Страна мечты

Савин Владислав

Серия: Морской волк [11]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Страна мечты (Савин Владислав)

8.08.2015. Ну вот, предположительно, МВ-11 ВСЕ. Дальше — вычитка, шлифовка, и сдача Сидоровичу.

Лазарев Михаил Петрович.

Пробуждение было резким и внезапным.

Срочное погружение, уход на глубину — ощущение не спутать ни с чем. У подводников вестибулярный аппарат, это подлинно шестое чувство. Сколько раз уже приходилось так просыпаться в каюте, когда лодка совершала маневр. Стоп, я же не на «Воронеже», стоящем сейчас у стенки Севмаша, а в Москве! Четвертый этаж «сталинского» дома, наша с Анютой квартира. Потолки за три метра, в четырех комнатах простор, хоть танцуй, отвык я от такой роскоши, а если честно, и в 2012 году мне в ней жить не доводилось — командирская каюта на борту, или панельная хрущевка в гарнизоне. Может, оттого и ложное срабатывание тревоги, к новым условиям не привык?

Тишина абсолютная. Что странно — по Ленинградскому шоссе машины нередко проезжают и ночью. А форточка открыта. Чего не хватает — не слышно тиканья часов! Громадные напольные часы в углу — мебель в этой эпохе вся такая солидная, капитальная. Управдом сказал, что нашу квартиру обставляли из немецких трофеев. Что как-то приятнее, чем услышать — прежний хозяин вещей получил расстрел с конфискацией, как враг народа. И квартира новая — дом, в будущем носивший имя «генеральского», построили совсем недавно. В отличие от печально известного «дома на набережной», где многие квартиры успели сменить по нескольку владельцев. Так год сейчас сорок четвертый, а не тридцать седьмой!

Сегодня было 16 июля 1944 года, Парад Победы, в этой истории! В отличие от иной реальности (параллельного мира, в котором нам еще предстоит родиться, через несколько десятилетий), где Парад был в дождливый июльский день года сорок пятого — здесь ярко светило солнце. И мы были на Красной Площади, видели все, и слышали речь товарища Сталина — и со словами его были в тот момент согласны абсолютное большинство советских людей (о всяких там солженицыных и будущих новодворских не хочется сейчас и думать!). Рядом со мной был Юрий Смоленцев со товарищи — в 2012, лучшая группа спецназа Северного Флота, ну а здесь это «те, кто самого Гитлера поймали живым», за что все получили высокие награды, как майор Смоленцев (а ведь два года назад старлеем был, с позывным «Брюс») за фюрера свою вторую Золотую Звезду, а еще любовь итальянки Лючии, партизанки Красных Гарибальдийских бригад — да и я считаю высшей своей наградой, что встретил я в этом времени единственную свою, Анечку — Анюту, которая должна была погибнуть в той истории, где война завершилась в сорок пятом — и стала моей женой в измененном нами мире.

Мы смотрели, как шли по Красной Площади войска нашей армии — победительницы, в этом мире встретившейся с союзниками не на Эльбе, а на Рейне и Луаре. И кроме Советской Армии, в Параде участвовали поляки (как там в сорок пятом), и итальянцы — гарибальдийцы (а вот это уже изменение). После мы гуляли по торжествующей Москве, улицы были заполнены ликующими и нарядными людьми, мы были в парадных мундирах со всеми наградами, и Анюта с Лючией в легких шелковых платьях, такие красавицы! Вечером был салют «из тысячи орудий», и фейерверк — а после, мы пошли к ребятам в «Метрополь», домой я и Анюта попали в двенадцатом часу уже… и еще не сразу уснули! Это был день, который хотелось бы прожить снова и снова, остановив мгновенье — то, чем должны завершаться романы со счастливым концом.

Но все проходит, и начинается следующий день. Что бывает в жизни — после звездного часа?

Анюта спит, раскинувшись на кровати. Волосы по подушке разметались — ну отчего у женщин в этом времени не принято их распущенными носить, надо или в прическу, или стричь коротко? Не разбудить бы — а то спит она всегда очень чутко. Сейчас лишь часы заведу, непорядок! Судя по тишине за окном, уже глубокая ночь. А завтра мне с утра в Наркомат ВМФ, и скорее всего, через день — два лететь на север, мой «Воронеж» ждет. Единственная пока в этом мире атомная подводная лодка, стоящая сейчас на Севмаше, где ее должны будут построить через сорок лет. С цифрой на рубке «93» — число официальных побед, а есть еще два десятка неофициальных, о которых посторонним знать не положено, как например линкор «Айова» и авианосец «Белью Вуд». Атомный подводный крейсер проекта 949, «летучий голландец» Советского Союза, и Полярный Ужас, как прозвали нас фрицы, кому посчастливилось уцелеть, встретив нас в море.

Черт, ну и углов тут у мебели! В отличие от икеевской конца века. Фрицы проклятые, не могли делать полегче — не представляю, как все это затаскивали на четвертый этаж! А может и не фрицы — историю помню, из будущих времен. Как в некоем высоком военном Учреждении с сорок пятого стояла такая же трофейная старинная мебель красного дерева. В начале семидесятых, когда с Францией было потепление, в Союз приезжала французская военная делегация, и посетили они то Учреждение, не знаю зачем — и тут один почтенный месье вдруг узнает свой гарнитур, который «проклятые боши» украли из его родового замка! Скандала не было — месье на бывшую собственность прав предъявлять не стал. Хотя трофеи — что с бою взято, то свято! Да и не жду я у себя европейских гостей — мне, как гостю из будущего, и носителю тайны «ОГВ» («особой государственной важности»), общение с иностранными подданными не грозит! А часы точно немецкие — на них надпись готическими буквами, и год, 1870.

И тут, подойдя ближе, я замечаю, в тусклом свете из окна, от уличных фонарей — то, чего быть никак не может. Маятник у часов замер, до упора отклонившись влево! Вопреки законам механики и всемирного тяготения.

Звук за спиной. Резко оборачиваюсь — из-под двери гостиной пробивается полоска света. И там кто-то ходит — один человек, вот прошелся, отодвинул стул, сел! Чего тоже быть никак не могло! «Генеральский» дом, тут и так была охрана, а после того, как моя Анюта в Киеве заработала приговор от ОУН, наш главный охранитель, «жандарм» Кириллов вместе с Пономаренко отнеслись к этому предельно серьезно. Когда мы сюда вселялись, Смоленцев со своими орлами тоже тут все смотрели, касаемо безопасности, советы давали, Кириллов слушал внимательно, и постарался учесть. Даже войти в квартиру несанкционированно постороннему невозможно — в караулке на первом этаже сработает сигнализация, и через минуту тут будет группа захвата. «Жандарм» мне рассказал, весной какой-то чудик тут пытался к кому-то влезть, его тотчас же повязали, «а после, для него главной заботой было, убедить следователя, что он не покушение замышлял, за что по статье от десятки до вышки, а всего лишь кражу со взломом, от трех до пяти». Да и не будет вор так нагло себя вести! А свои никак не могли прийти без предупреждения — опять же, по здешнему распорядку, охрана сначала звонит и спрашивает, вам такой-то известен, и ждали ли вы его сейчас? Высокий Чин, имеющий право приказывать охране — вроде того же Кириллова, комиссара ГБ, или кого повыше? Вот так, ночью, хозяев не разбудив? Ну а на арест «кровавой гэбней» это тем более не похоже. Да и нет за мной никаких грехов тут!

А если сейчас будут? Намекал же мне Кириллов, а Анюте — Пономаренко, что от киевских изменников ниточка потянулась на самый верх, в Москву? И если там и впрямь завелась оппозиция, в том числе и в немалых званиях, и кто-то желает тайно встретиться, узнать, а кто такой товарищ Лазарев, проходящий всюду под грифом «ОГВ» — или, что еще хуже, узнавший про «Рассвет» (здесь, для Тех Кому Надо — кодовое обозначение нашего провала в прошлое)? Ну а дальше — «предложение, от которого вы не сможете отказаться»? Чего я меньше всего желаю — быть хоть краем замешанным в антисталинский заговор! Не потому что я убежденный фанатик — сталинист — а потому, что альтернативы товарищу Сталину в данное время и на его посту, не вижу! Вот нет у меня ни на грош веры тем, кто хочет — сначала сломаем, место расчистим, а там видно будет! А критиковать, «все не так», любой дурак может, как в известной басне Михалкова.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.