Подвиг адмирала Невельского

Винокуров Изидор Григорьевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Подвиг адмирала Невельского (Винокуров Изидор)
ofИ. Вин
mr*

ОКУРОВ

ЛОРИ ч

од в и г

АДМ И РАЛА

jr:

ЕВЕАЬСКОГО
Государственное Издательство Детской Литературы Министерства Просвещения РСФСР Москва 1959.-

Эта книга рассказывает о замечательном русском моряке Г 11 Невельском, который много лет своей жизни посвятил исследованию и изучению Дальнего Востока. Адмирал Невельской открыв узкий пролив между материком и Сахалином, опроверг утверждения географов, что Сахалин — полуостров. Он также доказал, что устье Амура доступно для морских судов, и сделал ряд других важных географических открытии

Об исследованиях Г. И Невельского, о большом подвиге русского адмирала узнают читатели из этой книги.

РОЖДЕНИЕ МЕЧТЫ

В лесной глуши Солигаличского уезда, в стороне от почтовою тракта, идущего в Чухлому, на пригорке над безыменным ручейком стоял старый барский дом. Он точно врос в землю, крыльцо его покосилось, крыша от времени прогнулась. Забор, некогда окружавший дом, повалился во многих местах, и пасшийся без присмотра скот свободно разгуливал по двору, пока кто-нибудь из слуг или хозяев не прогонял его прочь, вооружившись хворостиной.

К дому примыкали подсобные службы- закопченная, с подслеповатым оконцем баня, сарай, именуемый «каретным», где стоял тяжелый, скрипучий тарантас дедовских времен, на толстых, окованных железом колесах; тут же была конюшня, где в самые лучшие времена находилась только пара лошадей, на которых и пахали и за дровами ездили, а в праздничные дни, впрягая их в тарантас, всей семьей следовали за несколько верст, в село Богородское, слушать церковную службу.

А за домом тянулись угодья: запущенный сад, огород да разбросанные узкие клинья и полоски пахотной

земли, напоминавшие собой расстеленный, весь в заплатах крестьянский армяк.

Такова была усадьба Дракино. Всё в ней — и дом, и службы, и угодья — явно свидетельствовало о скромных достатках ее владельца.

В дубовом ларце хозяина усадьбы хранилась грамота царя Алексея Михайловича, в которой говорилось, что, усадьба эта была пожалована Григорию, сыну Ивана Невельского, за то, что он на охоте принял на себя яростную злобу подраненного царем медведя. В том же ларце сберегалась и грамота Екатерины II о возведении в дворянское достоинство Преображенского полка прапорщика в отставке — Алексея Васильевича Невельского, бывшего рядового того же полка. Этой милости — дворянского звания и офицерского чина — он удостоился при увольнении в отставку за тяжелые ранения и отвагу, проявленную во многих сражениях. И, наконец, в ларце бережно хранилась ведомость об учиненном 24 декабря 1 1808 года разделе имущества между детьми покойного прапорщика.

По этому разделу, с доброго согласия капитана Таганрогского полка Павла Алексеевича Невельского и Российского флота капитан-лейтенанта Петра Алексеевича Невельского, усадьба Дракино — старый дом, скотный двор, службы и угодья — перешла в собственность младшего брата, Ивана Алексеевича Невельского, Российского фчота лейтенанта в отставке.

Вступив в права наследства, болезненный Иван Алексеевич мало интересовался состоянием хозяйства. Все свое время отставной моряк уделял подбору книг о морских вояжах и сражениях, либо предавался воспоминаниям о своих плаваниях в Балтийском море и службе в Роченсальском порту, на острове Котка, у северных берегов Финского залива.

Хозяйственные заботы и думы о благополучии усадьбы стали обязанностью жены Ивана Алексеевича, добронравной, но малодеятельной Феодосии Тимофеевны.

Густые, непроходимые леса отделяли Дракино от внешнего мира. Огромные сосны, увешанные седыми 1

космами мха, раскидистые ели и увенчанные пышными кронами березы глухо шумели, раскачиваясь от ветра. Под этот шум вековых деревьев, подобный отдаленному рокоту моря, мирно п тихо текла жизнь в усадьбе.

Двадцать третьего ноября2 1813 года скучную и однообразную жизнь обитателей старого дома нарушило рождение сына Геннадия. На крестины съехались соседи из окрестных поместий, прибыл из Богородского священник со своим причтом. В суете и хлопотах пролетело несколько дней. Затем гости разъехались, и жизнь в Дракине снова пошла обычным порядком.

Спустя год так же отпраздновали рождение второго сына, Алексея. Но подобные многолюдные сборища настолько нарушали привычный, размеренный ход жизни семейства и так утомляли Ивана Алексеевича и его супругу Феодосию Тимофеевну, что появление на свет дочерей Марин, Ольги и Раисы они уж не отмечали столь празднично и ограничивались только вызовом священника. ..

... Этот край Солигаличского уезда, лежащий в северо-западной части Костромской губернии, звался в народе «бабьей стороной». Пахотной земли здесь было мало, и помещики отсылали своих крестьян в города, на отхожие промыслы. В поле, на сенокосе, в лесу трудились одни женщины, старые и молодые, истощенные и больные. И здесь, раньше чем где бы то ни было, впрягапась в тяжкий крестьянский труд, помогала своим матерям деревенская детвора.

Геннадий рос вольно. Он часто убегал к деревенским ребятам и проводил с ними целые дни. И никто бы не сказал, увидев в гурьбе босоногой детворы коренастого мальчишку с большим лбом, с оспинками на лице, с исцарапанными руками и ногами, что это сын дворянина, владельца усадьбы Дракино.

Но пришчо время обучать ребенка грамоте. Дьячок из той же богородской церквушки преподал Геннадию начатки грамоты. Однако запас знаний у дьячка был

настолько невелик, что вскоре ученик обогнал своего учителя. Где же было найти в такой глуши другого, более сведущего? Пришлось самому Ивану Алексеевичу обратиться к своей памяти и начать делиться с сыном теми знаниями, что он приобрел, будучи кадетом Морского корпуса.

Занятия Ивана Алексеевича с сыном носили, однако, весьма своеобразный характер О чем бы ни говорил отец сыну, рассказ его, незаметно для него самого, уклонялся в сторону от начального предмета и переходил в область воспоминаний о том или ином представителе рода Невельских.

Маленький Геннадий очень любил такие занятия. Правда, история прапрадеда, Григория Ивановича, выручившего царя на охоте, не очень его занимала. Облик предка терялся в далеком прошлом. Геннадия больше увлекала история морских сражений, в которых моряки Невельские совершили немало славных подвигов.

Служба в морском флоте была семейной традицией в роду Невельских. Учреждая ЛАорскую академию, Петр I повелел назначать в нее новгородцев, псковичей, ярославчан и костромичей, «яко живущих при водяных сообщениях». С той поры много представителей дворянских родов из этих краев можно было встретить среди воспитанников флота, у которых отцы и деды также были моряками.

Одним из первых Невельских, связавших свою жизнь с флотом, был обер-сарваерской конторы галерный подмастерье Невельской. За то, что он построил н спустил на воду пять галер отличного хода, он был удостоен милости ее императорского величества Екатерины I и «презентован» семью аршинами василькового сукна.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.