Хвост судьбы

Валин Юрий Павлович

Жанр: Фэнтези  Фантастика    Автор: Валин Юрий Павлович   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Хвост судьбы ( Валин Юрий Павлович)

Пролог

Иногда ему казалось, что постель дрейфует, сносимая порывами ветра, каменный пол становится прозрачным, и сама башня невесомо парит над перекатывающимися далеко внизу волнами холодного Залива.

Нет, и королевское ложе, и его неподвижное тело оставались на месте. Он умирал, и понимал, что не умрет. Ловушка. Изощренная в своей бесстыдной примитивности, мышеловка. И другая ловушка — тело, которое укрепляли и готовили к долгой, почти вечной жизни. Тело умирать не желало.

Король тоже не желал умирать. Настоящий мужчина упорен. Многие годы он готовил плоть, защищая от ядов и магии. Терпеливо, продуманно. Меняя колдунов и лекарей. Любой слуга когда-нибудь предаст, это закон. Зная многое, они думали, что мудры. Ошибались.

Он видел море, тени чаек, паруса драккаров, скользящие по простору Залива. Иногда он чувствовал, как протирают его тело, как вливают эликсир. Или это он тоже лишь видел? Тело чувствовать не могло. Но он знал, что жив.

…Снова волны далеко внизу, башни и стены двойного огромного замка, кварталы столицы на берегу бухты. Иногда чудились иные волны, стройные шпили и купола Султанахмета. Нет, он не любил вспоминать родину. Это было так давно. И истинный Бог был милостив. Дал юноше другую страну. Другой мир. С колдовством и чудовищами, народом, ждущим твердой руки. Будущий король был упорен. Походы вдоль побережья, бои. Сказанное вовремя слово, доблесть и умение владеть клинком. Славная рубка лицом к лицу и быстрый удар кинжалом в спину. Он добился всего сам. Он был упорен. И стал хорошим королем. У народа Залива никогда не было лучшего короля.

…Он снова парил над заливом. Ветер рвал, и не мог порвать лучи заходящего солнца. С гор полз туман…

Иногда накатывала ярость: хотелось кричать на эти скалы и волны, на корабли и башни, не желающие помочь своему королю. Стыдная, глупая ловушка. Иногда он хохотал, пугая чутких чаек: так попасться?! О, великий, ты истинно велик в своей самонадеянности. Бессильная, медленно дряхлеющая кукла на ложе.

Ничего, он подождет. Умереть нельзя, и он будет ждать.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Далеко от столицы

1. Башня озера Спей

— Держи! Под лодку урвет!

— Да куда, жаба его удави…

Леса звенела, рывки рыбы разворачивали долбленку. Эри, кряхтя, удерживал короткое удилище. Хухл суетливо взмахивал веслом, пытаясь развернуть утлую лодку. Снова рвануло — Эри удержал, опершись локтем о выщербленный борт.

— Точно, осенник! — воодушевленно заверил Хухл, пытаясь угадать куда устремиться добыча в следующий миг.

— Да уж… — Эри перевел дыхание. Руки ныли, да и лесу было жалко. Такой белой больше не найти. Разве что просить чтобы снова волоса из Хвойника прислали. Там у них белый мерин, и если ему хвост еще не до конца выдрали… Но отдаривать-то чем?

— Держи! — возопил Хухл надтреснутым голосом. — О чем думаешь, дурень?

— О том, что оглох, — огрызнулся Эри. — В самое ухо орешь.

— Я ору!? — возмутился старик. — Ох, простите, милорд, тут еще кто-то рот открыть решился. Смотри — к камню норовит! Вот же тварь хитрая! Куда там орку, пусть боги их племя вечным поносом наградят.

Угадали. Теперь рыбина волокла лодку, утомляя себя и не подвергая драгоценную лесу непомерной нагрузке…

— Не, не осенник, — с некоторым разочарованием пробормотал Эри, возясь с двузубым крючком, накрепко засевшим в углу огромной пасти.

— Как не осенник!? — Хухл постучал негнущимся артритным пальцем по выступам на широкой костистой башке добычи. — Вот они, рога. Следовательно, самый настоящий осенник…

— Это конечно… — согласился Эри, осторожно раздвигая клинком старого ножа челюсти рыбины. Никакой, конечно, не осенник — обыкновенный лобач. Не дорос он до осенника. Рога, хм, вот в прошлом году ловили — рога с локоть длиной. Матерые шли. Особенно в омутах у Бродов. Впрочем, год на год не приходится. Хотя и эта добыча недурна. Пусть Хухл радуется. Он, хоть и самый грамотный человек в Приозерье, но на воде ничем не лучше мальчишки — крик, азарт, нетерпение. Вон, по уху веслом съездил и даже не заметил. Правильно говорят — старый что малый.

Старше Хухла в Озерной никого не было. Уже за пятьдесят старику. Беспалый Тер был на год старше, да умер позапрошлой зимой. Но Хухл, писарь замка, еще крепок умом и телом, бодр, и спешить к Верхним богам не собирался. Только вот руки у него…

Эри отобрал у наставника весло. Следовало торопиться — солнце уже показало оранжевую макушку из-за вершины Резаной горы.

Долбленка с усилием скользила по студеной воде — тяжесть оглушенного, но еще живого лобача сковывала узкий челн. Рыба иногда открывала ошеломленные сонные глаза — пыталась глянуть в прозрачную осеннюю воду.

Хухл уперся подошвой сапога в голову рыбы:

— Хвостом ударит, искупаемся.

Эри пожал плечами. Не пристало мужчинам беспокоиться о мелочах. Тем более, ничего не поделаешь — веслом добычу не добить, а топор из глупого суеверия и боязни утопить с собой не взяли.

Эри был взрослым и рассудительным мужчиной. Ему было семнадцать лет. Вот только вспоминать о собственном возрасте парню не хотелось. Потому что утекала жизнь Эри Уогана куда-то не туда. Вернее, не утекала, а тащилась как припозднившийся червяк по смерзшейся осенней листве.

Нет, первого снега еще не было. Пылали берега великого озера Спей яркими вспышками клeновой и осиновой листвы, радовали глаз желто-красной пестротой среди угрюмой стены елей и сосен. Скользили по ледяной воде солнечные лучи. Хороший день будет. Если северный ветер и сегодня не нагрянет.

Башня-дун [1] Озерной стояла на страже юго-восточного рубежа Белой короны. Дальше — к югу и к востоку, жизни не было. В смысле, диких дарков, медведей и лесных кошек — этого сколько угодно. Только сунься. Но соваться туда глупцов нет. Безлюдье там полное. Древняя дорога, когда-то уводившая к дикарскому Глорскому королевству, давно заброшена. Даже Хухл не помнил чтобы оттуда кто-то приходил. Как положено, раз в сезон лорд Уоган снаряжал дальнюю разведку. Воины и охотники уходили на два-три дня, ночевали под покровом леса, раскладывая магический треугольник костров-оберегов, отпугивающий коварных дарков. Опаснейший поход.

Эри угрюмо и энергично работал веслом. Хухл тоже молчал, словно понимая о чем думает юноша. Собственно, не мудрено и догадаться.

Страдал парень. Осенняя разведка вернулась дней десять назад. Эри опять не взяли. Вот по всем законам людским и божьим должны были взять, а не взяли. Эри даже дар речи потерял, когда лорд Уоган небрежно сказал, что Озерную как обычно охранять будут. Как обычно — это как раз Эри со старым Хухлом. Да сколько можно?! Видят боги — взрослый парень, давно законным воином стать должен и гейс [2] принять. Что там взрослый. Переросток. Иные в такие годы уже женятся.

Вот, рыбья шерсть, совсем худо. Эри угрюмо глянул на Бабьи скалы, что уже появились из-за мыса. Жениться… Какое тут, когда… А, ну разве это жизнь?!

Эри от рожденья был неудачником. Не везло в жизни, как ни крути. По закону клана — вторым человеком в Озерной должен быть. Это если учесть кровь да происхождение благородные. Только насмешка всё это. Была бы цела башня Делла… Но там одни развалины. Обгоревшие стропила в этом году селяне окончательно растащили. В камнях, наверняка, опять лисицы обжились. Надо бы соизволения у лорда Уогана испросить, и сходить зверье разогнать. Весной ходил, лето промелькнуло и оглянуться не успели. Лорд Уоган не слишком-то любит, когда Эри на пепелище ходит, но отпускает.

Почти не помнилась парню башня Делла. Смутное тепло, шкура медвежья, в которую пальцы запускать так приятно. Маму Эри немного помнил. Или казалось что помнил. Вот отец совсем из памяти стерся. И та ночь, когда башню сожгли, забылась. Вроде никогда и не было у белых скал Делла ничего, кроме груды закопченных камней, да костей, в изобилии подлыми лисами натасканных. И деревня лорда своего бывшего тоже забыла — им-то, деревенщине, разницы нет — что покойный лорд, что лорд из Озерной. Оба Уоганы. Выходит, одному септу преданность селянам и хранить. Деревенщина равнодушная.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.