Дон Гуан как зеркало мировой революции

Арбенин Константин Юрьевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Дон Гуан как зеркало мировой революции (Арбенин Константин)

Я не Диего. Я Гуан…

(Пушкин. «Каменный Гость»)

1. Эта книга – прощание с собой, со своими жизненными принципами и амбициями. Одна из её невыдуманных героинь сказала: «В некоторых случаях надо бы засунуть свои амбиции в задницу, но они что-то не засовываются, они вылезают обратно». Взяв эти слова в качестве невидимого лейтмотива, я добавляю: эта книга – те самые амбиции, которые уже побывали в заднице и очень скоро снова окажутся там.

2. Итак, господа заседатели, главное, в чем меня обвиняют, – это серьезность. Я не собираюсь это отрицать. Я намерен защищаться, но защищаться, не оправдываясь, а отстаивая свою позицию, единственную верную – по моему мнению. Я буду защищать не себя, а свою точку зрения. Даже если она перевернет ваш мир.

3. Да, я серьезен, возможно, я чрезмерно серьезен – в своем отношении ко всему, даже к шуткам. Но у меня слишком мало времени, что бы я мог позволить себе быть несерьезным. Должно быть, именно это так смешит вас, собравшиеся жить вечно.

4. Вхожу в историю голый. Вываливаюсь с балкона в стриженые кусты. Нога вывихнута, щека поцарапана – какие мелочи! Зато на безымянном (мы с ним тезки) пальце у меня великолепный перстень с бриллиантом – подарок княгини Бет. Если жить экономно, этого перстня мне хватит лет на двадцать, а то и на все двадцать пять. – Роман окупился! Прощайте, княгиня!

5. Царапины и драгоценные камни красят юношу – мужчину же украшают шрамы и богатство. Но у меня еще все впереди. Чтобы ненароком нет распознал меня вспыльчивый нерасторопный князь, захожу в первую попавшуюся парикмахерскую и стригусь налысо – под те самые кусты. Расплачиваюсь блеском обретенного сокровища – отныне мне открыт бессрочный кредит.

6. Для меня не существует понятия «жить по чести», вместо этого – «жить начисто». Мое честолюбие сродни чистописанию – я не люблю черновиков, мои запасы чернил не бездонны, поэтому я ничего не зачеркиваю и не исправляю, не возвращаюсь к уже написанному и не выбрасываю целые страницы. Ничего не вымарывать – вот моя мораль.

7. К своим двадцати девяти я достиг практически всего, чего намеревался достичь к тридцати. Отличный возраст: много еще впереди, но уже есть. О чем вспомнить. Сейчас раннее-раннее утро, после парикмахерской процедуры я собираюсь отправиться домой, где ждут меня чашка черного кофе (любимый цвет), полуторная койка (любимый размер), свежая рукопись и два преданных животных: собаки-близнецы Лепорель и Сганарелло. Плюс год сэкономленного времени.

8. Лысый, свежевыбритый и надушенный предстаю перед судом… Здесь на небесах, я тщетно пытался выяснить, почему и за что этот парикмахер перерезал мне горло: питал ли он ко мне личную неприязнь или позарился на перстень? Обидно, черт побери, на Небе не знать того, что на Земле уже стало известным.

9. Я удивлен несовершенством мира – он, мир, несовершеннее меня.

10. По неназванным мне причинам заседание суда было отложено. Меня препроводили в некое стеклянное здание. Оно было сферической формы и висело в звездной пустоте подобно огромному мыльному пузырю, разделенному на два полушария по горизонтали. В одном из полушарий находился гигантских размеров телескоп. Заглянув в него, я увидел землю и людей во всем их величии.

11. Действительность божественна, только перед Ней я склоняю голову и опускаю руки. Именно так, опустив руки и не чем не занимаясь, можно иметь с Нею дело на прямую, без посредников. Ведь все, чего достигло человечество, – лишь способы не смотреть в глаза Действительности. Поэтому человеческие жизни пусты. И сами люди пусты. Нет ничего прожорливее пустоты, вот и приходиться заполнять её – путешествиями, марками, ремонтом, кинофильмами, бутербродами, религией, диснейлендами, онанизмом, философией… пустая жизнь длинна, в ней есть место для миллиона глупостей.

12. От любви – все безумства на свете. От отсутствия любви – все глупости.

13. В лакее, что встретил меня внутри, не без удивления узнал я Мартина Лютера. Я принялся расспрашивать, почему он здесь и в такой должности? И услышал в ответ, что такова учесть каждого, кто может сделать все, а делает лишь половину. «Но если дело в половинчатости, -предложил я, – то у богов должно быть очень много лакеев. Я же наблюдаю только одного -?» – «Дело в том, – ответил Мартин Лютер, – что у меня одного хватило смелости в этом сознаться.»

14. Один мой товарищ утверждал, что нельзя написать две автобиографии. Я же считаю, что все зависит от количества материала… А к переселению душ это не имеет ни какого отношения.

15. Человек – интерпретатор своей судьбы. В сущности, он только тем и занимается, что интерпретирует собственные поступки и действует в соответствии со своей нынешней точкой зрения и дополняет их для пущей убедительности всякими выигрышными мелочами и описательными подробностями, всякими вспышками человечности.

16. Но пришлось мне оторваться от созерцания, ибо повел меня лакей в другое полушарие. Мы спустились в люк и зашагали по странной неустойчивой лестнице, на которой резвились два котенка, разматывая пестрый шерстенной клубок и запутывая наши ноги острыми нитями. Звали котят Эшер и Мёбиус.

17. Смерть и Любовь – два лица богини Действительности и одновременно два её доказательства – от противного до приятного. Люди не любят глядеть в глаза ни одной, ни другой, предпочитают не думать о них и не иметь с ними дела, тем самым уравнивая их. Но такое равенство ложно.

18. В другом полушарии располагался круглый стол с тремя креслами, а на столе стоял микроскоп. Разрешено мне было заглянуть в него – и увидел я мелочные стайки людишек и жалкую их планету со всеми её язвами и прыщами.

19. Однажды я заметил, что женщины, делая выбор между мужчиной порядочным и мужчиной порочным, всегда выбирают второго! Заметив это, я сделал выводы и скрепя сердце сменил амплуа. Я притворился порочным – и тут же добился успеха у дам. А в предосудительном занятии всегда легче достичь совершенства, нежели в занятии достойном. И я стал совершенствоваться.

20. У нас разная эстетическая ориентация. Как правило, мужчина развернут душой на красоту, женщина – на уродство. Поэтому мы и смотрим друг на друга. (Влюбиться в исключение – значит искалечить свою любовь.)

21. Скромность, господа заседатели, – это друг таланта, но враг гения. Я давно заметил, что если долго и настойчиво портить какую-нибудь вещь, то однажды она перестанет становиться всё хуже и хуже и, перейдя в иное качество, сделается-таки хорошей, но уже все-таки другой вещью. Именно так я поступил со своей скромностью.

22. Едва оторвал я взгляд от микроскопа, как явился передо мной сам Саваоф, бог из богов, сел в кресло, а мне указал сесть в другое. Третье кресло осталось свободным. И стал он обвинять меня во всех смертных грехах.

23. «Нечестивый! – возопил Саваоф. – Скольких несчастных убил ты!» – «О Добрейший из Добрых, – отвечал я богу, – по Твоей воле прожил я полсотни жизней и еще одну. И были все они коротки, но переполнены: опасностями, подвигами и приключениями кишели они. Если сложить их вместе – получится полная чаша времени. Так как же, по-Твоему, мог я пережить столько – и никого не убить?!»

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.