Корсар пустыни

Фалькенгорст Карл

Серия: Африканский Кожаный чулок [3]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Корсар пустыни (Фалькенгорст Карл)

Глава I

Воскресший из моря духов

По низовьям реки Моари, вливающейся в Конго севернее арабского города Ниангве, тянулся караван, направляясь к холму, поросшему пальмами и густым кустарником и выступавшему среди желтой степи, точно зеленый остров. В качестве проводника шла впереди каравана старая негритянка, а за ней ехал верхом на анголезском волу белый человек с длинной белой бородой. Негритянке было лет под пятьдесят, хотя на вид казалось меньше; она шла бодрым и твердым шагом, проворно обходя препятствия, встречавшиеся на узкой тропинке. Кругом росла трава в 4–5 метров вышиной, сухие стебли которой в большой палец толщиной загораживали проход; местами, задетые рукой негритянки, они раскачивались, нанося ей довольно сильные удары, так что она должна была лавировать между ними.

Не легче было пробираться и всаднику. Его вол шел уверенным шагом, но и ему случалось ломать стебли, и тогда с вершины их сыпался мельчайший дождь семян, усаженных острыми колючками, которые забивались под платье и вызывали боль и зуд по всей коже.

Вдруг вол замедлил шаги, остановился и, несмотря на все усилия, не мог сдвинуться с места; нетерпеливо подняв свою могучую голову, он стал хлестать себя хвостом и издавать громкие звуки. Сильный удар кнута не помог: животное не двигалось с места. Тогда негритянка остановилась и обернулась назад.

— Белая Борода, — крикнула она всаднику, — тебе надо слезть: твой Малукко запутался в траве. Помоги ему, а не то ему плохо придется!

Белая Борода соскочил со своего вола и стал осматривать его ноги. Негритянка была права: среди травы росла масса вьющихся растений, которые поднимались с земли и обвивали высокие стебли, переплетаясь между собой и образуя на тропинке род сетей, в которых вол и запутался как в настоящих силках. Белая Борода вытащил нож и с помощью подошедшей негритянки освободил животное, перерезав стебли вьющихся растений.

— Скоро уже будет конец этой мучительной дороги, — проговорила негритянка. — По ту сторону Моари саванны выжжены, и с ближайшего холма откроется перед нами река.

— Я думаю, — заметил Белая Борода, — что лучше пустить вола самого отыскивать себе дорогу, а я пойду пешком.

— Я поведу его! — предложила услужливая негритянка.

— Нет, оставь его, Тумба, — сказал Белая Борода. — Когда я купил его в Анголе, он недаром носил имя Малукко, то есть Бешеный, но теперь он стал кроток, как ягненок, и идет за мной по пятам, точно собака. Правда, он слушается только меня одного, другим не позволяет и подойти к себе, не то что сесть верхом!

— Да, да! — пробормотала Тумба, продолжая шагать впереди. — Все охотно повинуются тебе! И это совершенно понятно!

— Что ты говоришь? — переспросил Белая Борода, идя следом за ней и действительно не обращая никакого внимания на своего вола, в чем не было, впрочем, и надобности, так как тот шел совершенно спокойно; его и в самом деле можно было сравнить с верной собакой, которая не отходит ни на шаг от своего хозяина. Но негритянка, казалось, не слышала вопроса. Она шла вперед, глубоко задумавшись, пока не очутилась у подножия холма. Тогда она остановилась и проговорила, указывая на него рукой:

— Там, Белая Борода, мы в последний раз раскинем с тобой наши палатки. Оттуда ты увидишь Моари!

— Вы сдержали свое слово, — сказал Белая Борода. — Вы поступили честно и хорошо, и я одарю вас так, что вы останетесь довольны!

Между тем они вдвоем поднялись на холм и стали смотреть на расстилавшуюся у их ног степь по тому направлению, откуда пришли. Далеко вокруг, на сколько только хватало глаз, простиралось огромное пространство, покрытое высокой травой.

— Наши идут медленно! — заметила Тумба, показывая на голую степь, по которой далеко растянулся длинный караван.

— Да, нам придется еще добрых полчаса ждать, пока они подойдут сюда, — сказал Белая Борода и оглянулся на своего Малукко, который нашел немного сочной травы в тени кустарника и с наслаждением жевал ее, чувствуя себя, по-видимому, совершенно удовлетворенным после утомительной дороги. Затем Белая Борода опустился на землю под деревом, а Тумба уселась около него на корточках, желая завести разговор на тему, которая давно уже не давала ей покоя.

— Белая Борода, — спросила она, — отчего ты так быстро перекочевываешь с места на место, почему не остаешься у нас? Разве тебе не нравится наша земля?

— В вашем краю прекрасно, но я решил выстроить себе дом в другой земле, далеко-далеко от вашей, на берегах Конго.

— А та земля лучше нашей?

— Она так же хороша, как и ваша, и в ней тоже есть и слоны, и буйволы, и леса, и степи. Одно в ней есть преимущество: через нее протекает могучая река, вливающая в воды духов, то есть в море. И с моря входят в нее лодки моих белых братьев со всеми товарами, какие мне только нужны: с пестрыми материями, бусами и порохом. Таким образом, у меня никогда не будет недостатка в запасах.

— И ты заведешь торговлю в той стране? — продолжала допытываться негритянка.

Ее любопытство нисколько не поражало Белой Бороды, так как он знал, что племя балубов, к которому она принадлежала и которое жило по южному притоку Конго, Кассаи, от природы очень любопытно: в то время как другие негритянские племена очень ленивы ко всякой умственной работе и никогда не спрашивают ни о чем, у балубов не сходит с языка это «почему» и «отчего», и они положительно испытывают ненасытную жажду знания, которую и удовлетворяют при всяком удобном случае, расспрашивая обо всем на свете.

— Нет, Тумба, — спокойно ответил Белая Борода, — я не стану торговать. Я хочу только поселиться там и научить негров тому, как надо работать и жить, чтобы стать такими же богатыми, как мы, белые. Я хочу убедить их жить в мире друг с другом, и если они послушаются меня, то к ним будут приезжать белые торговцы и за слоновую кость и каучук продавать им пестрые ткани, — оружие и порох.

— Почему бы тебе не делать всего этого у нас? — снова спросила негритянка.

Белая Борода посмотрел на нее и затем спросил в свою очередь:

— Знаешь ты сказку про птицу и про реку Лулуа?

— Знаю.

— Ну, так расскажи ее мне.

— Посреди реки Лулуа, — начала негритянка, — лежал остров, а на острове росла пальма. Прилетела птица и свила себе на ее верхушке гнездо, не спросив на то позволения Лулуа. Тогда Лулуа рассердилась и спросила птицу «Кто твой господин?» Птица отвечала: «Пальма».

Грозно отхлынула Лулуа от берега, а когда наступила ночь и птица спала в своем гнезде, поднялась буря, волны стали хлестать о берег и вырвали с корнем пальму. Так погибли в одну ночь и пальма, и птица!

Негритянка замолчала, а Белая Борода сказал с улыбкой:

— Верно, Тумба! Теперь скажи мне, кто господин у балубов?.

Негритянка медлила с ответом.

— Ты сама этого не знаешь, — продолжал Белая Борода. — У вас много вождей, которые между собой враждуют. Если бы я захотел выстроить себе у вас дом, у кого я должен был бы спрашивать позволения? Спроси я у одного, другой пришел бы ночью и погубил меня и моих друзей.

— Ты прав, — возразила негритянка. — Потому-то многие из балубов и бросают свою землю и ищут новую родину.

— Ты прав, Белая Борода, и я понимаю тебя: ты пришел к нам, чтобы увести тех из нас, которые недовольны нашими порядками, на новую, лучшую родину, где ты будешь управлять нами.

Белая Борода с удивлением поднял голову.

— Кто сказал тебе это, Тумба?

— Я сама это знаю! — вскричала негритянка. — Много лет тому назад наш вождь Кассонго, управлявший народом балуба, отправился путешествовать на запад, чтобы доехать до моря духов и посмотреть на чудо, о котором нам рассказывали торговцы. В дороге он умер, и его спутники вернулись домой с этой печальной вестью. Тогда многие стали спорить из-за господства в нашей стране и началось смутное и тяжелое время. Но были и такие, которые надеялись, что Кассонго выйдет из моря духов и придет к нам совсем неузнаваемый и обновленный, чтобы управлять нами по-прежнему. Случилось раз, что Мукенге, один из вождей, отправился также на запад на охоту. Когда он подошел к большой реке, то увидел раненого слона, а перед ним черного человека с удивительной трубкой, которая выбрасывала огонь и железо: это было огнестрельное оружие, которого мы тогда еще не знали. Мукенге видел, как этот человек целился в слона, как из его трубки показался огонь, и слышал гром выстрела, пронесшегося по лесу и разбудившего в нем эхо; потом это огромное животное упало в предсмертных судорогах. Он был поражен, и его охватил ужас: ничего подобного он не видел раньше, так как наши стрелы не могут пройти через толстую кожу слона. Но черный человек подошел к нему, объяснил ему действие огнестрельного оружия и обещал дать ему такое оружие за слоновую кость и рабов. Мукенге так и сделал, стал могущественным и уверял нас, что получил оружие от вернувшегося Кассонго. Но скоро пришли к нам с запада торговцы огнестрельным оружием, и каждому захотелось иметь оружие и порох. Когда не хватало слоновой кости, продавали в рабство жен и детей, а потом стали и похищать друг у друга рабов. Много горя испытал наш край за это время, и мы страстно желали возвращения настоящего Кассонго, так как скоро поняли, что Мукенге нас обманул и что тот человек, который дал ему первое оружие, был обыкновенный торговец. И вдруг ты пришел к нам. Ты сам говоришь, что жил раньше по ту сторону моря духов. И вот я и мое племя, мы твердо верим в то, что ты и есть сам Кассонго. Вот отчего мы и пошли за тобой, и пойдем дальше, куда только ты ни поведешь нас. Мы будем служить тебе и исполнять все твои приказания, так что ты останешься доволен нами!

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.