Эпидемия

Велинский Ярослав

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Ярослав Велинский

Эпидемия

Автобус занесло на повороте. Водитель негромко выругался.

- А вот раньше всю машинерию в лошадиных силах меряли, - ни с того ни с сего сказал широкоплечий мужчина со значком "Космосервис" на лацкане и засмеялся.

- Ну и что?
- сердито отозвался водитель.

- Ничего! Лошадиные силы! Как вспомню, так вздрогну...

- Кое-кто уже и не вспомнит и не вздрогнет, - криво улыбнувшись, сказал водитель.

Сидящий на заднем сиденье старик потер сухие ладони, кашлянул и произнес:

- Моя невестка...
- и замолчал.

К нему обернулись.

- Моя невестка, - наконец продолжил он, - каждый год машины меняла, так теперь места себе не находит, ножками ей неохота ходить.

Снова замолчал, а потом радостно, на весь автобус гаркнул:

- Доездилась!

И захихикал.

Рядом со стариком сидел мужчина с бесцветными, навыкате глазами, в очках и с портфелем в руках. Одним словом - интеллигент. Он раскрыл было рот, желая вступить в разговор, но передумал, протяжно вздохнул и снова уткнулся в стекло.

- Значок не продадите?
- спросил водитель широкоплечего.

- Нет.

- Ну, обменяемся!

- Нет, - односложно повторил тот.

- Где достал? Стащил, что ли?

- Ну да!
- обиделся широкоплечий.
- Вчера с Марса на "Титанике" вернулся!

- А-а, - протянул водитель и тут же встрепенулся: - Кто ж это додумался так вашу посудину назвать? Был, помнится, такой дизель, сто лет назад в океане булькнул.

- Не было тогда дизеля, - вмешался старик.
- Тогда пар был.

- Да что хочешь, а только три тысячи человек - бульк!
- заключил водитель и крутанул баранку.

Пассажир с портфелем наконец подал голос:

- Тысяча пятьсот семнадцать. А спаслось тысяча семьсот одиннадцать человек.

- Да?
- вежливо удивился широкоплечий.
- А у нас на "Титанике" тридцать семь душ, и все живы, правда, связь отказала, три месяца болтались глухо. Вернулись, а здесь...

- Не знали, что у нас творится?

- На Луне первым делом об этом сообщили. Новость номер один.

- Хорошо вам, в космосе, - закряхтел старик.
- А здесь столько людей угробилось, на сто "Титаников" наберешь! С другой стороны, и хорошего было мало, детского лица неделями не увидишь, все в противогазах! Выхлоп стены разъедал!
- он махнул рукой и умолк.

В автобусе стало темно. Сильный ветер поднимал бурые тучи ржавчины над остовами автомобилей, гудел и выл, раскачивая искореженные металлические клочья, гнал по бетонному полотну стеклянную крошку...

- Как там, на Марсе?
- спросил водитель.

- Солнца маловато.

Некоторое время все молчали. Автобус преодолевал спуски и подъемы, осторожно объезжая груды лома, грязные, маслянисто блестящие пятна и белесые полосы битого стекла.

Когда проезжали мимо горы покрышек, старик засопел, пересел вперед и, обернувшись к сидевшим в салоне, заявил:

- А ведь я в эпицентре был! Правда, до меня тогда ничего не дошло, мне уж потом объяснили.

- Что вы говорите?
- привстал интеллигент с портфелем и тут же от толчка снова упал на сиденье.

- А то! У меня бензоколонка на тридцать пятом шоссе была. Неплохо зарабатывал, сейчас столько на овощах черта с два выжмешь, хотя, конечно, для здоровья овощи полезнее бензина.

- Так что же там у вас произошло?
- блестя очками, спросил интеллигент.

- Славный был денек, - вздохнул старик.
- Погода хорошая, машины одна за другой ко мне на колонку заворачивали. Тут подъезжает Боулдер на своем "мицубиси"...

- Хорошая была машина, - подхватил водитель, - теперь таких не увидишь.

- Почему не увидишь?
- ответил широкоплечий.
- У меня в гараже, например, стоит.

- ...а тут появляется красотка, - продолжал старик, - из этих, что на автостопе промышляют. Сумка белая, глаза голубые. Ну, а Боулдер мимо юбки проехать не может. Я помощнику говорю, смотри, сейчас Боулдер подцепит ее, а потом всю неделю будет байки рассказывать, Боулдер вроде уж и тормозить начал, но тут его машина вдруг на поле въехала, кувыркнулась и ба-бах! Участок рапса дотла выгорел... и Боулдер, бедняга, теперь никому ничего не расскажет.

Пассажир с портфелем молча слушал старика.

- А потом на меня с помощником как понесло старую машину техпомощи! Мы еле увернулись, а ее юзом развернуло - и в стену! За ней ехала цистерна с молоком, так она прямо в старый каштан врезалась. Водителя ну просто выстрелило из кабины на дорогу...

- А что еще вы заметили?
- нервно спросил интеллигент.

- Море молока!

- Да нет, что-нибудь такое...

- Какого еще "такого" вам надо, когда из машины Боулдера пламя бьет как из паяльной лампы, красотку, что он не успел подсадить, наизнанку выворачивает, а шофер молоковоза кровью на бетоне истекает! Пока до полиции дозвонились да пока там раскачались, к нам уже не подобраться битых машин на несколько миль - какие столкнулись, а какие и сами по себе развалились... Раненые кричат, ругаются, неразбериха!..

- Да-да, - грустно покачал головой интеллигент, - вот так или почти так везде и было, один за другим, одна за другой...

- Ух ты!
- вдруг воскликнул широкоплечий.
- Так ведь вы же профессор Уилэби! Я вас на Луне в новостях видел. Вы этот, как его... председатель комиссии по расследованию! Точно!

- Бывший председатель, - тихо сказал профессор.
- Комиссия по расследованию закончила свою работу из-за отсутствия предмета расследования.

- Как это отсутствия?
- проворчал старик, делая широкий жест рукой.
- А это все? Что они там все с ума посходили? Вы, ученые, придумайте, что полагается, даром что ли учились! Трамваи, может, пустите. Помню, трамваи давно были, в мое время... на электричестве. А?

Профессор Уилэби мрачно покачал головой.

- Ничего не выйдет. Эпидемия поражает любое транспортное средство. Механическое, с мотором. Проводились исследования...

- Доисследовались!
- со злостью сказал старик.

Пассажиры неодобрительно посмотрели на него, затем перевели взгляды на профессора. Женщина в парике кашлянула и спросила:

- Так чего же они... взбесились?

- Я же говорю - эпидемия! Ну, если откровенно, до сих пор удовлетворительного объяснения нет, поэтому я считаю мое достаточно правдоподобным. Хотя с другой стороны...

- Ближе к делу, профессор!
- перебил его водитель.

- Да, да, извините!
- Профессор снял очки, подышал, протер стекла чистым носовым платком и продолжал: - Я не автоконструктор, не металловед и не социолог. Я биолог, точнее - ратуссолог...

- Как?
- удивился широкоплечий.

- Специалист по крысам.

- Хе!
- хмыкнул старик.
- Хе-хе! Крысовед!

- Вот именно!
- профессор и не думал обижаться.
- У крыс, да и у некоторых других животных наблюдается странное, до конца не изученное явление. Как только их численность на единицу площади достигает критической величины, они словно сходят с ума и начинают уничтожать друг друга. Вот и машин сейчас расплодилось больше, чем людей! Выхлопные газы отравили атмосферу! Шагу ступить нельзя, чтоб не попасть под колеса. А что животные, что машины - законы природы едины. Началось в одном месте и пошло! Безумие заразительно... Вот потому-то я и говорю, что это похоже на эпидемию.

Несколько минут в автобусе было тихо, только гудел мотор, и ветер тонко выл в неплотно задвинутом стекле.

- А что у ваших крыс, - осторожно начал широкоплечий, - они что, пока друг друга не уничтожат, не успокоятся?

- Ну что вы!
- воскликнул профессор.
- Крысы - очень интересный объект исследования. Как только численность популяции... ну, количество их придет в норму, они сразу теряют агрессивность. Очень толковые существа, - явно гордясь крысами, закончил профессор.

- Допустим, - снова сказал широкоплечий, - чего же тогда машины не остановились?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.