Пряди о Боре Законнике

Меньшов Александр

Серия: Аллоды [3]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Пряди о Боре Законнике (Меньшов Александр)

Часть 1. Когда гибберлингам снится рыба…

1

«Повелел нам Старейшина Фродди Непоседа записать для потомков сей труд. Со смешанным чувством мы взялись за это дело… Воитель, прозываемый в нашем народе Бором Законником, а среди благородных эльфов Серебряным, совершил немалое число доблестных подвигов. В своём священном исступлении, людьми называемом «сверр», сей муж уподоблялся неуязвимому зверю… и в неистовстве кидался на врагов, вдохновлённый своими богами. Был он человеком не из покладистых, весьма крепкий телом и сильный. Свой тяжёлый нрав <дальше затёрлось>… Владел и мечом, и луком. И охотником он был отменным. К его совету прислушивались… и немало гибберлингов ходило к нему за тем… никому не отказывал, такой был муж… И мы расскажем лишь несколько историй о нём».

Из «Прядей о Боре Законнике».

До чего бывает порой пронзительным ветер! Вот уж у кого неистовый нрав, так это у него. Впору его прозывать «сверром», а не меня…

Тоскливый сегодня денёк. Ох, и тоскливый… В последнее время всё видится в тёмных красках. А ещё это странное ощущение какой-то… обречённости… неотвратимости… неизбежности…

Я долго-долго всматривался в джунский кристалл, переливающийся янтарными сполохами.

Вот один из тех «шажков», о которых рассказывал Бернар. Сделаю его, и судьба вновь перевернётся…

Она, конечно, итак претерпела немало изменений. Видно, кто-то из богов решил сыграть по-иному… А, может, это всё результат того самого закона воздаяния, о котором когда-то рассказывал Альфред ди Делис? Что ни говори, а все наши действия, и уж тем более бездействия, становятся снежным комом, со временем превращающегося в стремительную лавину. И нет сил ни выскочить из неё, ни отвернуть…

Я окинул взглядом берег… До чего унылый пейзаж! Сиверия мне сейчас стала казаться неприветливой. Особенно в свете прошлых событий…

Хотя, причём тут Сиверия? Мы сами во всём виноваты!..

Вдали от берега виднелся чёрный силуэт корабля, на котором недавно прибыл Жуга Исаев. И только я это вспомнил, как сердце снова защемило…

Рапорт получился путанным, но Исаев, кажется, всё понял. Он внимательно слушал и про Молотовых, и про «Валир», и про то, что Фрол, присланный сюда, уж больно загорелся золотом из Пирамиды. Ещё заинтересовался личностью первосвященника. А как услышал, что я его убил, недовольно забурчал.

— Эх, опять… Он хоть успел что-то рассказать?

Я отрицательно мотнул головой. Кстати, многое из своего повествования пришлось опустить, припрятать.

— Молотовы… Молотовы… — бубнил себе под нос Жуга. — Ты знаешь, я беседовал с Касьяном. Он, между прочим, не последовал твоему совету и не остановился у Заи. Побежал до сестёр… А они-то, тут я уверен, тоже причастны и к его похищению, и к прочим делишкам этой семейки. Касьян, наивная душа, до сих пор в толк не возьмёт, кто его «продал».

Мои губы тронула лёгкая улыбка.

— Потому сам (что очень удивительно) обратился к нам в Приказ. Рассказал, что его похитили… Н-да, вот такая история… Некому доверять, — как-то грустно сказал Жуга. — Ну, с Молотовыми у нас будет отдельный разговор… Хотя… хотя…

Жуга крепко задумался. Я аж заскучал, когда он вдруг спросил:

— Говоришь, инициалы «БВ»? А что ещё было в бумагах Крюкова?

— Какие-то рекомендации, что да как делать. К кому обращаться…

— И к кому?

— Да я толком не читал. Отдал Фролу, чтобы он ознакомился и доложил.

— Н-да, дела… Когда мне сказали, что Фрол не вернулся, — пояснял Жуга, — я сразу же направился сюда… сам. Но… Нихаз всех дери!

Я усмехнулся и хотел встать.

— Постой, ты куда?

— Что ещё?

— У меня к тебе дело.

— Дело? Опять? У меня свои… дела.

— Какие такие дела?

— Еду в Новоград. Тайно…

— Что? Ты с дуба рухнул? — Жуга напрягся.

— Я же сказал — тайно…

— Тайно, не тайно — в столице тебе делать нечего. На кон поставлено столько, что рисковать твоей головой я себе не могу позволить! Схватят…

— Пусть попробуют! Я им быстро…

— Бор, это не шутки! — глаза Жуги стали пронзительными. — Ты разве не знаешь, что три года…

— Да знаю, — отмахнулся я. — Но и вы поймите: у меня там жена… Войдите в положение.

Исаев тяжело вздохнул.

— Я-то понимаю… Уж поверь мне.

— Ну, тогда помогите. Три дня… Ладно, хотя бы денёк.

— Дело в том, — начал Жуга (он мялся, я видел, что ему не очень хочется об этом говорить), — что именно Избор не желает видеть тебя в Новограде. Он зол, как сто астральных демонов… Я много раз пытался его уговорить смягчиться. Сетовал на всякие обстоятельства, но те бумаги… Ох, Бор, Бор! Не уничтожь ты их…

— Если помните, то за мной гнались. Попади те списки в другие руки…

— Да я всё понимаю, а вот Избор — нет. Да ещё та стычка в башне. Честно скажу, что Иверский очень испугался, что ты подосланный убийца.

— Испугался?

— Да, у него на этот случай есть один «бздык». Да, кстати, кто-то шепнул ему, что ты отпустил в Орешке Ивана Иверского.

— Кто шепнул? — побледнел я. Ведь об этом никто не знал.

— Мне это не ведомо.

— Но Иван же его родственник… Кузен, что ли?

— Троюродный племянник, — улыбнулся Жуга. — Да хрен с ним, с этим Иваном. Главное — бумаги… списки… Гудимир Бельский тот ещё молодец! Попади его записи нам, мы бы столько раскрыли!

— Послушайте, Жуга, — обратился я, — мне всё понятно. В столицу мне вход заказан, но ведь вы же можете… это в ваших силах…

— Да что ты вокруг, да около. Говори прямо.

— Вы в состоянии устроить… тайно устроить так, чтобы я хоть на денёк попал в Новоград. Мне бы Заю повидать и…

— Я ни в чём, и ни в ком не уверен. Сыскной Приказ набит болтунами и доброхотами. Не на кого опереться.

— Что? Смех-то, какой! Сыскной Приказ — хуже рыночной площади? Не верю… хоть убей, не верю!

Исаев нахмурился и от досады стал покусывать нижнюю губу.

— Чего не верить-то? Будь у меня в руках те списки из Орешка, то быстро вывел бы кого надо на чистую воду. А ты их… Не верит он!

Жуга от досады стукнул кулаком по коленке.

— Может, вы и мне не особо доверяете? — спросил я. — Как имперскому лазутчику…

— Может… не может… Какой из тебя лазутчик? Рожа-то канийская!

— Как знать. Может, я всё-таки подосланный. А вы так безоговорочно мне доверяете.

Жуга нахмурился. С минуту он шамкал губами, а потом ответил:

— Если это так, то пропала моя головушка… Да и твоя…

Я глянул на Исаева: стареет уже… А какие-то полгода назад… Н-да, время никого не жалеет.

— Вот что, братец, — Жуга перестал шамкать губами и заговорил серьёзным тоном, — у меня к тебе важное дело. Выполни его, а там кой какое время пройдёт, Избор поостынет, и я…

— Какое ещё дело? — неохотно спросил я.

— Поедешь в Темноводье.

— В это паучье гнездо?

— Вот именно… Меня особо интересует та загадочная личность «БВ». Есть кое-какие подозрения на этот счёт.

Его интересует! А мне как-то положить на это всё. В конце концов, чего он кобенится? Не захочет помочь, так я сам никого не спрашивая, отправлюсь в Новоград.

— И всё же я настойчиво прошу вас не отказывать в моей… — сердито сказал я.

— Вот заладил! Ты действительно такой тугодум или притворяешься? Обстановка в столице такая, что появись ты хоть на мгновенье, и, не приведи Сарн, об этом прознают, то… пострадаешь не только ты. Слышишь?

— Слышу.

— Нет, ты не слышишь! Я не о себе говорю! Вернее, не только о себе.

Жуга встал и заходил взад-вперёд.

— Вот не хотел тебе говорить! — зло сказал он.

— Говорить что?

Жуга остановился, но так лицом ко мне и не повернулся. Предчувствуя нечто нехорошее, я встал.

— Ты помнишь бортника Богдана Лютикова?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.