Сила, слабость и неразумие

Шеллер-Михайлов Александр Константинович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Въ одномъ город жила барыня. Звали ее Татьяной Даниловной Слпневой. Городишка былъ бдный, маленькій, съ конца въ конецъ рукой подать, а барыня была богатая, важная. Веселыхъ, каменныхъ домовъ, что мечутся въ глаза своимъ просторомъ, большими окнами и яркими красками, встрчалось въ городишк немного, и то на одной главной Дворянской улиц, гд по сторонамъ дорожки для пшеходовъ были выложены изъ кирпичей. Тянулись въ немъ безконечные заборы, мстами коломъ подпертые, мстами совсмъ развалившіеся, и торчали между ними, согнувшись на бокъ, словно пришибленныя, срыя деревянныя лачуги, въ которыхъ и собак жить было бы не особеннымъ счастіемъ. Перебивались въ этихъ лачугахъ со дня на день, едва сводя концы съ концами, жалкіе, безграмотные мщане и обтерханные, изморившіеся чиновники, высматривавшіе, не идетъ ли кто изъ мщанъ по длу въ присутственное мсто, не несетъ ли имъ завалившагося рубля ребятишкамъ на молочишко. Только этими рублями они и жили… Изрдка назжали въ городъ помщики изъ ближнихъ деревень съ тяжелыми длами, только какъ они понадутъ, тогда въ город и праздникъ: и у мщанъ работа, и у чиновниковъ прибыль и — что грха таить — въ кабак больше косушекъ выходитъ. Въ другіе же дни съ утра до вечера, бывало, тишина стоитъ въ город, не кипитъ въ немъ бойкая жизнь со своими ловкими шугаями, трудовымъ шумомъ и большими ожиданіями, не снуютъ люди съ веселыми лицами и зоркими глазами въ надежд что-нибудь продать или купить и зашибить крупную прибыль; вс, точно мухи въ осеннее время, когда на нихъ холодомъ пахнетъ, едва ползаютъ и, глядя на ихъ вялую поступь, кажется, видишь, какъ не трудъ долголтній, не страсти кипучія, а одна нужда-горе налегла на ихъ плечи тяжелою ношею, спутала ихъ ноги и руки сильныя и такъ ихъ умаяла, что хоть въ могилу лечь, такъ и то было бы для нихъ благомъ. Вечеръ настанетъ, еще тише сдлается на улицахъ, не гремятъ колеса, не дутъ знакомые другъ къ другу о длахъ общихъ потолковать, посудить о томъ, что на свт длается, и ршить: такъ ли оно длается? не нужно ли какихъ перемнъ?… Ничего этого нтъ въ город; радъ каждый, что въ неб стемнло, что уснуть можно и хоть нсколько часовъ не видать лохмотьевъ и заплатъ своей бдности. Беззвучно идетъ ночь, только иногда гд-нибудь собака завоетъ съ голода, а, можетъ-быть, и передъ покойникомъ, — кто ее знаетъ! А кругомъ города тянутся поля кочковатыя, безплодныя, мняясь: съ топкими болотами, въ сторон лсъ неприглядный виднется съ кривыми березами, съ приземистыми елками и чернется избитая дорога. Не много считалось счастливыхъ людей въ город, которымъ удалось прокатиться по ней до другихъ большихъ городовъ, посмотрть на другую жизнь; иные и представить-то себ не могли, что такіе же точно люди, какъ и они сами, умли устроить для себя другую жизнь… Говорится, что на безлюдьи и ома дворянинъ, — такимъ-то дворяниномъ была и барыня. И въ церкви она милостыню нищимъ подаетъ, и духовенство въ праздникъ молебенъ отслужить пригласитъ, и чиновникамъ какую-нибудь бумагу настрочить прикажетъ, и когда кто-нибудь захвораетъ, да лкаря не можетъ позвать, то и идетъ къ барын; у нея тамъ лкарства разныя, нальетъ она чего-то пять-шесть капель въ пузырекъ съ водою, — ну, бдному человку и полегчаетъ. Вотъ за нее весь городъ и молятся, въ церкви ей первое мсто, посл обдни ей первой несётъ священникъ просфору; детъ она по улиц — ей вс въ поясъ кланяются; даже мимо ея окошекъ идутъ, такъ шапки снимаютъ. Ей и хорошо, и весело и, кажется, калачомъ бы ее не выманить въ богатый и большой городъ изъ этого бднаго городишка, на который свжему человку со стороны смотрть было бы тошно, потому что хоть чужое горе и не свое, а все-таки какой ни на-есть человкъ счастливый, но если онъ ничего вокругъ себя не видитъ, кром горя, да горя, такъ и у него сердце сожмется и, кажется, бжалъ бы онъ безъ оглядки, долго бжалъ бы, только бы встртить веселое лицо и услышать звонкій смхъ беззаботнаго счастья. Ну, а барыня привыкла, присмотрлась къ этому городишку, полюбила его, не скучала. И то сказать: скучать-то ей было некогда. Такимъ, какъ она, добродтельнымъ людямъ и то скуку разгоняетъ и великую радость приноситъ, что они благодтельствовать могутъ, а у нея, кром того, и своихъ заботъ было много.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.