Тайное оружие фюрера

Зеленский Александр Григорьевич

Серия: Военные приключения [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Тайное оружие фюрера (Зеленский Александр)

Адрес этого пивного ресторанчика, находившегося в Мюнхене, был указан в списке Сергеева одним из первых. Потому-то Владимир Рыбин и решил начать прояснять причины гибели друга именно отсюда.

— Пиво, сосиски с капустой? — дежурно улыбнулась барменша необъятных размеров, обращаясь к редкому утреннему посетителю на немецком языке.

— То и другое, да побольше! — ответил Рыбин, стараясь не коверкать слова, но немецкий он знал куда хуже английского. — И еще. Мне нужен герр Штанхель. Могу я его видеть?

— Без проблем, — колыхнула жирным бюстом барменша и что-то гнусаво крикнула в сторону закрытой двери, ведущей в служебные помещения, причем из слов, произнесенных ею на этот раз, Рыбин с трудом разобрал только «доннер веттер», что в переводе на русский означало «гром и молния» и, как видно, носило местную идиоматическую окраску.

Усаживаясь за столик у окна, Рыбин думал о том, что когда-то в одной из таких пивнушек скромный немецкий ефрейтор и его товарищи по национал-социалистической рабочей партии готовили свой страшный «пивной путч», отрыгнувшийся человечеству миллионами жертв во Второй мировой войне…

Через минуту к столику, который занял Рыбин, приблизился толстый человек с глубокой залысиной на голове и маленькими, близко посаженными поросячьими глазками, утонувшими под сенью мохнатых бровей, витиевато спускавшихся вниз. В руках он держал поднос с двумя огромными кружками пива и большущим блюдом с двойной порцией баварских сосисок и целой копной тушеной капусты.

— Вы спрашивали герра Штанхеля? Это я. Чем могу служить? — прежде чем переставить на столик содержимое подноса, сообщил толстяк.

— Вы говорите по-русски? — спросил его Рыбин. — Я от господина Сергеева. Он должен был оставить у вас кое-какие свои записки… Они сохранились?

Рыбин заметил, что после этих слов у владельца ресторанчика почему-то затряслись руки. Кое-как расставив кружки и блюдо на столе, он быстро заговорил уже по-русски:

— Мне радость приветствовать друг господин Сергеев в моем скромном заведений! Для друг господин Сергеев у нас все бесплатно… Все за счет заведений! Прошу несколько ждать… Айн момент! Я принесу то, что вам нужен…

Рыбин проследил взглядом за быстрыми шагами хозяина ресторана, временами переходящими в бег, при этом он кому-то лихорадочно названивал по сотовому. Все это было настолько подозрительно, что даже человек менее опытный в делах разведки, чем Рыбин, который четверть века оттрубил в Главном разведывательном управлении Генштаба Министерства обороны и уволился в запас в звании полковника, сразу бы заподозрил что-то неладное. Насторожился и Рыбин. Быстро, но аккуратно завернув сосиски в салфетку, он сунул их в карман и, не притронувшись к пиву, быстро покинул опасное место.

Правда, ушел он не слишком далеко, остановившись за углом здания, находившегося напротив пивного ресторана с вывеской, на которой изображалась туша клыкастого кабана на вертеле.

Наблюдая за входом в пивное заведение, Рыбин неторопливо жевал сосиски и думал о том, кому столь поспешно мог звонить жирный ресторатор? Ответ на этот вопрос Владимир получил ровно через пять минут, когда под ресторанной вывеской тормознул черный «мерседес» и из его чрева вылезли два бритоголовых бугая в кожаных безрукавках, надетых прямо на голое тело. Тут же на улицу выскочил запыхавшийся герр Штанхель и, заламывая руки, словно истеричная дамочка, принялся в чем-то оправдываться перед бугаями, но те и слушать его не стали. Один из них нанес короткий и резкий удар толстяку в живот, отчего тот перегнулся пополам (Рыбин, имевший разряд кандидата в мастера спорта по боксу, сразу оценил его как хук правой). Второй вульгарным толчком ноги пониже спины окончательно сбил ресторатора с ног, после чего немного попинал его носком ботинка в лицо. При этом на физиономиях нападавших не отразилось никаких чувств, будто они были и не людьми вовсе, а биороботами, запрограммированными на зло.

Наблюдать дальнейшую экзекуцию не имело смысла, поэтому Рыбин постарался поскорее исчезнуть из этого района города, и в этом ему помог «форд», который он арендовал заблаговременно, находясь в Москве.

Неторопливо колеся по улицам Мюнхена, Рыбин вспоминал то, что произошло до его визита в Баварию, самое начало всей этой истории, которая все больше и больше захватывала его своими непредсказуемыми поворотами сюжета…

Около месяца назад он провожал в очередную зарубежную командировку своего большого друга и учителя в области литературного творчества — известного писателя Юлиана Сергеева.

— Ты что-нибудь слышал о немецком городке Ордруф? — спросил Сергеев, перед тем как выбраться из малиновой «десятки» Рыбина в международном аэропорту «Шереметьево-2». — Нет? Значит, скоро услышишь… Я должен поставить точку в важном расследовании по одному очень серьезному материалу, который ляжет в основу моего нового романа. И тогда… Поверь чутью старого газетного волка — грядет сенсация! Это будет почище всех моих «Нескольких мгновений» и «Версий»…

И это были последние слова, которые услышал от Сергеева Рыбин. Через полторы недели пришло известие о скоропостижной кончине писателя…

«Ордруф… — размышлял Рыбин, выезжая из города на автобан, ведущий в сторону австрийской границы. — Интересно, почему Юлиан оставил некоторые из своих материалов именно в Мюнхене? Ордруф находится в Тюрингии, неподалеку от Веймара, а это в другой стороне. Хотя в списке Сергеева указаны и совсем уж далекие от Тюрингии места, такие как Зальцбург, Вена, австрийские Альпы, курорты Швейцарии… И что такого особенного он мог разыскивать в тех местах? Но все эти адреса имеются в списке…»

«Список Сергеева» Рыбин получил через полторы недели после известия о кончине Юлиана, и находился он в письме, которое пришло на домашний адрес Владимира. Потому-то и назвал его Рыбин «посланием с того света».

В том послании Сергеев вводил своего «зама по творческим вопросам» в суть дела, которым он занимался в последнее время. Но вся эта информация была достаточно иносказательна, зашифрована, и ключ к этому шифру предстояло подобрать Рыбину в ходе собственного расследования обстоятельств смерти Юлиана. А в последней фразе письма таилось прямое предупреждение: «Только осторожность помогла выжить Одиссею в его скитаниях!» Так там было написано. Поначалу Рыбин не придал особого значения этим словам, но теперь, после мюнхенской пивнушки, он стал осмотрительнее.

Сейчас путь его лежал в столицу Австрии Вену. Там должна была состояться важная встреча с зарубежным издателем книг Сергеева. Не исключено, что тот пожелает профинансировать и издание книги, в которой будет рассказано о последнем расследовании известного русского писателя, стоившем, судя по всему, ему жизни.

* * *

Понятие «гражданка» снова вернулось к полковнику Рыбину месяцев пять-шесть назад. Ему все еще часто вспоминались «пышные проводы из армии», организованные его начальством и сослуживцами по ГРУ. Тогда ему подарили СВЧ-печь и пожелали: «Не бояться гражданской жизни, а постараться поскорее найти свое место в ней». Что Владимир и сделал, «погрузившись по самую макушку в литературное творчество». Честно говоря, ему давно хотелось заняться сочинительством на досуге, да вот только этого самого досуга у военного разведчика было маловато. А еще он увлекался военной историей, выписывая и читая издания, представленные в каталогах по интересующей его теме. И вот теперь Рыбин был настолько свободен от служебных забот и обязанностей, что мог позволить себе «сочетать полезное с приятным», как сам заявил об этом жене Марине, с которой прожил добрых пятнадцать лет.

Сочинить авантюрный роман на тему из русской военной истории двенадцатого столетия Рыбина надоумил его близкий друг Виктор Колесов, профессионально занимавшийся архивным делом и проработавший много лет в журнале «Советские архивы». Он-то и посоветовал «копнуть времена междоусобиц, порожденных борьбой за Великое Киевское княжение, когда схлестнулись между собой княжеские кланы Мономашичей и Ольговичей».

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.