Сосед

Силверберг Роберт

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Сосед (Силверберг Роберт)

Ночью выпал свежий снег — местами высота снежного покрова составила девять-десять футов. Равнина полностью исчезла под ним. Теперь почти до самого горизонта тянулась гладкая, сверкающая поверхность.

Глядя в окно командного пункта, Майкл Хоулт видел вдалеке выступающий над горизонтом пик металлической башни над домом Эндрю Макдермота. Вот уже лет семьдесят или восемьдесят Хоулт не мог смотреть на жилище Макдермота без ненависти и раздражения. Планета достаточно велика, не так ли? С какой стати этому мерзавцу вздумалось возвести бесформенное стальное сооружение в таком месте, что Хоулт вынужден целыми днями смотреть на него? Поместье Макдермота достаточно велико. Он вполне мог построить дом миль на пятьдесят — шестьдесят дальше к востоку, у берегов широкой мелководной реки, текущей через центральную часть континента. Хоулт вежливо высказал свое мнение прибывшим с Земли землемерам и архитекторам, однако Макдермот также вежливо настоял, чтобы дом построили там, где хотел он.

Да, ничего не изменилось — дом по-прежнему торчит на горизонте. Майкл Хоулт смотрел на него, и внутри у него все кипело. Он подошел к пульту управления оружейной панелью и на мгновение положил худые, искривленные пальцы на поблескивающий реостат.

Было что-то почти сексуальное в том, как он ласкал выступающие ручки и рычаги пульта. Этому высокому, сухопарому, с морщинистым лицом, ястребиным носом и удивительно густой копной блеклых рыжих волос мужчине вот-вот должно было исполниться двести, и теперь он редко касался тел своих жен. Но, с другой стороны, он не любил своих жен так сильно, как артиллерийские установки, позволяющие разнести Эндрю Макдермота и его дом на атомы.

«Пусть только спровоцирует меня».

Хоулт закрыл глаза и позволил себе роскошь отдаться мечтам. Он представил, что Эндрю Макдермот нанес ему оскорбление. Не просто затянувшееся оскорбление самим фактом того, что его дом мозолил Хоулту глаза, а прямое, конкретное и, еще лучше, публичное. Вторгся, например, на его территорию. Или послал робота срубить дерево на пограничной полосе. Или соорудил полыхающее неоновое табло, высмеивающее Хоулта тем или иным вульгарным образом. В общем, сделал нечто, что может послужить оправданием ответных враждебных действий.

За этим последует следующее: Хоулт приходит сюда и по радио предъявляет врагу ультиматум.

«Сними это табло, Макдермот, — мог бы сказать он. — Убери своего робота с моей земли. А иначе это будет означать войну».

Макдермот, конечно, ответит потоком вредоносного излучения, потому что по натуре он подлец и вообще мерзкий тип. Отражающие экраны защитных сооружений Хоулта с легкостью выдержат удар, поглотят его энергию и направят ее в генераторы Хоулта.

В конце концов Хоулт нанесет ответный удар. Его пальцы плотно обхватят рычаги управления. Потрескивая, энергия по дуге уйдет в ионосферу, а потом вниз, к дому Макдермота, и прорвется сквозь его жалкие защитные экраны, словно их вовсе нет. Внутренним взором Хоулт видел, как белеют костяшки пальцев, лихорадочно вцепившиеся в рычаги управления, как он обрушивает на врага молнию за молнией, как в конце концов безобразное жилище Эндрю Макдермота на горизонте сначала вспыхивает адским огнем, а потом рушится, а под обломками на снегу образуются темные проталины.

Да, ради такого мгновения стоит жить! Это будет настоящий триумф.

Потом он отойдет от пульта управления, выглянет в окно и увидит на горизонте зарево — там, где совсем недавно был дом-уродина. Он похлопает по рычагам управления, словно по крупу верного старого коня, покинет дом, отправится в поместье Макдермота, увидит обуглившиеся развалины и окончательно убедится в том, что его враг более не существует.

Позже, конечно, будет расследование. Пятьдесят лордов планеты соберутся, чтобы обсудить происшедшее, и Хоулт даст свое объяснение: «Он намеренно спровоцировал меня. Нет нужды объяснять, как меня оскорблял сам факт того, что его дом маячил передо мной, словно бельмо на глазу. Однако на этот раз…»

И лорды, товарищи Хоулта, будут глубокомысленно кивать; они поймут его — потому что и сами высоко ценят ничем не испорченный вид из окон своих жилищ. Его не только оправдают, но даруют часть земель Макдермота, простирающуюся до самого горизонта, чтобы никто и никогда не смог вновь нанести ему оскорбление неприглядным зрелищем.

Майкл Хоулт улыбнулся. Сегодняшние мечты принесли ему чувство удовлетворения. Сердце, возможно, слегка частило, когда воображение рисовало груду дымящегося шлака. Он постарался успокоиться. В конце концов, он стар и слаб, как ни претило ему признавать это, и даже погружение в радужные мечты лишает сил.

Он отошел к окну. Ничего не изменилось. Участок коричневой земли, куда благодаря плавильным аппаратам не попадает снег, потом белое поле и в конце мерзкая пика на горизонте, мерцающая медно-красным в солнечном свете.

Хоулт нахмурился. Мечтай не мечтай — ничего не меняется. На самом деле не было сделано ни одного выстрела. Дом Макдермота по-прежнему оскверняет вид из окна. Хоулт развернулся, медленно зашаркал из комнаты в сторону лифта и опустился на пять этажей.

Зазвенел коммуникатор. Хоулт удивленно посмотрел на экран.

— Да?

— Внешний вызов, лорд Хоулт. Лорд Макдермот, — вежливо произнес металлический голос.

— Ты имеешь в виду, секретарь лорда Макдермота?

— Нет, сам лорд Макдермот, ваша светлость.

Хоулт удивился еще больше.

— Шутишь? Пятьдесят лет он не связывался со мной. Если это шутка, я велю устроить тебе короткое замыкание!

— Я не умею шутить, ваша светлость. Сказать лорду Мак-дермоту, что вы не желаете беседовать с ним?

— Конечно! — взорвался Хоулт. — Нет… постой. Сначала узнай, чего он хочет, а потом скажи, что я не желаю разговаривать с ним.

Хоулт откинулся в кресле перед экраном, локтем нажал нужную кнопку, и крошечные «руки» принялись массировать мышцы спины, которая внезапно одеревенела под воздействием затопившего его яда напряженности.

Макдермот вызывает его? Зачем?

Чтобы пожаловаться, конечно. Может, случайное пересечение границы его владений — достаточно серьезное, раз он звонит лично. Кровь прилила к его лицу, сердце застучало быстрее. Пусть жалуется! Пусть оскорбляет, пусть возмущается! Может, это в конце концов даст повод для враждебных действий. Хоулт жаждал объявить ему войну. На протяжении многих десятилетий он наращивал мощь своего вооружения и теперь не сомневался в том, что в состоянии стереть Макдермота с лица земли одним-единственным выстрелом. Ни один защитный экран во всей вселенной не устоит перед ним.

«Пусть затеет что-нибудь, — молился Майкл Хоулт — О, пусть же он нападет первым! Я готов, более чем готов!»

Снова раздался звонок.

— Я поговорил с ним, ваша светлость, — доложил робот-секретарь, — Он не объяснил мне ничего. Хочет побеседовать с вами.

Хоулт вздохнул.

— Ладно. В таком случае соедини нас.

Пока робот переключался с внутреннего канала на внешний, по экрану бежали помехи. Хоулт напряженно замер, внезапно охваченный тревогой. Странно, но он забыл, как звучит голос врага. На протяжении многих лет связь между ними осуществлялась исключительно через роботов.

Экран вспыхнул, на нем возник тестовый шаблон.

— Хоулт? — произнес хриплый, раздраженный голос. — Хоулт, где ты?

— В своем кресле, естественно, Макдермот. Что у тебя за дело ко мне?

— Включи изображение. Дай мне взглянуть на тебя, Хоулт.

— Ты можешь высказать все, что пожелаешь, не видя меня. Зачем тебе видеть мое лицо? Лишний раз убедиться в моей красоте? Ха-ха-ха…

— Пожалуйста. Сейчас не время препираться. Включи изображение!

— Позволь напомнить, — холодно ответил Хоулт, — что это ты вызвал меня. В этом случае, согласно нормам этикета, мне принадлежит привилегия решать, в какой форме будет происходить наше общение. И я предпочитаю, чтобы ты меня не видел. Я вообще предпочел бы не разговаривать с тобой. Даю тебе тридцать секунд, чтобы высказать свои претензии. Меня ждут важные дела.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.