Ветерок

Феррис Джошуа

Жанр: Современная проза  Проза  Рассказ    2015 год   Автор: Феррис Джошуа   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Когда ее муж вернулся домой, она была на бриге. Внизу, на своих крылечках, отдыхали соседи; довольные и веселые, они прощались с зимой громкими возгласами и взрывами смеха. Где-то раздавалось ритмичное шарканье метлы — сладостный, весенний городской звук.

— Я на бриге! — крикнула Сара и, стараясь не расплескать вино, выглянула через перила во двор. Бригом они называли свой шестифутовый бетонный балкончик.

Голоса детей звенели в прозрачном воздухе. И тут потянуло ветерком. Он протиснулся сквозь ветви деревьев, вывернув молодые листочки серебристым исподом вверх, и овеял ее, заставив поежиться. Боже мой, ветерок! — подумала она. Часто ли такое бывает? Наверно, раз десять за всю жизнь… и уже унесся дальше по кварталу, набирая скорость, а может, и просто стих. В любом случае, для нее он умер, оставив по себе чувство приподнятости и легкого испуга. Что, если она не сумеет взять все лучшее от остатка этого изумительного весеннего дня?

Она допила вино и пошла в комнату. Джей апатично перебирал почту.

— Привет, — сказал он.

— Чем ты хотел бы сегодня заняться? — спросила она.

— Я? — отозвался он, разглядывая что-то вроде предложения кредитной карты. — Не знаю. А ты?

— То есть ты сам ничего не хочешь?

— Готов поддержать тебя в любом начинании, — сказал он.

— Значит это я должна что-то предложить?

Он наконец поднял на нее глаза.

— Ты же попросила меня прийти домой, чтобы мы могли чем-нибудь заняться.

— Потому что я хочу чем-нибудь заняться.

— Я тоже хочу чем-нибудь заняться, — сказал он.

— Отлично, — сказала она. — Так давай займемся.

Давай, — согласился он. Потом добавил: — А чем ты хотела бы?

Она хотела бы отправиться на пикник в Центральный парк. Они запаслись сандвичами в ближайшем магазинчике и сели на поезд до Манхэттена. Там, на свежем воздухе, он развернул захваченное из дома клетчатое одеяло и расстелил его у дерева с такой кроной, что под ней легко уместилась бы вся их квартира. На мягком ветерке листья слабо подергивались, как минутные стрелки часов с севшей батарейкой. На ней было блестящее зеленое платье без рукавов и с тонким белым ремешком, выбранное за те несколько минут, что она дала ему на сборы. Его колени под прошлогодними шортами белели, как две луны. Съев сандвичи и запив их вином, они стали кидать фрисби и играли до тех пор, пока ее еще можно было смутно различить в сумерках. Перед уходом они забрели в густую рощицу и почти без звука облегчили друг друга за две минуты с алчностью, которая провела в спячке всю зиму и, как опасались оба, испустила дух в своей берлоге. Но все оказалось хорошо. Однако возвращаться домой было еще рано, и он предложил заглянуть в пивную под открытым небом, где они прошлым летом частенько сиживали с друзьями. Последовал обмен эсэмэсками и звонками, и вскоре друзья появились — Уэс с Рейчел, Молли со своей собачкой. Они пили и болтали до самого закрытия. Потом, когда шли к метро, Сара пробежалась по улице и обратно, напоследок упав к нему в объятия. Вечер, как и день, выдался теплый.

В поезде он сказал ей, что у них на сегодня билеты в кино, на продолжение сиквела блокбастера со знаменитым супергероем. Вчера он заглянул в интернет и обнаружил, что на IMAX уже все распродано. Его удивлению не было границ: за какой же срок в этом городе надо бронировать билеты и какую ловкость требуется проявить, чтобы заполучить их? Ему не удалось купить билеты даже на сеанс пораньше в обычный кинотеатр, что было бы предпочтительнее: неделя тянулась долго, он здорово вымотался, да и вообще, елки-палки, кому бы пришло в голову, что поход в кино надо планировать больше чем за день? Можно подумать, что это не кино, а…

Она протянула руку, чтобы остановить его.

— Джей, — сказала она, — извини меня, дорогой. Я не могу сегодня идти в кино.

— Почему?

— Это слишком предсказуемо, — объяснила она. — Разве тебе самому не надоело? Всю зиму мы только и делали, что ходили в кино.

— Но я же купил билеты. Я за них заплатил.

— Так сдадим, — сказала она. — Не могу я в кино.

— А раньше всегда говорила, что любишь.

— Это же просто фильм, а не уикенд в Париже, — сказала она. — Не могу я сегодня вечером сидеть в кино, Джей. Я там с ума сойду.

— Начало в одиннадцать. Тогда вечер уже практически кончится.

— Чей вечер кончится? — спросила она. — Чей именно вечер?

Он не понял.

— Чего ты так разволновалась?

Ее фокус сдвинулся, и она не ответила. Поезд и до этого еле тащился, а тут и вовсе замер. Почему? Они застыли без всякого движения в чреве подземки, тогда как те, у кого хватило ума не запирать себя в метро, наслаждались последними часом-двумя… да нет, уж точно не двумя — последним часом этого волшебного дня, его гаснущим светом и ласковым ветерком. А здесь, в нью-йоркском подбрюшье, с избытком имелись все обычные городские прелести: пробки, заторы, проволочки, растущие опасения, что ты никогда не доберешься до дразнящей, вечно недосягаемой цели. Хоть вскакивай, визжи и пинай эти чертовы двери! Зря они не ограничились более скромной программой: надо было пойти пешком по Бруклинскому мосту, а посередине сделать остановку, чтобы полюбоваться закатом.

Она встала.

— Сара? — сказал он.

Поезд тронулся — не настолько резко, чтобы она потеряла равновесие, но ей все-таки пришлось сесть. Она не ответила ему ни словом, ни взглядом.

Выйдя из-за столика, она отправилась в туалет рядом с пивной. Прошла под обвисшей гирляндой выцветших флажков у автостоянки, мимо мусорного бака, набитого сломанными бамбуковыми факелами. На беленую стену криво всползала груда пластиковых стульев, щедро припорошенная пылью. Открылись всего какую-нибудь неделю назад после долгой зимы, а грязи уже столько, будто за плечами целое изнурительное лето!

Несколько часов назад, на бриге, она пришла к выводу, что за все время, прожитое ею в городе, он еще ни разу не дарил своим обитателям такого славного, чудесного дня. Отзвенели колокола на далекой церкви. По ясному небу, как айсберг в спокойном море, проплыло одинокое облако. Она посмотрела вниз, на ближайшее к бригу дерево, и вгляделась в одну ветку, на конце которой темнела гроздь почек. Внутри них слепо дремала жизнь — и теперь, разбуженная теплом и светом, она пробилась наружу крошечными светлыми росточками. Даже сюда, в царство асфальта и ржавых железных решеток, вернулась весна! По ее спине пробежали мурашки, на глаза навернулись слезы. Небесная синь бередила душу. Да есть ли у нее душа? В такие мгновения — несомненно. А ветерок! Весь день она провела за столом, уткнувшись в экран, весь дневной свет пропал для нее втуне, а наспех проглоченный йогурт подтвердил, что все в порядке, — йогурт и энергетический напиток, да еще минута-другая, украденные на покупку туфель онлайн. И вдруг, нежданно-негаданно — это напоминание. Такое же восхитительное и неповторимое, как первый поцелуй. Жизнь-то у нее одна, другой не будет! Надо найти в себе силы на то, чтобы соответствовать этому дню, подумала она тогда на бриге, а сейчас, глядя на себя в зеркало над раковиной, изучая свои глаза, свои опухшие глаза в прожилках вен, с горечью осознала, что несколько раз ошиблась в выборе и потерпела крах.

Она вышла из туалета. Джей молча прихлебывал пиво в окружении более шумной публики. Поскольку они не предупредили друзей заранее, те не смогли выкроить время на встречу.

— Может, пойдем? — спросила она.

Он встал. Пока они ехали на такси к мосту, она клевала носом.

Как только они вышли из метро по лестнице, ей стало ясно, что время упущено. Так она и сказала. Пока они купят еду и вино для пикника, доберутся до парка и расположатся там, солнце уже сядет, и им придется есть в темноте.

— И что теперь? — спросил Джей.

— Давай перейдем улицу, — сказала она.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.