Разбойник и Мишка (рассказы)

Великанов Василий Дмитриевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Василий Дмитриевич ВЕЛИКАНОВ

Разбойник и Мишка

Рассказы

В книгу вошли рассказы познавательного характера, повествующие о животных, которые помогали советским воинам в годы Великой Отечественной войны.

________________________________________________________________

СОДЕРЖАНИЕ:

От автора

СОКОЛ

БОЕВОЕ КРЕЩЕНИЕ МИШИ И ВОРОНКА

КАК СОКОЛ СТАЛ БОЯТЬСЯ ВОДЫ

АККУРАТНЫЙ ПОЧТАЛЬОН

ГИБЕЛЬ АЛЬФЫ

КАЗАЧОНОК

ПРЫЖОК

РАЗБОЙНИК И МИШКА

ДРУЖОК

ПОДВИГ САНИТАРА

ЛЕБЕДКА

СМЕРТОНОСНОЕ ПОЛЕ

БЕРЛИНСКИЙ СЛОН

НОРКА

В госпитале

Способный щенок

Трудная дрессировка

Мастер тонкой кисти

Возвращение

Опасная встреча

Маленькое приключение

Большое испытание

До свидания

________________________________________________________________

ОТ АВТОРА

Дорогие ребята!

Четверть века я проработал ветеринарным врачом, был и на фронте. За эти годы немало повидал неприметных героев в мирном и ратном труде. Вот об их подвигах я и хочу вам рассказать.

Но вместе с тем мне очень хочется поведать и о животных, чья жизнь и судьба тесно связаны с человеком в труде и в бою: это рысак Сокол, пострадавший от волчьих зубов, собака Альфа - "аккуратный почтальон", которая спасла меня и Сокола, верный пёс Дружок - подносчик патронов, погибший на могиле хозяина. Или несравненные "живые тягачи" - верблюды Разбойник и Мишка, поводырь слепого - "учёная" Норка, быстроногая Ласточка, дважды спасшая от гибели шестнадцатилетнего конника Петю Сердюка.

Немало через мои руки прошло четвероногих пациентов, и я лечил их так же внимательно и любовно, как медики лечат человека. Присматриваясь к животным, я замечал, что не все они на одно "лицо", как думают некоторые люди: у каждого свои привычки и повадки, свой "характер". Открывать эти особенности у "братьев наших меньших", проникать в их внутренний мир, понимать их поведение, желания, нужды и, в конце концов, умело управлять ими - это очень интересно и поучительно.

Энгельс писал, что в общении с людьми собака и лошадь учатся понимать (конечно, в пределах их ограниченных возможностей) всякий язык и способны проявлять к человеку привязанность и благодарность. Да и сами животные, как и птицы, при общении друг с другом применяют свою особую сигнализацию, свой "язык".

Тысячелетиями находясь в общении с человеком, домашние животные стали значительно "культурнее" и "умнее", чем их дикие предки. Особенно это заметно на собаке, самом верном друге человека.

Всё, что написано в этой книге, - правда. В основу своих рассказов я положил истинные события - то, что видел и пережил сам или близкие мне люди.

Посвящаю её моему школьному учителю-другу А. В. Фёдорову, который вложил в меня первые зёрна любви к жизни и литературе.

А в т о р

СОКОЛ

Однажды ранним утром, во время моего дежурства, в ветлечебницу привезли необычного пациента, и, когда сняли с него попону, которой он был прикрыт, я ужаснулся: в повозке лежал весь в ранах, окровавленный жеребёнок.

Привёз его старший конюх колхоза "Рассвет" Иван Агапович Владимиров.

- Вот какой... и войны нет, а весь израненный, - сокрушался он. Проморгал мой Мишка...

Около повозки понуро стоял небольшой паренёк лет четырнадцати. Лицо у него было обветренное, нос в шелушинках.

Заметив моё недоумение, Иван Агапович пояснил:

- Волк порезал Сокола.

Медлить было нельзя, и я побежал на квартиру к врачу. Александр Алексеевич Фёдоров жил тут же во дворе, в отдельном домике.

Врач осмотрел истерзанного жеребёнка и покачал головой:

- Да-а... Изуродовал он его сильно.

- Александр Алексеевич, он ведь у нас от племенной матки. Может, как-нибудь выходим, а?
- спросил Иван Агапович, с тревогой заглядывая врачу в глаза.

Александр Алексеевич прощупал у жеребёнка позвоночник, ноги и сказал, обращаясь ко мне:

- Впрочем, кости и суставы не повреждены. Крови много потерял. Ну что ж, Василий Николаевич, попробуем полечить...

Иван Агапович с сыном осторожно подняли жеребёнка и понесли его на попоне в манеж. Жеребёнок почувствовал, что его уносят от матери, приподнял голову, задрыгал ногами и тоненько заржал. Матка ответила ему ржанием и пошла вслед за ним, едва не ворвавшись в манеж вместе с повозкой. Дверь манежа закрыли. Матка неистово ржала и била копытами. Пришлось её выпрячь и ввести к сыну. Лишь там она успокоилась.

Жеребёнка положили на хирургический стол. Ввели кровь. (У нас в лечебнице стоял конь Воронок - донор.) Лишь после этого мы приступили к операции. На теле маленького жеребёнка оказалось семнадцать ран! И многие из них рваные, глубокие.

Пришлось некоторые зашивать, а кое-где и обрезать лохмотья кожи. Несмотря на обезболивание, жеребёнок иногда вздрагивал и порывался встать. В такие моменты его мать тянулась к нему мордой и тревожно ржала.

Иван Агапович успокаивал её:

- Ну-ну, дурочка. Ничего с твоим малышом не сделается. Всё хорошо будет.

У всех конюхов такая привычка: они разговаривают с лошадьми, и им кажется, что лошади их понимают.

Во время операции, придерживая голову жеребёнка, Миша посматривал на мои руки. Его заинтересовала наша работа.

Возились мы с жеребёнком часа два. Устал я и даже вспотел от волнения. Впервые мне пришлось делать такую сложную операцию. Александр Алексеевич помогал мне и руководил всем ходом операции.

После обработки ран мы наложили клеевые повязки, и тёмно-серый жеребёнок стал пёстрым.

Иван Агапович, довольный, улыбнулся.

- Вот какой пегаш стал, и не узнаешь. Теперь небось выживет? спросил он, обращаясь к врачу.

- Трудно сказать...
- уклончиво ответил Александр Алексеевич.
- Может быть, и выживет, если волк не бешеный. Придётся оставить жеребёнка в стационаре.

- Ах ты, - озабоченно сказал Иван Агапович, - такое сейчас время горячее, а тут лошади приходится лишаться. Ну, что ж поделаешь, от матки сосунка не оторвёшь. Придётся тебе, Миша, тут оставаться, а я корму привезу.

- Введите жеребёнку противостолбнячную сыворотку, - приказал мне Александр Алексеевич.

Врач боялся столбняка: в раны попала земля.

Жеребёнка с матерью поместили в просторный денник, который был похож на комнату с решётчатой дверью.

Миша Владимиров ухаживал за ними: кормил, поил, чистил и мне помогал, когда я менял повязки и обрабатывал раны. Ростом Миша был невелик, но телосложением крепыш. В работе расторопный и любознательный. Я рассказывал ему о болезнях, показывал в микроскоп микробов, давал читать книги.

Раны у жеребёнка зарастали хорошо, без осложнений. Иван Агапович, приехав как-то проведать своего питомца, сказал:

- Вот, Мишка, гляди, что наука делает. Учись. Может, и ты когда лекарем будешь.

...Мы подружились с Мишей. Главного врача он почему-то побаивался и робел перед ним, а ко мне, молодому практиканту, относился более доверчиво и просто. Может быть, потому, что мы были земляками и по возрасту я недалеко от него ушёл.

Как-то вечером, на досуге, Миша рассказал мне подробно о происшествии с жеребёнком:

- Поехал я с ребятами в ночное в Песчанку. Пырей и острец там, сами знаете, во! По колено. Лошади как попадут туда - оторваться не могут. Ну, приехали, пустили лошадей, а сами костёр развели, картошку стали печь и сказки рассказывать. А у табуна двоих дежурных поставили: Саньку Учаёнкова и Тимку Полканова. У Саньки дробовик в руках. Но спать всё равно никому нельзя. Волки по ночам рыскают. А тут так получилось. Я днём работал и здорово умаялся, а как стали сказки рассказывать, лёг на спину и стал на небо глядеть. Гляжу и думаю: откуда всё это взялось - звёзды, луна, земля, люди? Вот так думал, думал и задремал. Вроде слышу голоса ребят и вроде как сплю. Сла-адко так! Вдруг слышу, кто-то крикнул: "Во-олки!" Ребята на крик побежали. Вскочил я - и за ними. Слышу, затопали лошади - земля загудела!
- и куда-то в сторону понеслись. Гляжу, а наша Ночка с волком бьётся. Волк жеребёнка рвёт и утащить хочет, а Ночка ему не даёт: бросается на зверя и хочет его копытами трахнуть, да, видно, боится ушибить своего сынка. Закричали мы во весь голос и на волка бросились кто с кнутом, кто просто так, а я с вожжами. Испугался зверь - прыг в сторону и скрылся. Подбежали мы к жеребёнку, а он кровью истекает.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.