Загадка пенсиона 'Вальдберг'

Делирий М

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Delirius M

Загадка пенсиона "Вальдберг"

Пролог

Время текло как всегда неумолимо. И вот настал момент, когда финансовые проблемы заставили меня сменить мою квартиру, на более скромную, однокомнатную. Чтобы из однообъёмного помещения сделать двухобъёмное, я купил разделяющую панель, ансамбль полок различной конфигурации. Эта деталь меблировки отделила нишу-спальню от центральной части комнаты. Но, чтобы полки вписались в интерьер их нужно заполнить чем-то соответствующим. Большей частью я решил заполнить их книгами, а отчасти какими-нибудь безделушками. Что касалось книг, то, это проблем не вызывало, их имелось в достатке. А вот насчёт безделушек встал вопрос. Решать его, в ближайшие выходные дни, я пошёл на "блошиный рынок". Безделушки решил закупить у какого-нибудь старца. "У него они должны быть более "со вкусом", - думал я.

Итак, - фломаркт - "блошиный рынок" и старик, торгующий мелким антиквариатом. К этому навязывалась ещё одна идея фикс: выручить этакого старца, продающего, возможно, последнее, чтобы прожить. Хотя, здесь, в Германии, это ...

Не окажется "деда" на рынке с тем, что мне нужно - уйду, ничего не купив. Дело не срочное, потерпит.

Но в первое же посещение, на "фломаркте" оказалась персона, которую, я искал. Старик, торговавший мелким антиквариатом, оказался таким, каким его рисовала моя буйная фантазия и даже более того. Его пальто и шарф, обмотанный вокруг шеи, а так же шляпа, по-видимому, образец моды прошлого века, походившая на котелок, но лишь походившая, так как на неё видимо садились, имели такой вид, что я невольно подумал, что его в таком виде могут и задержать. Он был стар, но возраст его определить было не возможно даже приблизительно. Копна седых волос, закрывавшая полностью уши, удивляла своей густотой. Очки "а-ля Джон Леннон" и шерстяные перчатки баз пальцев, завершали оригинальный портрет старика.

Когда я стал торговаться на счёт десятка фигурок, он предложил мне купить "оптом" целую коробку.

- Эта коробка будет стоить несколько дороже, чем те фигурки, которые вы хотите приобрести, сэр, но в ней находиться гораздо больше вещей. И скажу вам честно, здесь не только фигурки, которые вас интересуют, но и множество других ценностей. Я имею в виду "ценностей" из-за их старины, - произнёс вкрадчиво старик.

- Старины, какой?
- поинтересовался я.

- Некоторые вещицы пережили две "мировые войны", - с гордостью произнёс он.

- Ого, это интересно. Но, если можно, то, поподробнее. Какие времена заключены в этой коробке?

- Если сэр желает знать подробнее, то я могу сказать, что самые молодые, это вещицы шестидесятых годов, но есть кое-что и с конца прошлого века.

- Вы хотите сказать, что в этой коробке более ста лет?!

- Да, не меньше!

- И сколько же стоит это бесценное собрание?

- Двести марок. Из примерного расчёта, две марки за год.

"Ну, отец, ты и загнул, ? подумал я.
- За коробку хлама, пусть даже столетнего - двести марок!"

- Я считал, это стоит, ну, максимум - сто! Может быть даже - пятьдесят!

- Да, так может показаться, если не знать содержимого, - заскрежетал старик.
- Здесь имеются поистине старые вещи. Я не знаю, какую истинную цену они имеют сейчас. Я, знаете ли, не интересуюсь последними новостями нынешней жизни, но, я уверен, да-да, уверен, что эта коробка стоит больше чем двести марок. Нужно лишь внимательнее рассмотреть его содержимое. Например, здесь имеются старинные журналы, фотографии. Тут он перешёл на шёпот:

- Фотографии красавиц тех времён, и, причём, в довольно нескромных одеждах и позах...

Уловив, по-видимому, затухающую искорку в моих глазах, он решил быстро исправить положение:

- Но если вас не интересуют щекотливые вопросы жизни, то, подумайте хотя бы, что некоторым вещам по сто и более лет! Взгляните же сэр!...

Заметив в словах старика нотки отчаяния, я почувствовал, как меня тронула жалость.

- Хорошо, если это действительно так - ваше предложение будет интересно, ответил я, скрипя сердце, польстив жалкому созданию.

В коробке были уложены несколько книг и журналов, а так же множество всякой мелочи. И что-то, исподволь кольнувшее, заставило меня дать старику двести марок и забрать коробку.

Дотащив с трудом, купленную мною груду старинных вещичек до машины, при этом, ругая себя за то, что отдал двести марок за какой-то хлам, а потом до квартиры, я сразу же взялся за его ревизию и расстановку кримс-крамс (так называют немцы мелкие безделушки в виде фигурок, статуэток, сувениров) на полках. Расправившись с ними, уже вечером решил просмотреть несколько журналов, входивших в эту коллекцию. Листая архаический номер журнала "Стрэнд мэгэзин" за 1896 год, я заметил, что после девятой страницы шла двенадцатая и этот лист, был слишком жёстким и тяжёлым. Перескок был понятен, - страницы склеились. Пролистав ещё два листа, мне вновь попался такой же тяжёлый, а через два следующих ещё один. Заподозрив в этом хитрость, созданную не случайно, я вернулся к первому тяжёлому листу и осмотрел его грани. У основания страниц, нашёл малюсенькое "окно" и, просунув в него тонкий ножик, стал разделять их.

Края страниц не разделялись и не разрезались, они просто ломались, крошились. Листы были склеены, видимо клеем, который пересох за долгие годы и представлял уже не соединительную прокладку между страницами, а нечто целое с ними. Разломав, таким образом, одну сторону листа, я развёл его страницы и обнаружил внутри третий лист. Внутренний лист не был приклеен и я осторожно вытащил его. На нём оказался напечатан, какой-то текст, несколько необычным шрифтом. Я прочитал заглавие: "ЗАГАДКА ПЕНСИОНА "ВАЛЬДБЕРГ". Заглавие мне ничего не говорило, но заинтриговывало. Не колеблясь больше ни секунды, я взялся за чтение текста, напечатанного явно не на принтере, а на старой пишущей машинке.

ЗАГАДКА ПЕНСИОНА "ВАЛЬДБЕРГ"

Глава 1

- Не кажется ли вам, Уотсон, что небо над Лондоном просто прохудилось? произнёс Шерлок Холмс, тем самым, нарушив тишину нашей гостиной, в которой на протяжении целого часа царствовал потрескивающий камин.
- Небо прохудилось и прогнулось в виде воронки. Теперь вся дождевая вода стекает на наш город. Дождь идёт, если вы смогли заметить, целую неделю не переставая ни на минуту.

- Осень, - ответил я вздыхая.

Холмс поднялся из своего любимого кресла, раскуривая уже пятую подряд трубку, подошёл к окну и глянул через промокшее стекло. Бейкер-стрит была пуста. Кроме тускло пробивавшихся пятен света уличных фонарей, сквозь темноту и клубящийся по улице туман, а также, отчасти проступавших из сумрака нескольких домов грязнокоричневого цвета на противоположной стороне не видно было ни зги.

- И результат этой дрянной погоды налицо!
- продолжал он.
- За всю неделю ни одного преступления. Мелкие кражи, о которых пишут газеты, не в счёт. Вы же понимаете, что я не буду бегать за карманниками.

- По всей видимости, вы переловили всех более-менее серьёзных злодеев и должны быть довольны результатами своего редкостного таланта.

- Нет, Уотсон. Работа для моего мозга должна быть. Неужели вы хотите сказать, что мир начинает излечиваться от этого порока? Не думаю. Я начинаю склоняться к мысли, хоть это звучит наивно, что всё дело в погоде. Именно в ней. Я не занимался статистическими исследованиями влияния плохих погодных условий на количество преступлений, но, думаю, что хоть небольшая, а всё-таки связь имеется. Может написать монографию по этому поводу, озаглавив её "Непогода и преступность"? Уотсон, вдумайтесь! Ведь должна же существовать хоть какая-то связь между отвратительной погодой и отсутствием, например, краж со взломом в квартирах и домах?

- Вы хотите сказать, что преступник из-за непогоды не захочет высунуть носа из своей берлоги?
- своим высказыванием я попытался показать, что предугадываю ход мысли моего друга.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.