Время вспомнить

Норд Наталья

Серия: Хроники Метрополии [1]
Жанр: Фэнтези  Фантастика  Мистика    2014 год   Автор: Норд Наталья   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Время вспомнить (Норд Наталья)

Норд Наталья

Время Вспомнить

(Хроники Метрополии. Часть 1 )

Пролог

Мейри.

412 год от подписания Хартии. (сезон лета).

Стояла первая четверть Дарителя*, было жарко. Восьмилетняя девочка, по прозвищу Блошка, семенила за дедушкой по пыльной сельской дороге. Дед хмурился, сжимал ладошку Блошки так сильно, что пальцы у той слиплись в горячую лепешку и болели. Попа тоже болела. Утром бабушка надавала по ней с такой силой, что отбила руку. Ората* Эгея всерьез разозлилась на внучку, даже попросила мужа взять девочку с собой в Пятихрамье*, чтоб не видеть и не слышать ее хоть полдня, а заодно, чтоб проказница отмолила свои, по мнению бабки, совсем не детские грехи.

Дед тоже злился. На внучку и на то, что пришлось тащиться по жаре на глупую молитву. Богобоязненная супруга потребовала обсудить с сагом* поведение девочки, а храмовников адман* Вала не любил, считал тунеядцами и лицемерами.

Ворчливость была повседневным состоянием деда, но Блошка к этому так и не привыкла. Адман Вала не дрался, но скрипел языком столь неутомимо, что девочка готова была терпеть бабушкины шлепки, лишь бы не слышать долгого, методичного перечисления всех своих проделок и грозящих из-за них семейству Вала бедствий.

Вот и сейчас дед бубнил и бубнил, встряхивая ладонь Блошки в такт словам. Если бы не необходимость время от времени кивать и признаваться в собственной никчёмности, девочка совсем перестала бы обращать внимание на монотонный гул его голоса. Вокруг имелось много чего куда более интересного: жеребята на лугу, томные оранжевые бабочки над кустами маслинника, яркие лягушки в бочаге под мостом. Иногда Блошка прикрывала глаза и слушала, потом открывала глаза и видела. У нее не было мыслей, время для нее текло медленно и сладко, и каждый миг жизни был полон смысла. И если бы не дед, она бы растворилась в сказке жаркого солнечного дня.

Дед Блошки был сельским лекарем. Смыслом жизни любого здравомыслящего человека он считал деньги и почет. Однако ни того, ни другого на его долю много не выпадало, поскольку в работе адман Вала был ленив и небрежен. Он часто повторял, что за то, что делает в деревнях за медь, должно в городе ему платиться золотом. Селяне, с их вечными прострелами, легочными хворями и крикливыми роженицами, раздражали его. Многие пациенты сами были о нем невысокого мнения, и, по возможности, искали другие пути вылечиться, а те немногие, кого он продолжал пользовать, терпели его только лишь по необходимости. Авторитет в глазах самого себя адман Вала повышал путем смакования недостатков других, перемывая по обыкновению кости обидчикам за обеденным столом и вечерними посиделками у печи, и Блошка за годы сознательной жизни слышала от него такие комментарии в адрес пациентов, что считала деда святым в мире грешников. Считала так, пока не подросла и не разглядела родственников поближе.

Блошкой девочку окрестил заезжий торговец, которому адман Вала долго и с большим удовольствием рвал на ярмарке зуб с дуплом. После торговец, подперев щеку, тоскливо наблюдал, как светловолосое семейство Вала усаживается на телегу, а крошечная черноволосая девочка, под недовольное ворчание деда и бабки, скачет по тюкам купленного по дешевке барахла. Насладившись картиной, торговец сплюнул кровавый сгусток и прошамкал:

- Прям как блоха по псине.

Кто-то из местных жителей услышал, и вскоре маленькую внучку лекаря иначе, как Блошкой, никто не называл. Впрочем, сама девочка была не против. Покуда в росистой траве прыгали лягушки, кошка Суша приносила котяток, а на ночном небе высыпали звезды, Блошка любила весь мир.

Бабушка Эгея заставляла девочку изучать счет и письмо. Блошке было скучно, и она убегала в лес или к деревенским ребятишкам. Бабушка ловила ее, пугала нехорошим будущим, наказывала розгой и приобщала к нудной домашней работе. Иногда ората Вала, накричавшись и напричитавшись, садилась понуро у окна на кухне, и девочка знала, что бабушка вспоминает свою прежнюю жизнь и дочь, маму Блошки...

****

В тот год лето было очень жарким. Адмана Вала вызвали к госпоже Локришиэ, жене важного чиновника, имеющего сельский дом в долине реки Неды. Личный врач госпожи задержался в городе, и раздувшийся от гордости адман Вала пару раз появился в поместье с каплями от женского недомогания. С собой он брал двенадцатилетнюю дочку, Дарину. Дарина владела грамотой и помогала отцу вести учет пациентов. Голубоглазая спокойная девочка, с трогательно острыми коленками из-под детского платьишка и волосами цвета спелой пшеницы, настолько приглянулась госпоже, что та несколько раз приглашала ее в поместье. В моде было, уподобляясь королеве Магрете*, брать на воспитание девочек из небогатых, но почтенных семей, обучать их наукам, вышиванию, искусству составления букетов и прочим полезным премудростям. Так Дарина стала компаньонкой госпожи Локришиэ, на довольствии и с окладом. Адман Вала бурчал, причитал, что лишился помощницы, отбирая у дочери заработанное, чтоб не потратила 'на глупости'.

Госпожа Локришиэ забрала девочку в Коксеаф. Дарине исполнилось семнадцать, когда хозяйка скончалась от кровотечения - очередное женское недомогание оказалось давно запущенной болезнью. На маленькое наследство от покровительницы девушка смогла купить в Коксеафе эпистолярную лавочку. Она продолжала помогать отцу и матери, теперь высылая ежесезонно солидную сумму. Адман Вала, все чаще посиживая в корчме, жаловался односельчанам на скупость дочери. Он раздобрел, разленился, покрикивал на пациентов, разругался с несколькими старыми клиентами - теперь ората Эгея, торгуя травяными настоями и порошками, приносила в дом больше денег, чем он. Ората скучала по дочери. Но почитание мужа все так же заслоняло ей все остальное в жизни.

Через два года Дарина вышла замуж за школяра, такшеарца из почтенной семьи, приехавшего в Коксеаф учиться в университете. Адман Вала впал в ярость, чуть не слег, костеря на чем свет стоит Такшеар, школяров и свою дочь. Но Дарина, хоть и писала после свадьбы редко, а к себе не приглашала, деньги высылала регулярно. Через год после замужества она родила дочь, которой по южному обычаю не стала сразу давать имя. Еще через два года Дарина вдруг вернулась в село с маленькой дочкой на руках. На все вопросы она лишь мотала головой и повторяла, что ушла от мужа, поскольку тот оказался плохим человеком. Лавочку ей пришлось продать, чтобы насовсем уехать из Коксеафа - муж не давал ей проходу. Дарина оставила родителям деньги на малютку и отправилась в столицу - начинать все с чистого листа. Два года подряд она исправно писала и высылала содержание дочери, каждый раз в письмах умоляя родителей не отдавать ребенка отцу, если тот их разыщет.

Семейство Вала тяготилось не в меру живой и непоседливой внучкой и уговаривало дочь забрать девочку, ссылаясь на возраст и старческие болячки. Научившись ходить, внучка сразу стала бегать, научившись говорить - болтала без умолку. Девочка, по словам бабушки, однажды навестившей дочь после свадьбы, была точной копией бывшего зятя - темноволосой, смугловатой и кареглазой. Прозвище Блошка прилипло к девочке безоговорочно.

Адман лекарь вел привычный образ жизни, сам выбирал пациентов, посиживал в корчме, бранил соседей, пока судьба не умерила его спесь. Взявшись лечить от фурункулов помощника сельского управителя, лекарь с пьяных глаз перепутал очищающий кровь отвар с настойкой болиголова. Жена помощника к свалившемуся на нее вдовству отнеслась крайне неодобрительно: не стала выслушивать слезливое покаяние, на золотые монеты в дрожащей руке даже не взглянула, а сразу пожаловалась управителю, который отправил донесение в столицу и стал дожидаться мортальных* дознавателей, наказав лекарю с места не сниматься и пациентов не пользовать.

Собирались в спешке, в густой темноте. Управитель с калитки приставил соглядатая, потому лекарь выломал огородный плетень и телегу выкатил на дно низенького оврага за домом. Ората Вала скрепя сердце бросила на разграбление все, что было чуть поношено и попользовано: кухонную утварь, одежду, половики. Лишь пару лофрадских ковров оставить жадным до чужого добра соседям рука у нее не поднялась - их постелили на дно телеги, Блошка накидала сверху подушечек и заснула спокойным и доверчивым детским сном. По малолетству она не поняла, о чем громким шепотом спорили дед с бабкой на кухне перед отъездом. А ведь адман Вала всерьез подумывал о том, чтобы оставить внучку в селении, а Дарине послать весточку по пути. Но ората Эгея заупрямилась и настояла на том, чтобы забрать ребенка: девочку могли отдать в прислужницы вдове умершего помощника управителя за потерю кормильца.

Алфавит

Похожие книги

Хроники Метрополии

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.