Старый Мертвый Свет

Медведев Дмитрий Сергеевич

Жанр: Боевая фантастика  Фантастика    2015 год   Автор: Медведев Дмитрий Сергеевич   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Старый Мертвый Свет ( Медведев Дмитрий Сергеевич) Тяжелый подсердечный хрип Эх, лучше б я погиб Многоголосый темный вой В моей душе болит Идет навстречу человек Вчера он был врагом Теперь все проще — все вокруг Враги, враги кругом! Из телефонной трубки шум Моей родной земли Она зовет меня домой — Грядет гроза, беги! Увы, на твой немой вопрос Нам не найти ответ. Прости, приятель, это всё Мы выжили, ты — нет.

Предисловие

Красивое незнакомое место, бесконечно далекое от того, где я сейчас нахожусь. Справа бушующая зелень деревьев, шум соленого ветра и шелест листьев, а слева — сонное неторопливое море. Оно степенно катит шипящие волны, в бесконечном и безнадежном сражении разбивающиеся о камни, и его степенный ритм проникнут непостижимой для человека мощью.

Я иду по узкой дорожке, и вокруг ни души, кроме таинственного незнакомца впереди. Стоит и смотрит вдаль, заложив руки за спину и раскачиваясь с пятки на носок, словно в нетерпеливом ожидании. Тонкий серый плащ топорщится под порывами ветра, то и дело приподнимающего аккуратные постриженные русые волосы.

Он не видит меня. Не замечает в упор, а ведь я уже подошел вплотную и машу рукой у него перед глазами. Ну же! Хоть голову поверни! Я озадачился, не зная, как же привлечь его внимание и зачем мне это так нужно. Наверное, зачем-то нужно, иначе чего я здесь забыл?

Попытавшись толкнуть его, я наткнулся на невидимую преграду — как, впрочем, и ожидал. Тогда я, помешкав, решил идти себе дальше, в надежде отыскать какие-нибудь зацепки в пути. Может, этот тип мне совсем и не нужен, и ответ там, дальше, тропинка-то длинная, бежит себе вдоль обрывистого берега, петляет среди сочных зеленых трав и цветов, и никак не кончается.

Взгляд незнакомца я ощутил спиной, уже отойдя на несколько шагов, но не испугался. Так, сделалось немного не по себе, как будто между лопаток провели чем-то прохладным.

Я оглянулся и выдохнул со смесью разочарования и недоумения — он смотрит сквозь меня, да так пристально, что аж не по себе. Что ж он там углядел такое? Небо солнечное, безмятежное, ветра нет — полный штиль — ничто не предвещает беды. Вот только птицы резко смолкли, а глаза незнакомца стали настолько пугающими, что я невольно отступил на шаг.

Нет, они не были глазами дьявола или демона, никаких ужастиков, упаси Бог. Просто в них, минуту назад стеклянных и отчужденных, вдруг явственно проступила горькая смесь тревоги и печали, предчувствие неотвратимой беды, которая придет, как по расписанию, минута в минуту. Совсем скоро. И ничего нельзя сделать. В его глазах застыла обреченность и, хоть на лице мужчины не дрогнул ни один мускул, я остро почувствовал перемену в его настроении — на смену любопытству, отстраненному и холодному, как любопытство ученого, изучающего насекомых, пришли сочувствие и тоска. Он надеялся, что этого не случится, но оно случилось, оно пришло.

Этот человек совершил нечто серьезное, влекущее за собой страшные последствия, и сейчас наблюдал их. Его локомотив стремительно приближался к мосту, которого вдруг не оказалось на месте, и готовился на полном ходу многотонной тяжестью рухнуть в пропасть.

Надо ли говорить, что я проснулся, так и не увидев, что так волновало персонажа моего сна? Я только помню, что небо вдруг почернело, а земля недовольно заелозила под ногами, как будто древним пластам суши вдруг надоело сидеть на одном месте, и они решили погулять. Но это длилось меньше мига, меньше крохотной секунды, а потом меня вышвырнуло из тревожных грез, как пробку из шампанского.

Это случилось ровно за неделю до того, как все началось. Вынырнув из сонной мути, как из теплого липкого болота, я сел, стиснул взмокшими пальцами одеяло и глубоко вдохнул врывающуюся через открытую форточку ночную прохладу. Помотал головой, стряхивая остатки сна, будто паутину.

Сердце почему-то пустилось в галоп, как будто я убегал по лесу от медведя или прыгал с парашютом. Все-таки хорошо, что я ничего не увидел, хорошо, что подозрительный разум, пекущийся о своем благополучии, разбудил меня, почуяв угрозу. Я ведь стоял на пороге, и неизвестно, что за поджидало меня за ним. Наверное, лучше и не знать.

Подождав, пока пульс придет в норму, я встал, сунул ноги в тапочки и прошлепал на кухню, стараясь не разбудить спящих в соседней комнате родителей. Выпил немного воды и решил постоять несколько минут у окна, посмотреть на спящую улицу, дабы окончательно убедиться, что в родном районе все спокойно и можно вернуться в постель. И не надо удивляться, каждому из нас знакомо то странное ощущение ночного кошмара, когда пробуждение приходится на темный или предрассветный час, и ты не можешь вот так вот сразу отмахнуться от всех этих пугающих картин и ощущений. Понимать-то все понимаешь, но вот это нездешнее чувство — оно уходит не сразу.

Тускло горел фонарь, единственный работающий из четырех, что стояли во дворе моего дома. Нужда в нем вот-вот отпадет — чернильная ночь помалу разбавлялась рассветом, превращающим ее в фиолетовые утренние сумерки. Вот-вот на востоке, над серой крышей детской поликлиники заалеет тоненькая полоска, положив конец ночному царству.

Сухой потрескавшийся асфальт, молодая травка на неопрятных газонах, с трудом пробивающаяся сквозь окурки и пустые бутылки, припозднившийся алкоголик, не нашедший в себе сил дойти до дома и провалившийся в объятия Морфея прямо на лавочке у соседнего подъезда — все, как всегда, и в то же время в привычные ощущения вкралось нечто новое, чуждое и незнакомое. Я не смог подобрать слова для описания этого тогда, как не могу сделать этого сейчас. Есть вещи, лежащие совсем в другой плоскости — бесконечно далекой от мира слов — но это не делает их менее понятными. Скорее наоборот.

В голове с потрясающей ясностью возникло понимание того, что привычной жизни вот-вот наступит конец. Не знаю, с чего я вдруг так решил. Скорее, за меня решили и сообщили, поставили перед фактом.

Пройдет совсем немного времени, и привычного суетливого мира, в котором люди смотрят исключительно себе под ноги и копошатся в своих проблемах, не станет. А что будет тогда? Ничего не шло в голову. Да и откуда мне знать? Единственное, в чем я не сомневался, так это в том, что пора готовиться к самому худшему — оно случится. А что будет дальше, да кто знает…

Не буду даже пытаться примерять на себя роль пророка, предвестника — не по Сеньке шапка, очень уж это неблагодарно и хлопотно, а, главное, бессмысленно. Но, согласитесь, наша цивилизация подошла к некой черте, не правда ли?

Недаром ведь напряжение во всем мире установилось такое, что полыхнуть может хоть где — и в Азии, и в Африке, и в Европе, и даже, чем черт не шутит, в Америке. Зажжется в одном месте, перекинется на другое, третье, и так далее. И никто ведь весь этот балаган не контролирует — кому-то только кажется, что он чем-то управляет, кто-то только играет в Бога, не понимая, что не способен его заменить.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.