оставили выбора. Проклятье! Его выпихивает отсюда подлый совет директоров, которых он сам нанимал, и среди них – якобы ближайшие друзья! Заодно несколько инвесторов, вложивших деньги в компанию.

Вошла Сара. Эв поднял глаза. Слюну со свитера он размазал по темной щетине на подбородке.

– Как ты? – спросила Сара.

– Хреново, – ответил он, не понимая: болен он? нервничает? Или и то и другое сразу?..

В конце коридора через двери в главное фойе офиса были видны разбросанные по белому журнальному столику ксероксы из газет New Yorker, Economist, New York Times. И везде – статьи о революциях на Ближнем Востоке: беспорядки, ставшие центром внимания общественности благодаря активности Twitter и прочих социальных сетей, привели к падению диктаторских режимов в Тунисе, Египте, Ливии и Йемене, а также вызвали массовые акции протеста в Бахрейне, Сирии и Иране.

За углом Биз Стоун (еще один из четырех соучредителей Twitter) дописывал е-мейл, в котором сообщал сотрудникам о всеобщем собрании в столовой в 11:30. Присутствие обязательно. Посторонние не допускаются. Никакой «каши», только важные новости. Он нажал «отправить», встал из-за стола и направился в кабинет Эва, желая подбодрить своего приятеля и босса – теперь уже почти бывшего.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.