База-500. Смертельная схватка

фон Берн Алекс

Серия: База-500 [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
База-500. Смертельная схватка (фон Берн)

Глава 1

25 августа 1942 года, Белоруссия,

урочище «Волчьи норы»

Рудаков на рассвете подполз к выходу из землянки и осторожно выглянул наружу. У потухшего костра дремал часовой с винтовкой. Стояла полная тишина. Рудаков бесшумно проскользнул мимо часового и, присев за толстым стволом векового дуба, перевел дыхание. Он хотел разведать, как без лишнего шума можно выбраться с территории гражданского лагеря, и собирался уже двинуться дальше, как вдруг услышал хруст ветки: кто–то шел буквально метрах в пяти от него. Рудаков бесшумно упал ничком, развернулся и осторожно выглянул из–за корневища дуба.

По небольшой полянке шел Павличенко. Он остановился у входа в землянку, находившуюся метрах в двух от дуба, и громко покашлял. Через четверть минуты из землянки появился Пронягин: голый по пояс и босиком, в одних галифе.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил он у Павличенко. — Разведчики вернулись?

— Нет, пока еще не вернулись, — ответил Павличенко. — Но скоро должны. Тут дело такое, куда важнее! Пришел Федорцов, от дяди Вовы.

— Что ему нужно? — спросил Пронягин: в его голосе проскользнуло искреннее удивление.

— Он сказал, что немцы начинают большую операцию против нас, предложил проверить снаряжение бойцов и выдать им сухие пайки. Слушай, это не просто так: у дяди Вовы есть свой человек в гестапо. Если он говорит, что мы попали под молот, значит, так оно и есть. Мне собирать командиров?

— Ну, если Федорцов… тогда действительно информация верная. Собирай! А что еще Федорцов сказал?

— Ничего, он тебя видеть хочет. Сказал, что ради этого и пришел.

— Вот оно как… — потер затылок Пронягин. — Видно, ему еще чего–то надо.

— Еще бы, — усмехнулся Павличенко. — Ради того, чтобы нас предупредить о войсковой операции немцев, Федорцов через немецкие кордоны лезть не стал бы.

— Значит, так, — решительно сказал Пронягин. — Собирай командиров, усиль охранение, дисциплину подтяни… А я на базу, с Федорцовым беседовать. Да, и как разведчики придут, — тут же ко мне!

Пронягин вернулся в землянку, а Павличенко скрылся в лесу. Рудаков вернулся в свою землянку, улегся на нары и задумался, переваривая информацию.

— Дрянь твое дело, Пронягин, — сказал сидящий напротив командира отряда имени Щорса человек. — Обложили тебя немцы со всех сторон, со дня на день Коссово возьмут, а потом за тебя вплотную примутся. Немцами округа так и кишит — еле–еле с Земелиным мимо них проскользнули! Или ты всерьез надеешься в Волчьих норах отсидеться? Так немцы уж танки подтянули, самолеты разведывательные летают: вон, с утра над лесом «рама» висела. Ты же военный человек, должен понимать, что разберут немцы завалы на лесных дорогах под прикрытием танков и затянут удавку окружения на твоей шее. Недели две еще, и все!

— Понимаю я это, товарищ лейтенант госбезопасности, и сиднем не сижу, — с обидой отозвался Пронягин. — И план у меня есть. Немцы ждут прорыва в сторону Иванцевичей, думают, что я на юго–восток прорываться буду. А мы на север прорываться будем, в Налибокскую пущу. Народу опытного хватает, пока немцы очухаются, нас уж и след простыл!

— А с гражданским лагерем делать что будешь? Ну, тех, кто помоложе, с собой возьмешь, это понятно. А женщины с детьми малыми и старики? Им с вами никак не прорваться, верно? — спросил старший лейтенант госбезопасности Федорцов, заместитель начальника отряда «Дядя Вова» по разведке. Он сегодня утром как снег на голову свалился вместе со своим проводником Земелиным и двумя бойцами. Уже месяц, как оперировавший в Налибокской пуще отряд «Дядя Вова» установил связь с отрядом имени Щорса. Пронягин знал, что отряд «Дядя Вова» — диверсионная группа НКВД, имеет радиосвязь с Москвой. Это не группа окруженцев, эго серьезные люди, со своим заданием, связью, агентурой. Короче, перечить им нельзя.

— В этом и суть! — ответил Пронягин. — Уведем немцев подальше от гражданского лагеря, немцы блокаду снимут, а там уж они потихоньку по окрестным деревням разойдутся. Помогут люди, я думаю!

— Плохо думаешь! — оборвал его Федорцов. — После блокады тут немцы все деревни пожгут. Уже начали, между прочим. Негусто тут будет с деревнями. А в тех, что останутся, люди свою тень на порог будут бояться пустить, а не то, что беглых евреев. Улавливаешь?

— Если мы будем прорываться на север, то гражданский лагерь останется в стороне и немцы его не найдут, — начал доказывать Пронягин, но Федорцов снова оборвал его:

— Слушай, что я тебе скажу, лейтенант! Ты военный человек и должен понимать, что не все я тебе сказать могу. Но о Налибокской пуще думать забудь! Никаких прорывов на север: пойдешь на юг, в Пинские болота, — там формируется партизанское соединение, там ты нужен. И идти туда ближе и безопаснее, чем в Налибокскую пущу. А теперь слушай в три уха: немцы через пару дней начнут большую антипартизанскую операцию. На большой территории операцию разворачивают: от Пинских болот до Налибокской пущи. И гордиться можешь: вся эта заваруха в основном из–за тебя разгорелась. Так что в Налибокскую пущу тебе не прорваться: немцы блокируют подходы к ней, а позавчера 18–й латышский полицейский батальон занял само село Налибоки. Вот так: не пробиться тебе в том направлении. И еще: через два дня немцы начнут штурм Коссова. А как возьмут город, так начнут леса прочесывать. Так что и в Волчьих норах тебе не отсидеться. А теперь самое главное: начнут тебя окружать, кольцо сжимать, но здесь будешь сидеть, пока немцы у тебя на хвосте не окажутся. Ты не просто прорваться должен: ты должен немцев за собой на юг увести. Такая вот задача тебе, лейтенант.

— И кто конкретно мне эту задачу ставит? — мрачно осведомился Пронягин.

— Считай, что в моем лице тебе задачу ставит Москва, — жестко ответил Федорцов. — Кстати, когда ты Коссово захватывал, то ведь ни с кем не советовался, верно? Так вот: теперь есть конкретный приказ, так что выполняй четко и безукоризненно. А то в последнее время некоторые твои действия выглядят… весьма подозрительно.

Кровь бросилась Пронягину в лицо. Сама мысль, что кто–то может обвинить его в трусости или шкурничестве, казалась ему чудовищной: честные и искренние люди всегда болезненно относятся к любым несправедливым подозрениям.

— Это что же вы имеете в виду, товарищ лейтенант госбезопасности? — тихо проговорил Пронягин. В его голосе не было скрытой угрозы, но было нечто такое, что заставило Федорцова немедленно смягчить тон.

— А ты думаешь, что про твою кралю черноокую никто ничего не говорит? — спросил Федорцов и, увидев закаменевшие скулы Пронягина, поспешно добавил:

— И… что за люди подозрительные у тебя накануне объявились?

— A-а! Так то ж из плена бежали! В Беловежской пуще отряд создали, пока их немцы оттуда не выкурили. Вот они и шли, отряд крупный искали, чтобы настоящим делом заняться.

— Это они тебе сами рассказали? — усмехнулся Федорцов.

— Сами, конечно, — подтвердил Пронягин. — Немцы им справок не выдали, понятное дело. А вот то, что недалеко отсюда, в деревне они взвод карателей положили, — это факт, это я проверил. Сегодня утром разведчики вернулись: из той деревни немцы трупы своих бойцов грузовиками вывозят.

— Сколько их? — спросил Федорцов.

— Немцев? Точно не считали, но…

— Я беглецов в виду имею.

— Одиннадцать, во главе с майором РККА Янисом Петерсоном. Мы их с комиссаром допросили: складно рассказывали, на неточностях не поймали. Но разоружили их на всякий случай и в гражданском лагере на время проверки поселили.

— Значит, из Беловежской пущи к вам они пожаловали? — сощурил глаза Федорцов. — А как шли?

— Да так и шли, на восток… Через Борки, Поднятую Трибу, леса Гута—Михалинские… Подробно путь описали.

— Вот что, Пронягин, — сказал Федорцов. — Давай–ка теперь я проверю этих беглецов. Посмотрю, что это за Петерсон и кому он майор. Короче, давай его сюда!

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.