Влечение

Жисе Филип

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Влечение (Жисе Филип)

Глава 1

– Дзинь! – пропела чайная ложечка, столкнувшись со стенкой чашки.

Майкл улыбнулся и поместил ложечку между указательным и средним пальцем правой руки. Легкое движение пальцев – и еще один короткий звон наполнил пространство вокруг, замер на мгновение и растворился среди звуков вечернего Биллингса.

Майкл опустил ложечку в чашку с кофе и принялся помешивать сахар. Взгляд его перебегал с одного прохожего на другого, задерживался на машинах, ползущих по широкой улице рядом с пиццерией, где ужинал Майкл, и возвращался к бледно-коричневой жиже в чашке.

Майкл отложил ложечку в сторону, взял чашку и поднес ко рту, отхлебнул кофе, после чего вернул чашку на блюдце и отодвинул рукав пиджака, чтобы взглянуть на часы. Минуту-другую Майкл вертел рукой, любуясь, как заходящее солнце играет позолотой на циферблате совсем новеньких “булова”, затем надвинул рукав пиджака на часы и вернулся к чашке с кофе.

Легкая улыбка блуждала на волевом, красивом лице Майкла. Задумчивый взгляд карих глаз выхватывал части окружающего мира, нисколько не заботясь о целостности картинки. Эпизод здесь, эпизод там. Парочка влюбленных подростков в окне здесь, хвост полицейской машины там. Ничего целого, только отрывки, только мгновения, будто части большого пазла, разбросанные перед глазами.

Взгляд Майкла вернулся к парочке подростков. Что-то колыхнулось в груди, что-то далекое и близкое одновременно, когда он смотрел, как обтянутые в кожу подростки чередуют затяжки сигарет с поцелуями. Память, лицемерная подруга, подкинула воспоминание: руки сжимают в объятиях тело голубоглазой Кортни, рот девушки приоткрыт, озорные глаза что-то высматривают в его глазах, кончик языка гуляет по поверхности красивых, слегка полноватых, губ. Ах, как Майкл любил целовать эти губы! С какой страстью он впивался в губы Кортни и с каким пылом девушка отвечала ему. Их любовь была сильна, настолько сильна, что ничто, казалось, не способно было не то что разрушить ее, но даже пустить трещину в их идеальных отношениях, пожалуй, даже слишком идеальных, чтобы быть настоящими. Чай или кофе в постель, цветы и подарки каждую неделю, частые походы по ресторанам, кинотеатрам и клубам, – лишь бы Кортни было хорошо. Как же он любил эту маленькую чертовку! Роскошную, с густыми длинными волосами, грудью третьего размера и попкой, вызывающей у мужиков преждевременную эякуляцию одним лишь своим видом. Майкл готов был на руках носить Кортни, да и носил, и не только из ванной в кровать, влекомый безумным желанием продолжить прерванную любовную игру в более подходящем, а главное мягком и удобном для этого месте.

Майкл вспомнил, как последний раз носил Кортни на руках: они с Кортни стоят у выхода из бутика, одного из множества любимых Кортни, на улице ливень, машина припаркована на стоянке в сорока метрах от бутика и один зонтик на двоих. Майкл быстро нашелся, вручил Кортни зонтик со всеми кульками-покупками, после чего подхватил девушку на руки, только бы она не намочила свои чудесные туфельки, то ли от “версаче”, то ли от “гуччи”, и побежал со своей прекрасной ношей к машине. Краем глаза Майкл ловил на себе восхищенные взгляды окружающих, как правило, женщин. Вот они, наверное, завидовали Кортни, да и как тут не завидовать, дождь как из ведра, брюки, пиджак насквозь промокли, а вот ноша осталась почти суха, только туфельки от “версаче” или от “гуччи” слегка все же намокли. Провожая взглядами парочку, женщины, судя по их выражению лица, скорее всего думали о том, как этой красотке в туфельках от “версаче” или от “гуччи” повезло, ведь у нее парень настоящий мужчина, кавалер, рыцарь. Такой и в огонь и в воду за девушкой прыгнет.

И прыгнул бы, дурень, – Майкл хмыкнул и отпил из чашки.

Да, за Кортни он и вправду сиганул бы и в огонь, и в воду, и даже со скалы, если бы понадобилось. К счастью, не понадобилось. Спустя неделю после их потрясающей пробежки под дождем Кортни бросила Майкла, даже причину не соизволила объяснить. Тогда Майкл думал, что его жизнь кончена. Как он мучился, как страдал! И слезы лил, и о самоубийстве думал, прям как подросток после первой любви. Но давно уже не подросток. Тогда ему было двадцать восемь, сейчас двадцать девять, а через пару месяцев и все тридцать стукнет. Такой человек. Что тут поделаешь. Если влюбился, всегда как в первый раз.

Майкл вновь взялся за рукав пиджака.

– Двадцать пятое апреля, – пробормотал он, взглянув на циферблат. – Постой, именно двадцать пятого апреля мы с Кортни и порвали! Ровно год прошел. Надо же.

С тех пор о Кортни ни слуху, ни духу. Первое время Майкл звонил, приезжал домой к девушке, но таким поведением только отдалил ее, был тряпкой, унижался, и зачем?

Майкл осклабился, когда выцепил взглядом из толпы прохожих двух красоток-подружек, встретился с ними взглядом и подмигнул одной, конечно же самой красивой, блондинке в облегающей тело кожаной курточке, джинсах и в кроссовках.

Девушки улыбнулись, потупили глаза и прошли мимо. Майкл проводил их взглядом, оценил вид сзади и допил остывший кофе. Как же все-таки прекрасна может быть жизнь! Особенно тогда, когда тебе улыбнется такое прелестное создание, как красивая девушка. А тогда, тогда жизнь для Майкла казалась самым ужасным изобретением матушки природы. Он даже запил, благо друзья помогли выбраться из ямы, да и работа спасала. Не дала окончательно сломаться. Майкл с головой ушел в работу, лишь бы не вспоминать о Кортни, только бы не ощущать тот ад в груди, что обрушился на него после их расставания. И как все чудесно получилось. На работе его заметили, потуги оценили, по карьерной лестнице Майкл начал карабкаться с не меньшей скоростью, чем гризли по дереву. На прошлое рождество даже часы подарили, а через пару месяцев вручили и ключи от новенькой черной “ауди”, и теперь вот новый подарок – новое назначение, перевод в Монтану, в Биллингс. Теперь он заместитель управляющего местного подразделения банка «Голден», одного из самых крупных банков США, – в общем, большая шишка.

Майкл ослабил галстук на шее и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке.

– То ли жарко тут, то ли от кофе кровь горячее стала, а может это улыбки тех красоток так подействовали? Пожалуй, надо выйти на улицу, проветриться. – Майкл достал из внутреннего кармана пиджака кожаное портмоне и поискал глазами официанта. – Пора тебе, мой друг, обзавестись какой-нибудь милой, красивой девочкой. Год прошел, а ты все сам. Боль ушла, прошлое кануло в Лету, а природа требует своего.

К столику Майкла подошла официантка, невысокая худенькая девочка с брекетами на зубах.

Студентка подработать решила, – подумал Майкл, расплачиваясь по счету.

Чувствуя душевный подъем, Майкл оставил официантке щедрые чаевые. Девушка блеснула брекетами, поблагодарила и ушла. Майкл собрался было подняться из-за столика и двинуть к выходу из кафе, когда в кожаной сумке, примостившейся на стуле рядом, зазвонил мобильник.

Майкл достал из сумки “айфон” и взглянул на экран. Губы юноши растянулись в улыбке, когда он увидел, кто звонит.

– Мэтью, привет! – Майкл поднес мобильник к уху, оперся спиной о спинку стула и устремил взгляд в окно, туда, где на землю опустились сумерки и первые звезды украсили темный небосклон. – Я уж думал, ты забыл обо мне.

– Ха! – донесся из динамика довольный голос Мэтью. – Старик, как же про тебя забудешь, когда Нами стоит все время над ухом и трындит: позвони Майклу да позвони Майклу, узнай как он там на новом месте, не скучает ли по Денверу, нашел ли девушку…

Майкл улыбнулся, вспомнив Нами, жену Мэтью. Чудесная девушка, милая, нежная, заботливая. Словно родная мать переживала о нем в то далекое, темное время его жизни без Кортни. Может, Нами и не была красавицей, но душа у нее была золотая – и жизнью озаботится, и всегда накормит, когда в гости наведаешься, и даже спать уложит. Семейная такая. Может, из-за того, что японка? Кто знает. Скорее всего, что вот такой вот милый человек.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.