Знакомое лицо

Нилин Павел Филиппович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Павел Нилин

Знакомое лицо

Еще с вечера Бергер объявил теще, что завтра утром, в воскресенье, его приедут снимать.

- Как снимать?
- чуть встревожилась теща.

- Ну как снимают! Для кино! На заводе меня уже сняли около моей машины: включаю ток, заправляю деталь, делаю опытную шлифовку... Мне только жалко, что Анечка на курорте...

- При чем же здесь Анечка?

- Как при чем? Моя жена, ваша дочь. Меня же хотят снять в домашней обстановке, прямо здесь, на даче. Чтобы видно было, как мы живем семейно. Анечке бы это понравилось...

- Да уж, Бергер, ты достиг своего, - сказала теща.
- Вот именно ты достиг, чего хотел. Мне это тоже приятно. Я рада за тебя...

- Только, Марья Ивановна, я вас прошу, - озабоченно заморгал белесыми ресницами Бергер.
- Надо будет... Словом, я бы хотел устроить этим, которые приедут, небольшой, приличный завтрак. Ну, редисочку, салатик, яичницу какую-нибудь с колбаской, как вы умеете. И это самое... коньяк я тоже купил. Две бутылки. Думаю, хватит...

- И у нас еще в буфете початая бутылка, - вспомнила теща. И вынула из буфета бутылку.
- Не понимаю, я без очков. Это вроде тоже коньяк?..

- Это "Мукузани", - издали определил Бергер.
- Это мы еще при Анечке фотографа угощали...

- Ты смотри, Бергер, как к тебе зачастил народ!
- восхитилась теща.
- И фотографы, и корреспонденты, и теперь - кино.

- Я же вам говорил, Марья Ивановна, что вы еще будете гордиться своим зятем!
- улыбнулся Бергер. И чуть приподнял, как перед фотообъективом, свою птичью голову с рыжим хохолком.
- Я же вам говорил! А вы смеялись...

- Да никогда я не смеялась. С чего ты взял? Я только не люблю, когда хвалятся. Но раз сделано дело, это очень хорошо, что тебя так приветствуют. И другим пример полезный. Напрасно ведь не будут снимать. Это же все делается для агитации, для того, чтобы все видели: вот, мол, Бергер изобрел машину шлифовальную, и она уже действует. И у кого еще есть сила и возможность, пусть тоже изобретают. Ясно и наглядно. Но грязные ведра с землей надо бы убрать с веранды. И вообще надо прибраться во дворе, подмести. Чтобы в кино было видно, если снимут, что изобретатели живут у нас культурно. Ведь сколько раз я говорила: надо побелить кирпичи вокруг клумбочки. Мне же самой, ты знаешь, некогда. И завтра, несмотря на воскресенье, меня просили сходить к слепым. Там же двое - мои товарищи...

- Нет, вы уж завтра утром не уходите, - запротестовал Бергер.
- Без вас это будет неудобно. А кирпичи я сейчас побелю. И за песком схожу.

Только в первом часу ночи Бергер лег спать. Но уснуть не мог. Было душно в нагретом за день жарким солнцем домике. И зудели над ухом комары. И надсадно ревели тяжелые самолеты, кружась над Внуковским аэродромом.

Бергеру вспомнились его покойные родители: отец, сожалевший, что сын не захотел стать портным, и мать, мечтавшая направить сына по музыкальной части. Как они огорчились, что сын, окончив всего семь классов, свел знакомство с уличными, как им казалось, хулиганистыми ребятами, старше его по возрасту, бросил школу и пошел работать на завод! И что он там зарабатывал - какие-то пустяки! А приходил каждый день такой грязный, что мать не могла его отмыть. Не могла наготовить горячей воды. И еще он стал выпивать с этими ребятами, болезненный, худенький мальчик, в раннем детстве страдавший золотухой. Мать постоянно плакала, а отец сердито молчал или изредка произносил презрительные слова на не очень понятном мальчику языке.

Вот пусть бы родители сейчас посмотрели на него! Пусть бы они вошли в этот домик завтра утром, когда приедут из кино специальные люди, чтобы снять Бергера. И это кино увидят потом повсюду. Его, может быть, увидит Гуревич в Саратове или даже Подойницын в Свердловске. Пусть вспомнит Подойницын, как он выгнал Бергера с завода за то, что он, Бергер, будто бы лодырь, за то, что он во время рабочего дня часто крутился около чужих станков и, бывало, лез не в свои дела. И пусть Гуревич вспомнит, как они ходили с ним одну зиму в музыкальную школу, а потом Бергер по своей воле перестал ходить, а Гуревич окончил эту школу и однажды сказал Бергеру: "Ты только подумай, кем станешь ты и кем стану я. Ты только подумай!"

Бергер ворочался в постели и мечтал о том, чтобы Гуревич в Саратове обязательно посмотрел эту кинокартину, где друг его детства, теперь изобретатель шлифовальной машины, снят в домашней обстановке.

Перед рассветом дремота все-таки сломила Бергера, и он уснул.

Проснулся Бергер от пошлепываний мокрой тряпкой по крашеным доскам. Это теща мыла полы.

- Сколько времени?
- спросил Бергер.

- Спи. Еще рано. Никто покуда не приехал...

- Ну, знаете, - сказал Бергер, - так можно и проспать! Надо посмотреть, все ли у нас в порядке. Во время съемки, имейте в виду, все обязательно должно быть в полном порядке.

- Все уже в полном порядке, - улыбнулась теща.
- Сейчас домою полы, будем завтракать.

Бергер всунул худые, тонкие ноги в тапочки. В одних трусиках, похожий на мальчика-подростка, прошел, осторожно ступая по только что вымытому полу, во двор и оттуда крикнул теще в открытое окно:

- Я не буду сейчас завтракать! Я позавтракаю с ними...

- С кем это еще?
- спросила теща, высунувшись в окно с половой тряпкой в руках.

- Ну, с этими, которые к нам приедут.

Бергер освежил лицо и шею под дребезжащим жестяным умывальником, прибитым к дереву. Вытерся мохнатым полотенцем и, проходя в дом мимо тещи, сливавшей грязную воду на клумбу, сказал:

- И еще, Марья Ивановна, я чуть не забыл. Я хотел вас попросить. Сходите к Верочке, скажите, что у нас будет съемка, пусть зайдет.

- Это еще зачем?
- сердито удивилась теща, оправляя юбку, подоткнутую во время мытья полов.
- Для чего она нам нужна?

- Анечка бы ее все равно позвала, поскольку она ее подруга, - сказал Бергер.
- Может быть, ей интересно присутствовать. И, может, ее тоже снимут.

- Это уж слишком много чести для Верочки, - нахмурилась теща.
- Не видели еще в кино эту вертихвостку...

- Сходите, сходите, - настойчиво попросил Бергер.
- Что нам, жалко, если человек снимется? Это даже будет очень интересно. А то она еще обидится!

- И пес с ней, если она обидится!

- Нет, это будет нехорошо. Анечка бы ее обязательно пригласила. Подруга и знакомая. И сверх того - соседка.

Бергер тщательно побрился недавно купленной электробритвой. Надел свежую рубашку, завязал галстук. И, несмотря на жару, облачился в темно-синий шерстяной костюм, приобретенный еще до женитьбы. Потом он осторожно отлил из флакона на ладонь несколько капель одеколона и, счастливо жмурясь, обтер лицо и шею.

Будильник, стоявший в столовой на радиоприемнике, показывал пятнадцать минут десятого.

- Когда же они приедут?
- спросила теща, уже переодевшаяся в праздничное пестрое платье, вышедшее из моды и поэтому подаренное дочерью матери.
- Они какое-нибудь время назначили?

- Они сказали, что приедут утром, если будет достаточно солнечная погода.

Погода была солнечная, очень солнечная, но кинооператоры не ехали. Бергер еще раз внимательно осмотрел весь дом и дворик и вышел за калитку.

Мимо шли нарядные люди с поезда, с электрички, проходившей по насыпи почти у самого дома Бергера. Только широкое серое шоссе, обсаженное юными соснами и березками, отделяло дачи, тесно лепившиеся друг к другу, от насыпи и электрички.

Бергер, строгий, торжественный, несколько раз взад-вперед прошелся вдоль соседних зеленых штакетников и заборчиков, сплетенных из ржавых проволочных заграждений, приблизился к киоску, где стояло уже много людей с бидонами и кастрюлями в очереди за пивом. И вот в тот момент, когда дошла его очередь, когда уже он отдал деньги буфетчику и принял из его рук тяжелую и холодную кружку с пивом, подле дома номер шесть остановился темный старенький запыленный автомобиль.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.