День «Б»

Бондаренко Вячеслав Васильевич

Серия: Военные приключения [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
День «Б» (Бондаренко Вячеслав)

Все описанные в романе события и персонажи, за исключением исторических, вымышлены, любые аналогии с ранее жившими или ныне живущими людьми, а также совпадения непреднамеренны и случайны.

Глава 1

Ранним утром 1 марта 1944 года у подъезда восьмиэтажного Бродвей-билдинг — неказистого с виду старого здания в центре Лондона — остановился длинный черный «Роллс-Ройс-Фантом». Появившийся из недр машины человек в штатском почтительно распахнул заднюю дверцу, и тучный, немолодой господин, одетый с безукоризненным, несколько старомодным вкусом, тяжело прошествовал к входу в здание. У господина было массивное, угрюмое лицо. Густые брови, казалось, нависали над невеселыми, умными глазами.

В пустынном холле Бродвей-билдинга пожилой господин долго дожидался старого, скрипучего лифта. Наконец лифтер распахнул перед ним дверцу и… замер с распахнутым ртом:

— Сэр?!!

— Ну, чего уставился? — недовольно буркнул гость, входя в кабину лифта. — Четвертый этаж.

— Слушаю, сэр, — еле выговорил лифтер, нажимая на кнопку и глядя на пожилого господина с обожанием.

Достигнув четвертого этажа, пожилой господин уверенно направился к одной из дверей, забранных матовым стеклом, и коротко постучал. Ему открыл хозяин кабинета — высокий, отлично сложенный 54-летний мужчина с бледным узким лицом. Светлые прозрачные глаза взглянули на гостя почтительно, хотя и не без легкой усмешки.

— Рад приветствовать вас, сэр, — произнес генерал-майор Стюарт Грэхэм Мензис, генеральный директор Сикрет Интеллидженс Сервис — Секретной Службы Его Величества, или МИ-6, как ее еще называли. — Благодарю за то, что откликнулись на мою просьбу и прибыли сюда.

— Если гора не идет к Магомету, Магомет сам отправляется в путь… Пожалуйста, Стюарт, распорядитесь насчет кофе, разговор, как я понимаю, предстоит долгий. — И премьер-министр Великобритании сэр Уинстон Леонард Спенсер Черчилль переступил порог главы кабинета английской внешней разведки.

Надежная звукоизоляция защищала стены старого Бродвей-билдинга от шума лондонских улиц. Черчилль, удобно расположившись в кресле, с удовольствием пробовал кофе, только что принесенный молчаливым слугой. Мензис молчал, ожидая, пока глава правительства начнет разговор.

— Отменный кофе, благодарю вас, Стюарт. Давно не пробовал такого.

— Не станет же сэр утверждать, что на Даунинг-стрит, 10, его поят бурдой? — с легкой улыбкой проговорил Мензис.

— Иногда до того заработаешься, что бурдой кажется даже лучший коньяк, если его пьешь на Даунинг-стрит, — буркнул Черчилль. — Подайте пепельницу. Черт возьми, как неудобно, когда приходится пользоваться чужой пепельницей, а не своей серебряной «пагодой»…

Спрятав улыбку, Мензис подал премьеру пепельницу. Оба были знакомы давно и держались без лишних церемоний.

Черчилль вынул из кармана костюма упакованную в латунный цилиндр сигару марки «Аромат Кубы» размера «Джульетта № 2», увлажнил конец сигары, проткнул специальной палочкой отверстие в ее кончике и продул сигару с противоположного конца. Забегал глазами по комнате. Знающий о привычках премьера Мензис взял с каминной полки свечу, зажег ее и подал Черчиллю. Ароматный дым медленно пополз по комнате.

— Итак, Стюарт, что же заставило вас просить о личной встрече здесь, у вас в кабинете?

— Есть информация, сэр. На мой взгляд — чрезвычайно интересная.

Окутанное сигарным дымом лицо Черчилля было бесстрастным, но глаза под густыми бровями оживились.

— Я слушаю.

— Вчера у нашего резидента в Берлине состоялся контакт с представителем белорусских коллаборационистов.

— Что за коллаборационисты? — равнодушно осведомился премьер-министр.

— До революции Белоруссия была частью России, — начал терпеливо объяснять Мензис. — Во время Великой войны была оккупирована Германией и в 1918 году провозгласила независимость как Белорусская Народная Республика. Но эта была чистая формальность, так как ни армии, ни финансовых ресурсов, ни четкой внешнеполитической линии, ни поддержки в собственном народе, ни сочувствия со стороны великих наций эта новообразованная страна не имела. Отстоять себя независимая Белоруссия не смогла, а потому быстро пала. Ее территория была разделена между Советским Союзом и Польшей. В составе СССР Белоруссия была формально независима, фактически же она была лишена возможности проводить собственную внешнюю и внутреннюю политику, во всем слепо подчинялась Москве. Это же касается и других республик в составе СССР.

— Вы намерены прочесть мне курс лекций по истории Востока? — хмыкнул Черчилль.

— Я веду речь о существенно важных вещах, сэр, — не смутился Мензис. — До 1939 года значительная часть Западной Белоруссии была в составе Польши, однако после начала военных действий на континенте Сталин присоединил эти земли к Восточной Белоруссии. После оккупации немцами Белоруссия вошла в состав рейхскомиссариата «Остланд», куда входят также бывшие прибалтийские страны. Ее официальное название — генеральный округ «Белоруссия», или, как говорят немцы, Вайсрутениен, — с трудом выговорил Мензис немецкое слово. — Большая часть населения края активно поддерживает Сталина, воюя в партизанских отрядах, или с нетерпением ждет его возвращения. Но в Белоруссии есть и другие. Те, кто ненавидит Сталина и его политику, кто воевал с красными еще после революции, кто до 1939 года жил в Польше и имел свой бизнес, кто держал в руках призрак власти в 1918-м и упустил его, кто…

— Понятно, — прервал шефа разведки Черчилль. — Они сотрудничают с немцами.

— Именно так, — кивнул Мензис. — Немцами было дано разрешение на создание подобия местного правительства — Белорусской Центральной рады, а также на создание местных вооруженных сил — Белорусской Краевой Обороны. Правда, ее формирование только началось, но, по оценкам наших экспертов, к маю в ряды БКО может быть призвано не меньше 30 тысяч местных жителей.

Премьер-министр со вкусом пыхнул сигарой и отхлебнул кофе.

— Чем скорее вы объясните мне, Стюарт, какое отношение все это имеет к интересам Британии, тем лучше.

Мензис спрятал улыбку.

— Слушаюсь, сэр… Так вот, один из представителей белорусских коллаборационистов, находившийся в командировке в Берлине, сообщил нашему агенту о том, что если Британия поможет Белоруссии стать независимой, то она получит надежного союзника на Востоке.

В кабинете наступило молчание. Слышалось только сипение сигары Черчилля.

— Провокация? — наконец отрывисто произнес премьер-министр.

Мензис помотал головой:

— Исключена. Его проверили. Кроме того, он дал нам контакт в Минске на случай, если мы согласимся…

— Вот оно даже как? — удивился премьер-министр.

— Они нуждаются в нас, а не мы в них, — с тонкой улыбкой произнес Мензис.

Снова повисла долгая пауза.

— Хм, — наконец проговорил Черчилль. — Звучит заманчиво, черт возьми… Но… вы же говорили, что все эти коллаборанты преданы немцам и воюют на стороне Германии?

— Я этого не сказал, — улыбнулся Мензис. — Я сказал лишь, что немцы, заигрывая с покоренным народом, позволили ему создать свое правительство и вооруженные силы. Но говорить о том, что эти силы преданы немцам и будут воевать на их стороне, было бы неверно. Белорусы — народ себе на уме, вечное положение между молотом и наковальней, между Западом и Востоком приучило их к скрытности, хитрости и гибкости. Думаю, что они с большим удовольствием повернули бы данное немцами оружие против самих же немцев, а также против Советов. И были бы очень рады провозглашению независимой Белоруссии.

— Тридцать тысяч штыков… Две дивизии, — задумчиво проговорил Черчилль. — Вы говорите, к маю эта, как ее там, Оборона будет иметь тридцать тысяч штыков?

— Да, сэр.

— А когда, согласно расчетам наших аналитиков, русские освободят Белоруссию от немцев?

— В самом худшем случае это случится в начале августа этого года, — уверенно ответил Мензис.

Алфавит

Похожие книги

Военные приключения

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.