О верном способе иметь в России довольно учителей

Карамзин Николай Михайлович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
О верном способе иметь в России довольно учителей (Карамзин Николай)

Есть два рода людей, у насъ и везд: одни врятъ сил и легкимъ успхамъ добра, радуются намреніемъ его какъ дломъ, и – мимо всхъ возможныхъ или необходимыхъ препятствій – летятъ мыслію Къ щастливому исполненію плана; другіе трясутъ головою при всякой новой иде человколюбія тотчасъ находятъ невозможности, съ удивительною методою раздляютъ ихъ на классы и статьи, улыбаются и заключаютъ обыкновеннымъ припвомъ лниваго ума: какъ ни мудри, а все будетъ по старому! Въ доказательство нашего безпристрастія согласимся, что первые не рдко обманываются; согласимся даже, что вторые чаще бываютъ правы: но скажемъ и то, что люди не успли бы ни въ чемъ хорошемъ и благородномъ, естьли бы вс имли такой образъ мыслей; смлые законодатели, творцы государственнаго блага, не сіяли бы тогда въ Исторіи, и мы не научились бы судить о великихъ людяхъ по трудностямъ, которыя они преодолваютъ.

Такимъ образомъ и сей новый уставъ просвщенія, которымъ утшаются добрые Патріоты, можетъ иному флегматическому скептику представить великія трудности въ своемъ исполненіи. На примръ, онъ скажетъ:,гд Россія будетъ находить столько учителей сколько ихъ нужно для уздныхъ и Губернскихъ школъ по новому образованію? кмъ наполнятся Педагогическіе Институты? можно ли надяться на довольное число охотниковъ?» Отвчаемъ ему:

Вс знаютъ, что при Московскомъ Университет всегда воспитывалось нсколько молодыхъ людей на казенномъ содержаніи; но не всмъ, можетъ быть, извстна великая польза сего учрежденія. Ему обязаны мы тмъ, что ученое состояніе (не смотря на малыя свои донын выгоды и весьма ограниченный кругъ дйствія) не погасло въ Россіи; что Университетъ нашъ, славясь иногда чужестранными Профессорами, всегда славился и Рускими, которые, преподавая Науки, въ то же время образовали и языкъ отечественной. Другіе учились временно, мимоходомъ, и рдко доучивались; но изъ питомцевъ Монаршей благодтельности выходили хорошіе Студенты, Бакалавры, Магистеры, Профессоры. Обязанные моральнымъ бытіемъ своимъ Университету, привыкнувъ къ мсту, къ людямъ, къ жизни посвященной Наукамъ, они не обольщались выгодами другихъ состояній, оставались въ ученомъ, и съ удовольствіемъ брали на себя должность наставниковъ юношества. – Когда же мудрое наше Правительство новыми благодяніями оживитъ сей Институтъ, то Россія будетъ имть столько ученыхъ людей, столько Педагоговъ, сколько ей надобно. Правда, что мы и не знаемъ другаго надежнаго способа имть ихъ; но довольно и одного врнаго.

Число желающихъ пользоваться симъ благодтельнымъ учрежденіемъ было всегда такъ велико, что Университетъ не могъ принимать изъ нихъ ни третьей части, думаю, въ опредленный закономъ комплектъ. Нын, при новыхъ выгодахъ ученаго званія, сколько бдныхъ молодыхъ людей захотятъ итти симъ путемъ! сколько небогатыхъ родителей благословятъ Небо и Монарха, отдавая дтей въ такое мсто, гд они будутъ хорошо содержаны, морально образованы, просвщены, и черезъ нсколько лтъ найдутъ средство служитъ отечеству въ званіи толъ полезномъ! Жалованье учителя городской школы есть уже избытокъ человка, воспитаннаго въ незнаніи прихотей. Онъ же можетъ имть и посторонніе честные доходы: благодарные родители учениковъ его, купцы, дворяне, безъ сомннія будутъ на дл изъявлять ему свою признательность. Сверхъ того онъ иметъ въ виду временныя награжденія за особенное усердіе и способность въ отправленіи его должности, и наконецъ всегдашнюю пенсію, какое щастіе для человка, который родился въ бдности и могъ быть тягостію для злополучнаго отца, естьли бы благодтельное Правительство не взяло на себя его воспитанія! – Замтимъ еще выгоду Педагогическаго состоянія. Народный учитель есть, конечно, какъ говорится, не знатной, не великой господинъ; но малочиновность бываетъ оскорбительна для самолюбія только въ гражданской дятельности и въ частыхъ сношеніяхъ съ людьми. Учитель по должности своей удаленъ отъ свтскаго вихря: онъ есть глава въ кругу своемъ, не иметъ нужды въ другихъ, а другіе имютъ въ немъ нужду (отцы и родственники учениковъ), и можетъ скоре возгордиться, нежели унизиться въ своихъ чувствахъ. Сіе замчаніе такъ справедливо, что во многихъ Европейскихъ земляхъ гордость школьнаго мастера вошла въ пословицу.

Бдность есть съ одной стороны нещастье гражданскихъ обществъ, а съ другой причина добра: она заставляетъ людей быть полезными, и, такъ сказать, отдаетъ ихъ въ расположеніе Правительства; бдные готовы служить во всхъ званіяхъ, чтобы только избжать жестокой нищеты. Россія на первой случай можетъ единственно отъ нижнихъ классовъ гражданства ожидать ученыхъ, особливо Педагоговъ. Дворяне хотятъ чиновъ, купцы богатства черезъ торговлю; они безъ сомннія будутъ учиться, но только для выгодъ своего особеннаго состоянія, а не для успховъ самой Науки – не для того, чтобы хранить и передавать ея сокровища другимъ. Слава Богу! нигд уже благородные не думаютъ, что пыльной генеалогической свитокъ есть право бытъ невждою и занимать важнйшія мста въ государственномъ порядк; но естьли и въ другихъ земляхъ Европы, гораздо опытнйшихъ и старйшихъ въ гражданскомъ образованіи, ученый дворянинъ есть нкоторая рдкость, то можемъ ли въ Россіи ждать благородныхъ на Профессорскую каедру? Хотя – признаюсь – я душевно бы обрадовался первому феномену въ семъ род. Что въ самомъ дл священне храма Наукъ, сего единственнаго мста, гд человкъ можетъ гордиться саномъ своимъ въ мір, среди богатствъ разума и великихъ идей? Воинъ и судья необходимы въ гражданскомъ обществ; но сія необходимость горестна для человка. Успхи просвщенія должны боле и боле удалять государства отъ кровопролитія, а людей отъ раздоровъ и преступленій: какъ же благородно ученое состояніе, котораго дло есть возвышать насъ умственно, морально, и приближать щастливую эпоху порядка, мира, благоденствія!.. Но я долженъ извиниться передъ читателями: такія мысли далеки отъ обыкновенныхъ побудительныхъ причинъ гражданской дятельности.

Говоря о ближайшемъ и настоящемъ, скажемъ, что естьли въ Москв и въ каждомъ ученомъ округ Россіи будетъ отъ трехъ до пяти сотъ воспитанниковъ на казенномъ или общественномъ содержаніи, то черезъ 10 или 15 лтъ Университетскимъ Правленіямъ останется только выбирать достойнйшихъ изъ нихъ до званія учителей. Патріотическая ревность нашего дворянства и купечества можетъ въ семъ случа обнаружиться съ блескомъ и существенною пользою, чтобы не отяготить казны издержками. Благодяніе есть потребность нжной души: чмъ предметъ его врне и спасительне, тмъ оно должно быть усердне. Человколюбивыя намренія Монарха явно дйствуютъ нын на умы и сердца: везд обнаруживается какая-то Филантропія; везд хотятъ общеполезныхъ учрежденій и выдумываютъ планы. Трудъ напрасный!. Оставимъ Правительству учреждать и заводить: удовольствуемся честію и славою способствовать ему въ его святыхъ намреніяхъ. Зная главную потребность Россіи, Оно всего боле желаетъ озарить умы наши свтомъ ученія: когда сей великій планъ его исполнится, тогда будемъ щастливе и въ собственныхъ изобртеніяхъ ума и въ собственныхъ выдумкахъ для блага людей. Уже Патріотизмъ готовъ дерзну сказать, удивить Россію своими щедрыми дарами въ пользу Университетовъ; но скромность не дозволяетъ намъ еще произнести имени. Исторія нашего отечества доказываетъ, что многіе Рускіе имли славу быть первыми въ блестящихъ длахъ добра, но никогда не оставались безъ подражателей: наше время безъ сомннія не представитъ изключенія. Естьли мы, усердно прославляя знаменитыхъ благотворителей Россійской учености, не имемъ способовъ равняться, въ щедрости съ ними, то все еще можемъ смло итти къ жертвеннику отечества и съ малйшимъ даромъ. Пусть богатой человкъ достойно славится тмъ, что его благотворительность воспитываетъ десять или двадцать молодыхъ людей при Университет: другой не мене его можетъ радоваться мыслію, что, удляя нчто отъ плодовъ своего трудолюбія, дастъ хотя одному сыну бднаго мщанина средство учиться и быть полезнымъ гражданиномъ. Благодяніе такого роду безконечно, и слдствія его переживутъ нашихъ внуковъ: ибо всякой образованный умъ, дйствуя на современниковъ, дйствуетъ и на потомство, которое не особеннымъ откровеніемъ, а нашими мыслями и свдніями должно просвтиться.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.