Возвращение в лагерь призраков

Стайн Роберт Лоуренс

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Возвращение в лагерь призраков (Стайн Роберт)

1

— Что хотите сделаю, только не посылайте меня туда!

— Дастин, ничто не изменит нашего решения. — Папа раздраженно покачал головой. — Это ради твоего же блага.

— Если вы меня отошлете, случится что-то ужасное. У меня очень плохое предчувствие…

— Тебя же не в тюрьму отправляют, Дастин. Ты едешь в летний лагерь, — тяжело вздохнул папа.

— В тюрь-му. В тюрь-му, — распевал мой восьмилетний братец Логан, прыгая на моей кровати. — Дастин! Едет! В тюрь-му!

— Заткнись, Логан. — Я сел на пол и уставился на светло-серую спортивную сумку у моих ног.

На ней красовалось мое имя, написанное жирным черным фломастером: ДАСТИН МИНИУМ. Мама всегда использовала несмываемый.

Я посмотрел на свою одежду, аккуратно разложенную на кровати.

Стопка футболок. Джинсы. Шорты. Мама написала мое имя на каждой вещи. Даже на трусах.

— Дастин! Едет! В тюрь-му! — Логан скакал все выше и выше.

— ЗАТКНИСЬ, Логан, — процедил я сквозь зубы.

Папа сгреб стопку футболок и запаковал их в сумку.

Я бросил взгляд на свой любимый постер с Халком Хоганом, висевший над письменным столом. После сегодняшнего вечера я не увижу его еще четыре недели.

Четыре невыносимых недели в летнем лагере.

Ну как они могут так со мной поступать?

Как они могут отсылать меня из дома на целых четыре недели?

«Я этого не переживу», — подумал я.

Я слишком застенчив, чтобы завести новых друзей.

Я слишком неуклюж, чтобы преуспеть в спорте.

«Будь я сложен, как Халк Хоган, мне бы, наверное, хотелось в лагерь, — думал я. — Мощные руки. Мускулистые ноги. То, что нужно хорошему спортсмену».

Но я не сложен, как Халк Хоган. Я худосочный — кожа да кости. Руки и ноги — что макаронины. Ни намека на мускулы. Даже мои прямые каштановые волосы кажутся слишком тонкими.

Спортсмен из меня никудышный. Я — слабак. Я и мухи не могу прихлопнуть.

Мухи.

Я боялся, что в лагере будет полно мух.

Я не выношу всяких там букашек.

А в загородных лагерях, полагал я, букашек наверняка тьма-тьмущая.

Клещей, что зарываются под кожу и жадно сосут кровь.

Комаров, что своими укусами могут свести с ума.

— Э… как вы думаете, в лагере много букашек? — спросил я.

Мама с папой закатили глаза.

— В тюрь-му! В тюрь-му! Дастин! Едет! В тюрь-му!

— ЗАТКНИСЬ, ЛОГАН!!!

— Дастин едет в тюрьму! — Логан взмыл так высоко, что коснулся рукой потолка. — А я его комнатку займу!

— Это моя комната! — рявкнул я. — И советую тебе носа туда не казать, пока меня не будет!

— Теперь моя! — Логан затопал по матрасу. — Моя. Моя. Моя.

Я вскочил и поймал братца на середине прыжка.

— Хватит, Дастин! Пусти меня! — закричал он. — У тебя на руке паук!

Я отскочил и хлопнул себя по руке.

— Где?! Где он?!

— Ну ты и слабак, — фыркнул Логан. — Это я должен был поехать в лагерь, а не ты.

Логан спрыгнул с кровати и начал подбираться к моей сумке.

— Логан, ну-ка брысь отсюда! — прикрикнула мама. — Ты тоже поедешь в лагерь. Имей терпение. На двухнедельную смену.

— Почему не сейчас? — заныл Логан.

— Потому что Дастин взял последнюю путевку на четыре недели. Мы уже тебе объясняли. А ты поедешь на двухнедельную, — сказал папа. — А теперь марш в свою комнату. Дастин все запаковал, ему пора в кровать.

— Я хочу в лагерь завтра, — канючил Логан, когда родители выводили его из моей комнаты. — Ну почему Дастину всегда везет?

«Везет. Ха!» — подумал я, забираясь в постель.

Натянул одеяло до подбородка. Зарылся головой в подушку. И закрыл глаза.

Но прошел час, а я все не мог уснуть.

Думал о лагере.

Думал о целом лете без друзей.

Думал о паршивой кормежке.

Думал о жлобах-вожатых…

Должно быть, я все-таки провалился в сон. Потому что следующее, что я помню — как стою на улице возле своего дома (рядом лежат мои чемодан и вещевая сумка) и жду лагерного автобуса.

Было погожее солнечное утро. Трава на переднем дворе искрилась от росы.

Огромный желтый автобус с ревом вывернул из-за угла. Я прочел надпись огромными черными буквами на его боку: ЛАГЕРЬ «ПОЛНАЯ ЛУНА».

«Вот и он, — тоскливо подумал я. — Минута в минуту».

Автобус подкатил к обочине как раз в тот момент, когда мама, папа и Логан подошли, чтобы обнять меня на прощание.

— Я хочу поехать, — бубнил Логан, пока я тащил свой багаж к автобусу.

Двери автобуса разъехались.

Я шагнул в салон.

Посмотрел на водителя… и ахнул.

Его раздувшееся багровое лицо было покрыто блохами.

Ужасные красные расчесы усеивали лоб — разодранные ногтями следы блошиных укусов, истекающие желтым гноем.

Я поднял взгляд на его волосы — и закричал.

Его волосы шевелились!

Они буквально кишели блохами. Тысячи блох угнездились в его шевелюре.

Я видел, как они снуют на своих тонких ножках в его сальных каштановых волосах. Они выскакивали на щеки и зарывались ему под кожу.

В ужасе смотрел я, как одна из блох прыгнула ему на нос и начала вгрызаться. Она впивалась все глубже и глубже — пока из раны не побежала тонкая струйка крови.

Прежде чем я успел пошевелиться, водитель вскочил со своего сиденья.

Он протянул ко мне руки в черных перчатках.

Нет. То были не перчатки.

Его руки почернели от покрывавших их блох.

— Собрался в «Полную Луну»? — прорычал он.

И потянулся ко мне.

Схватил меня за руки облепленными блохами пальцами.

— Отпустите! — завопил я.

Я задергал руками — и в тот же миг полчища блох взметнулись с его пальцев.

Приземлились мне на руки.

Впились в мою кожу — и принялись сосать кровь.

2

— Пустите! — крикнул я.

И выдернул руки из мертвой хватки водителя.

Я яростно колотил блох. Отчаянно тряс руками. Но крошечные насекомые нещадно буравили мою кожу.

— Уберите их с меня! — завизжал я, дико тряся руками. — Уберите их! Уберите их! Уберите…

Кто-то схватил меня за плечо и хорошенько потряс.

— Все в порядке, Дастин. С тобой все хорошо.

Я открыл глаза. Надо мной склонилась мама и трясла меня за плечо, пытаясь разбудить:

— Это тебе приснилось…

Я сел в кровати.

— Это был не сон, — прохрипел я. — Это был кошмар. Ужасный кошмар про водителя лагерного автобуса. Он был весь в блохах.

Мама присела ко мне на постель.

— Дастин, тебе снятся кошмары обо всем на свете, — покачала она головой. — Смотри на жизнь проще. Перестань робеть по любому поводу.

— Ничего не могу поделать, — возразил я. — Уж такой я человек.

— Значит, тебе выпал шанс стать новым человеком. Ты окажешься в незнакомом месте, с незнакомыми ребятами. Постарайся показать себя другим, более мужественным человеком. Если ты поверишь в свою храбрость, то и станешь храбрым, — заявила мама.

— Ага. Конечно, — буркнул я, не в силах выкинуть из головы блох.

* * *

— Другим человеком. Более храбрым, — бубнил я себе под нос, когда в конце квартала показался лагерный автобус. — Я стану другим, более храбрым человеком.

Автобус остановился у тротуара. Когда его двери разъехались, я вспомнил ночной кошмар. Я задержал дыхание… и поднял глаза на водителя.

Это был молодой человек, одетый в джинсы и темно-синюю футболку с большой желтой надписью ЛАГЕРЬ «ПОЛНАЯ ЛУНА» через всю грудь.

Я рассмотрел как следует его лицо. Насекомых нет.

Я взглянул на его светлые волосы. Насекомых нет.

Я окинул взглядом его руки. Насекомых нет.

Я шумно выпустил из груди воздух.

— Заходи же! — улыбнулся он. Он загрузил мою сумку с вещами в автобус, и мы тронулись.

В автобусе было полно ребят. Некоторые уткнулись в книжки. Большинство же смеялось и дурачилось. Многие, казалось, знают друг друга уже давно.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.