Три желания

Эльберг Анастасия Ильинична

Серия: Доктор Вивиан Мори [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

— У вас уютно.

— Присаживайтесь, прошу вас. Но, если хотите, можете прилечь.

Моя гостья в очередной раз затянулась тонкой сигаретой. Красивая брюнетка в длинном алом платье, больше походившем на вечернее, чем на повседневное, она уверенно держалась на высоких каблуках и смотрела на меня чуть насмешливо. Я читал о ней в газетах, однажды видел ее в театре, но и подумать не мог, что мы когда-нибудь встретимся. И уж точно не мог предположить, что это произойдет при таких обстоятельствах.

Прилечь? Вот что вы предлагаете незнакомой женщине?

— Вы правы, это было бестактно с моей стороны. Присядьте. Прилечь вы сможете в любой момент.

Она воспользовалась приглашением и заняла одно из кресел у стола. Подвинула к себе пепельницу, потушила остаток сигареты, убрала за ухо прядь волос и снова посмотрела на меня.

— Изабель Торнворд, — представилась она.

— Вивиан Мори.

— Очень приятно. Но мне, наверное, нужно называть вас «доктор». А вы можете обращаться ко мне «Изабель».

— Мое почтение. Я о вас наслышан.

Она изогнула бровь — достаточно выразительно для того, чтобы я смог правильно ее понять.

— И что же вы обо мне слышали?

— Все самое хорошее, что только можно услышать о владелице «Мирквуд Таймс».

— Ах, вы об этом. Я тоже слышала о вас. Ваши профессиональные достижения впечатляют. Правда, горожане, в основном, обсуждают вашу личную жизнь.

— Думаю, мы оба знаем, что здешние жители — настоящие мастера в искусстве наклеивания отрицательных ярлыков. Маленький город, на каждом шагу — знакомые…

На ее губах снова мелькнула усмешка. Оживший портрет талантливого художника, подумал я. Слишком реальна для того, чтобы быть нарисованной женщиной, слишком хороша для того, чтобы быть настоящей.

— Почему же отрицательные, доктор? Красивый молодой мужчина с двумя докторскими степенями, очаровательной улыбкой, полным отсутствием такта и понятий о морали и глазами, в которых разве что слепая женщина не увидит губительную страсть к удовольствиям. Я ничего не упустила?

Изабель выдержала паузу, внимательно вглядываясь в мое лицо, после чего продолжила:

— И отлично владеющий собой мужчина. Посмотрите, сколько плюсов я поставила вам, доктор. Заочно.

— Так что же привело вас ко мне, Изабель?

— Наверное, эта фраза вам порядком наскучила за все время вашей работы, но все банально, доктор. Мне скучно жить.

… — Пожалуй, на этот раз я приму ваше приглашение и прилягу.

Изабель терпеливо подождала, глядя на то, как я занимаю свое кресло, и только после этого устроилась на кушетке. Выбранная ею поза могла бы показаться случайной, не будь она продумана до мельчайших деталей. Слегка согнутая в колене нога — разрез длинной юбки позволял увидеть бедро. Голова на небольшой подушке — под таким углом, чтобы можно было оценить декольте. И выгодное положение — она могла видеть меня в зеркале, стоявшем в ногах, а я ее видеть не мог.

— Как у вас дела, доктор? — заговорила она.

— Лучше расскажите, как дела у вас. Мы не виделись целую неделю.

— Вы по мне соскучились?

— Вам что-нибудь снилось?

Изабель вздохнула, всем своим видом показывая, что эта тема кажется ей скучной.

— Ровным счетом ничего интересного. И ничего эротического.

Я открыл чистый блокнот и взял паркер.

— Мне интересны все ваши сновидения, даже самые скучные.

Изабель потрепала волосы и потянулась.

— Хорошо, доктор. Вот что приснилось мне пару дней назад. Я прихожу домой, открываю дверь и понимаю, что дома я не одна. На подоконнике сидит женщина, как две капли воды похожая на меня. Когда я вхожу, она поворачивается ко мне и спрашивает: «Что вы тут делаете?». «Я тут живу», отвечаю я. «Вы ошибаетесь», говорит мне женщина, «это я тут живу».

Она сделала паузу и посмотрела на меня. Не через зеркало — чуть приподнялась и повернула голову.

— Вам интересно, доктор?

Я сделал пару пометок в блокноте.

— Конечно. Пожалуйста, продолжайте.

— Эта женщина представляется моим именем и просит меня уйти. Я продолжаю говорить, но она не слушает меня, отворачивается, закуривает и смотрит куда-то на улицу, в темноту. Я стою на ковре в собственной гостиной, не зная, что делать. А потом просыпаюсь.

— Скажите, с чем у вас ассоциируется возвращение домой?

Изабель взяла свою сумочку и достала сигареты.

— Я могу закурить, доктор?

— Вот пепельница. Прошу вас.

Она щелкнула позолоченной «зиппо», затянулась и снова приняла расслабленную позу.

— С неизбежностью. Что бы человек ни делал, рано или поздно, вечером или днем он возвращается в свою квартиру. У него нет выбора. Не люблю такие ситуации.

— Насколько я знаю, вы живете в квартире вашего отца? В здании издательства?

На этот раз Изабель решила не поворачиваться ко мне: она просто посмотрела в зеркало, а потом снова заговорила. По ее тону можно было понять, что она улыбается.

— Вы знаете, где я живу, доктор? Откуда?

— Из газет.

— Неужели такой занятой человек, как вы, успевает читать газеты?

— Вы тоже находите время для того, чтобы читать их. Иначе откуда вы знаете о моей личной жизни?

— Для этого не нужно читать газеты, о вас судачит весь город. Кроме того, не забывайте: я журналист. Я делаю газеты.

Я отложил паркер и взял портсигар.

— Скажите, Изабель, вы не думали о том, чтобы переехать в другую квартиру? Новые лица, новые знакомства. Вы не чувствуете желания поменять что-нибудь в своей жизни?

— Это скучно, доктор, — протянула она. — Я расскажу вам свой вчерашний сон. Там тоже была эта женщина.

— Конечно, — кивнул я, закуривая. — Я слушаю.

— Я пришла домой, и она снова ждала меня. Как и в прошлый раз сидела на подоконнике и курила, глядя в окно. Но она не удивилась моему приходу и не прогнала меня. Я остановилась посреди комнаты, а она потушила сигарету, подошла ко мне, сняла с меня плащ, потом — блузку, юбку… может, я лесбиянка?

— Не думаю, что следует трактовать это так буквально.

Изабель сделала глубокую затяжку и выпустила дым через ноздри.

— Знаете, что меня удивило, доктор? За все время, что мы с ней занимались любовью, она ни разу меня не поцеловала. У меня сложилось такое впечатление, будто… она этого боится. Вы не думаете, что это странно — заниматься с кем-то любовью и ни разу его не поцеловать?

— Для многих людей поцелуй — это проявление любви. Что-то очень личное. Гораздо более личное, чем секс.

— А вы целуете нелюбимую женщину, когда занимаетесь с ней любовью?

Она снова глянула на меня в зеркало, стряхнула пепел с сигареты и, почувствовав, что пауза затягивается, задала очередной вопрос:

— Вы верите в любовь, доктор?

— Нет.

Изабель подождала с минуту, но продолжать разговор на эту тему я не собирался.

— Знаете, — снова заговорила она, — ведь я плачу за наши сеансы, так? Соответственно, мне решать, чем мы с вами тут будем заниматься, обсуждать мои сны, говорить о моих проблемах или же беседовать о чем-то еще. Я права?

— Бесспорно.

— Тогда давайте поиграем. Каждый из нас загадает по три желания, а потом мы будем исполнять их. По очереди.

Я положил блокнот на стол.

— Хорошо.

— У нас будет только одно правило: желание необходимо исполнить. Хотите начать?

— Было бы невежливо так поступать с дамой.

— Ладно. — Она потушила сигарету и в очередной раз повернула голову в моем направлении. — Прикоснитесь ко мне, доктор.

Я поднялся, подошел к ней и остановился за ее спиной.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.