Политбюро. Механизмы политической власти в 1930-е годы

Хлевнюк Олег Витальевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Политбюро. Механизмы политической власти в 1930-е годы (Хлевнюк Олег)

Введение

«Наше Политбюро ЦК является органом оперативного руководства всеми отраслями социалистического строительства» [1] , — заявил в докладе по организационным вопросам на XVII съезде ВКП(б) в феврале 1934 г. Л.М. Каганович, в то время секретарь ЦК ВКП(б), заместитель И.В. Сталина по партии. Однако даже такая характеристика лишь в некоторой степени определяла реальные функции Политбюро.

Формально, по партийному уставу, Политбюро, образованное как постоянный орган в 1919 г., было (наряду с Оргбюро и Секретариатом) исполнительной инстанцией Центрального Комитета. Политбюро избиралось ЦК для ведения политической работы и было подотчётно ЦК. Фактически Политбюро являлось высшим органом власти в СССР. Именно Политбюро предопределяло все основные направления развития страны (а также рассматривало массу сравнительно мелких и второстепенных проблем), выступало главным арбитром при разрешении ключевых межведомственных противоречий, непосредственно организовывало исполнение многих своих постановлений и старалось держать под тщательным контролем всю систему власти. Значительное количество принципиальных решений и акций, формально исходивших от различных государственных органов (например, ЦИК СССР, СНК СССР, СТО СССР) на самом деле были результатом деятельности Политбюро. Обязательному утверждению Политбюро подлежали все сколько-нибудь значительные инициативы партийных, государственных, комсомольских, профсоюзных и т.д. инстанций. Руководители Политбюро с полным основанием могли заявить: «Государство — это мы».

Будучи одной из важнейших проблем советской политической истории, деятельность Политбюро фактически ещё не стала предметом специального всестороннего исследования, что прежде всего связано с состоянием источниковой базы. Немногочисленные работы, в которых делались попытки проанализировать эту проблему, были построены на опубликованных документах и материалах прессы [2] . В таких трудах поставлены важные вопросы, намечены возможные пути их изучения, сделаны некоторые оригинальные наблюдения. Однако закрытость архивов создавала непреодолимые препятствия на пути историков.

Из всех этапов деятельности Политбюро (как и советской истории в целом) лучше всего оказались исследованными 20-е годы [3] , обеспеченные многочисленными источниками. Относительный «демократизм» внутрипартийной жизни, острые столкновения в руководстве Политбюро, сведения о которых неизбежно предавались огласке, доступность бумаг, вывезенных за границу Троцким, широкий поток документальных публикаций по истории внутрипартийной борьбы 20-х гг., подготовленных в годы «перестройки», хорошее состояние и относительная открытость архивных фондов облегчили работу историков. Наследство же закрытости последующих периодов составляли преимущественно фальсифицированные официальные документы, неубедительные мемуары и вычищенные архивы, доступность которых до сих пор оставляет желать лучшего.

Эти обстоятельства предопределили выбор хронологических рамок книги — обращение, сразу к 30-м годам, минуя предыдущий этап. Небольшие экскурсы в предшествующий период предприняты лишь в той мере, в какой это было необходимо для понимания событий, исследуемых в работе.

В книге рассматриваются две основные проблемы. Первая — организационная сторона функционирования Политбюро: что представляло собой Политбюро в 30-е годы как высший орган партийно-государственной власти, каким был порядок работы Политбюро, какие изменения происходили в его составе и деятельности на протяжении рассматриваемого периода. Вторая проблема касается механизма принятия решений в Политбюро, изучения той реальной политической «кухни», которая скрывалась за фасадом формальной процедуры работы Политбюро. Речь в этом случае идёт о соотношении власти Политбюро как коллективного органа и единовластия Сталина, о формировании на разных этапах группы высших руководителей партии, о степени совпадения или различия позиций членов Политбюро, наличии или отсутствии в Политбюро противоречий и конфликтов и т.д. Очевидно, все эти сюжеты тесно взаимосвязаны и переплетены. Изменения в процедуре деятельности Политбюро в значительной мере отражали перемены в порядке принятия решений и степени влияния Политбюро как коллективного органа власти. А сама эволюция личной власти Сталина, по замечанию итальянского историка А. Грациози, во многом предстаёт как проблема рождения и последующего формирования сталинского окружения, изменения в котором по-своему отражали каждую новую ступень советской истории [4] .

Выдвижение этих задач предопределило структуру книги. Её главы сформированы по хронологическому принципу. Каждая глава посвящена определённому значимому этапу в развитии страны, периодам поворотов «генеральной линии», когда в наиболее откровенном виде проявлялись механизмы принятия важнейших решений в высших эшелонах партийно-государственной власти. В первой главе рассматриваются события 1930 г., когда произошло окончательное утверждение политики насильственной коллективизации и форсированной индустриализации, а из Политбюро были изгнаны А.И. Рыков и С.И. Сырцов — последние сколько-нибудь серьёзные оппоненты политики «большого скачка», сохранявшие официальные посты в высшем руководстве. Вторая глава посвящена этапу нарастания и апогея острейшего кризиса 1931–1933 гг. Ужесточая террор, сталинское руководство предпринимало в это время также попытки непоследовательных «реформ». Эти колебания между «реформами» и террором, исходившие из Политбюро, дают материал для определённых наблюдений по поводу ситуации в высших эшелонах политической власти. В третьей главе собраны и проанализированы факты, касающиеся обстоятельств временного усиления «умеренного» курса в 1934 г. Изменения в составе и деятельности Политбюро в связи с ужесточением террористической политики после убийства Кирова (1935–1936 гг.) — главная тема четвёртой главы. В двух последних главах рассмотрены события «большого террора» 1937–1938 гг., в том числе репрессии в Политбюро, а также их воздействие на функционирование высших партийно-государственных инстанций накануне войны.

Основным событиям и проблемам каждого из выделенных периодов посвящена определённая литература. Те её аспекты, которые касаются механизмов политической власти и деятельности Политбюро, рассматриваются в соответствующих разделах книги.

Проведённое исследование прежде всего ещё раз подтвердило известный факт, что роль Политбюро как коллективного органа власти на протяжении советской истории менялась в зависимости от того, каким было соотношение: вождь — «рядовые» члены Политбюро. Моменты борьбы между лидерами партии, делившими ленинское наследие, были «звёздными часами» Политбюро. От поддержки большинства в Политбюро зависела судьба вождя, который, укрепившись у власти, в полной мере отплачивал своим соратникам за перенесённые «унижения» (необходимость считаться с их позицией, уговаривать, объяснять, задабривать) и делал всё для того, чтобы избавиться от влиятельного окружения в будущем. На протяжении 30-х годов происходило уверенное укрепление единоличной власти Сталина за счёт ограничения влияния Политбюро. Высшей точки этот процесс достиг после завершения «большого террора».

За годы правления коммунистической партии в ней постоянно возникали течения и группировки, противостоявшие «генеральной линии», предлагавшие свои методы реформирования системы. Однако реальную политическую силу эти течения приобретали только в том случае, если имели сторонников в Политбюро. Благодаря инициативе высших руководителей страны начался переход к нэпу, а затем была предпринята попытка его углубления. В Политбюро оформилась группа «десталинизаторов» 50-60-х годов. Из Политбюро, наконец, вышла «перестройка». Как и когда складывались такие «реформаторские» группы, какие иные варианты преобразований или контрпреобразований вызревали в Политбюро — эти проблемы, с учётом того, сколь значительную роль в советской истории играли «вождизм» и «революции сверху», вызывают повышенный интерес.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.