Виня

Силкина Елена Викторовна

Серия: Кошачий бум [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Виня (Силкина Елена)

Коту Тедику, а также всем

котам, кошкам и котятам,

которых я не сумела защитить и уберечь.

Е.С.

1.

В конце 90-х годов двадцатого века, в одном из районов Москвы возник кошачий бум.

Ажиотаж создавала молодая супружеская пара. Жена обожала кошек, и муж притаскивал их ей отовсюду. Жена возмущалась при виде каждого нового животного, но с восторгом хватала его в охапку, а муж её фотографировал и писал о кошках для газеты. Он был журналистом и фотокорреспондентом. Жена кормила животное, рисовала его и тоже писала о кошках для газеты. Она была журналисткой и художницей.

Если хозяева нападали на след похитителя, то животное приходилось возвращать. Если оно упорно вопило и царапало дверь, просясь к прежним хозяевам, его приходилось отпускать. Если животное было ничейным, но у него обнаруживались блохи или подозрительные проплешины, или нехорошее выражение глаз, то его возвращали на то место, где взяли. В общем, предлог найти можно, если не хочешь, чтобы твой муж наводнил квартиру кошками.

Друзья и знакомые, соседи по дому и улице почему-то брали с этой молодой пары пример, и по муниципальному району распространилась мода на содержание в квартире большого количества кошек неопределённых пород.

Постоянных животных у супругов-кошатников было уже четыре: два кота, кошка и котик-подросток, из которого старшие коты сделали вторую «кошку».

Самым старшим был кот Тедик (Тед Тернер), около трех лет от роду, большой, черный, гладкошерстный, с яркими зелеными глазами, с двумя белыми пятнышкам – «галстуком-бабочкой» и «фиговым листком», с гордо посаженной горбоносой головой, с длинными шеей и ногами, похожий на пантеру Багиру в миниатюре.

За ним следовала кошка Даночка (Дана Скалли), немногим старше двух с половиной лет, серая в тонкую прерывистую полоску, почти леопардовой расцветки, изящная, с маленькой мордочкой и громадными золотисто-коричневатыми глазищами.

На третьем месте по старшинству пребывал кот Малдер (Фокс Малдер), около двух с половиной лет, серый в широкую черную полоску, с обычными зелеными глазами, небольшого роста, коренастый и увесистый по сравнению с более крупным Тедиком.

Самым младшим был котик-подросток Тугрик, немногим старше полугода, белый с черной «полумаской», черным хвостом и парой крупных черных пятен на спине, почти такой же изящный и большеглазый, как Даночка.

Имена кошкам, как правило, давал муж, Гелий. Тугрика так назвала жена, Виня, потому что в то время у них ещё жила кошка Бакса, подаренная супругам на выставке творчества хиппи, о которой они делали репортаж. Бакса выпала из окна восьмого этажа, поскользнувшись на подоконнике, мокром после дождя…

Виня долго плакала; соседи, постоянно восхищавшиеся самыми ласковыми кошками на свете, спрашивали, куда пропала пятая кошка, и Гелий пообещал в самое ближайшее время принести «реинкарнацию» Баксы…

Виня стояла в очереди, Чтобы сдать пустые бутылки из-под пива. Гонорар предыдущий уже потратили, последующий ожидался не сегодня. Виня – это Лавиния Херсонская; творческий псевдоним, прилипший настолько, что друзья и родственники давно забыли, как её зовут на самом деле. Так же, как и ее мужа, Гелия Сосницкого. Впрочем, имя Гелий было настоящим.

Виня в очереди зевала от скуки и недосыпа, несколько развлекал только собственный поток сознания.

Надо купить хлеб, отнести Гелию и пойти в библиотеку – дописать очередную статью о кошках и очередной гороскоп, надо поработать над рассказом, доделать иллюстрацию и дошить сценический костюм…

Гелий утром спросил, что ей снилось. Она с трудом вспомнила. Как обычно, во сне она тоже пребывала с Гелием и кошками. Покупала для них продукты, снималась с ними в кино… Потом Гелий и она превратились в котят и блуждали в панике среди городских домов…

К очереди подошла мешковато одетая старуха, оглядела всех и заговорила, ни к кому конкретно не обращаясь:

-Тот, кто очень любит кошек – не должен их заводить. Очень плохо будет и ему, и им.

Виня на мгновение застыла от изумления, потом разозлилась. Но тут подошла её очередь. Виня сдала бутылки и побрела покупать хлеб. Голова слегка кружилась, сердце неприятно теснило. Бабка куда-то подевалась, да у Вини и сил не было, чтобы скандалить.

Возле хлебного киоска она нашла пять рублей, обрадовалась и купила апельсин. Дёсны не будут кровоточить, а шкурки можно рассовать по углам, под стеллажи и в гардероб, не имеющий дверец. Апельсиновые шкурки – лучшее средство против кошек. То есть для того, чтобы заставить кошек не ссать там, где не надо.

Дома бросившиеся к Вине кошки опередили бросившегося к ней Гелия. Даночка запрыгнула на руки, обняла лапками за шею и с урчанием принялась облизывать Винино ухо. Тедик рвался к той же цели, и Виня в конце концов вынуждена была, как жонглер, поменять их местами, поставив кошку на обувную тумбочку и схватив на лету в охапку прыгнувшего кота.

Тедик сначала нежно бодался, урча – лбом, ухом, влажным носом, подбородком запрокинутой головы и снова лбом, ухом… Потом начал облизывать Винино лицо и руки. Малдер, стоя поодаль, произнес вопросительное «Мя?», Тугрик описывал восьмерки вокруг хозяйкиных ног и терся боками и головой о Винины лодыжки, слегка подпрыгивая от усердия.

-Он на тебя смотрит такими преданными глазами… Я ревную!

И Гелий водрузил на черного кота у Вини на руках кипу свежих газет и телефонную трубку, одновременно доставая хлеб из сумки.

-Позвонил пи…рас из общества любителей кошек и любителей любителей кошек, который заказал тебе эмблему и просил отдать рисунок бесплатно, поскольку денег у него якобы нет. Якобы пока. Ты должна на него «наехать», послать его на х… и сказать, что у тебя полно других заказчиков. Если он не заплатит сегодня, то ты этот рисунок разорвешь, так и скажи. И ты должна именно послать его на х…!

У Вини сжалось сердце в предчувствии семейной разборки.

-Я уже много раз говорила, что ни на кого «наезжать» не буду. У меня другая политика.

-А я говорю – будешь! Я тебя заставлю! Или я обеспечу тебе крупные неприятности! Если ты хочешь сохранить жизнь и здоровье, ты будешь на всех «наезжать»!..

Повисла короткая пауза.

-Иначе тебя уважать никто не будет, будут держать за лоха!

Виня молчала. У нее все больше теснило сердце, сбиваясь с ритма. Она любила спокойную аргументированность, считая, что агрессия может вызвать опасные последствия, Гелий же постоянно требовал, чтобы она везде скандалила.

-Долго ты будешь прятаться за мою спину? Чтобы я вместо тебя на всех «наезжал»?!

-Я потребую с него денег, но матом крыть, орать и шантажировать не буду.

Виня набрала номер; услышав «алло», поздоровалась, сообщила, что рисунок можно забрать, но только за деньги. Унылый тенорок пообещал заглянуть на следующей неделе. Виня поняла, что он не приедет.

Гелий удовлетворенно кивнул.

-А теперь займись делом. Завтра сдавать статьи. Моя на столе - поправь ошибки. Для нашей и твоей я купил тебе «шпаргалок» (он показал на газеты). Работай, а я поехал по редакциям.

Она молча кивнула.

Он надел куртку и ботинки, взял кейс, а она проследила, чтобы он не забыл сигареты, зажигалку и перчатки. У него мерзли руки даже при плюсовой температуре.

Виня вздохнула, села за стол, пристроив ноги повыше, и придвинула к себе газеты. Вначале она просматривала не столько необходимые, сколько забавлявшие ее статьи - для настроения.

«…Стриженая норка - это уже не интересно. Перед вами новое слово в творческом подходе к предметам роскоши - щипаный павлин…»

«…В Баку в семье Бабаевых живет кот Мэси, который умеет говорить. Говорит он по-азербайджански. Звуки, требующие участия губ и языка, даются ему с трудом, но зато у кота хорошая память…»

Алфавит

Похожие книги

Кошачий бум

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.