'Ахматовская культура' или 'Не ложи мне на уши пасту !'

Михайличенко Елизавета Юрьевна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Елизавета Михайличенко, Юрий Несис

"Ахматовская культура" или "Не ложи мне на уши пасту!"

Детектив-каприччо

1. Сумасшедшая сука.

Умница уникален. И хотя не очень понятно почему его алия должна была завершиться у нашего порога, да еще в предрассветном кайфе отпускного утра, я даже слегка обрадовался. Скучно не будет.

Ленка, при виде своей старой гитары, взвизгнула от восторга и принялась потрошить холодильник, а Умница, прижимая одной рукой ностальгический термос с китаянкой и цветочком, а другой -- собачье отродье по кличке Козюля, в лицах повествовал, как он здорово нас нашел:

- ... а он говорит: "Не знаю и знать не хочу ни Бренера, ни русских маньяков, звонящих по ночам, потому что дешевле..."

Осознание, что в упорном поиске нашей семьи Умница перебудил с полдюжины других, примирило меня с его эйфоричным скотством. В конце-концов, найти меня по адресу, где я не прожил и недели и о котором знало во всем Израиле всего несколько человек с неизвестными Умнице телефонами - это ли не свидетельство гибкости ума и патоплатонической привязанности к моей жене Ленке.

Снизу раздраженно бибикнули.

- Мое такси,- пояснил Умница,- пусть бибикает, все равно мне его государство оплатит. Я ведь заявил, что еду в Эйлат, так шофер был очень рад покрутиться в центре... А у вас ничего городок, симпатичный. А название -совхозное. Маале-Адумим, "Красный подъем", это же надо!.. Что это он все время сигналит? А, я ведь в такси рюкзак оставил. Ну ладно, сбегаю отпущу.

В беззащитной тишине водила и Умница долго и грубо посылали русскую и марокканскую общины в разные географические и анатомические места. Окна зажигались, как счет на футбольном табло.

Из лучшей спальни (метраж, вид, балкон, "потерпите, мне уже немного осталось"), выплыла теща с челюстями в стаканчике. В моем, граненом, вывезенном с единственной благородной целью (принимать лекарство от ностальгии.

- Шобака?!- ужаснулась она, глядя на Козюлю со страхом и отвращением.

Козюля ответила ей взаимностью.

- Иж Рошшии што, вшех породиштых шобак уже вывежли?

- Мама, это приехал Умница,- объявила Ленка,- ну, Фима Зельцер, помнишь? Это моя, то есть теперь его гитара и его собака.

- Ах, Фимошка!
- расплылась теща, глядя на меня.- Надо же, нашел тебя вше-таки! Он так и оштался не женат?.. Ой какой термош! Помнишь, Леношка, у наш ведь тошно такой, вы еще не давали мне его вжять. А вот Фимошка... ( теща протянула руку к термосу.

Лучше бы она этого не делала. Козюля странно изогнулась, по-кошачьи, сбоку поддала по тещиному тапку и дико взвизгнула. Теща резво отпрыгнула, взмахнув рукой со стаканом, и новые ее челюсти брякнулись на каменный пол.

Пока мы втроем в приливе страха перед ценой зубоврачебных услуг ловили верхнюю челюсть, нижней занялась Козюля. Она подтянула ее к себе лапой, брезгливо подняв верхнюю губу осторожно взяла зубами, поскуливая перекусила и, поджав хвост, уставилась на нас исподлобья.

- Шука!
- только и сказала теща.

Втроем шагнули мы к суке, а она вдруг закатила глаза, завыла дурным голосом и, повалившись, стала дергаться. Отдергавшись, она быстро взглянула на нас и, правильно все оценив, принялась визжать и скулить.

А по лестнице уже громыхали туристские ботинки - это летел на подмогу своей твари Умница. Он бросился к ней и запричитал:

- Ну что, что тут с тобой делали эти люди, Козюленька моя, умница, ну, собачка, собачка хорошая, что случилось?!

Софья Моисеевна всхрапнула и ушла в ванную. Ленка испуганно смотрела на обломки челюсти в собачьей моче.

- Десять тысяч шах[1],- прокомментировал с дивана Левик,- и мат. Хорошо, что я не согласился на ваше гнусное предложение ждать с маарехет стерео[2] до переезда.

- Умница,- воззвал я нерадостно,- у твоей суки что, крыша поехала от счастья?

Умница, убедившись в целостности сукиной шкуры, жизнерадостно ответил:

- Она у меня вообще-то сумасшедшая! Припадочная. Я ее на дороге подобрал после аварии, с проломленной башкой. Аж мозг был виден! И сам вылечил. Я для нее луч света в темном царстве. И она без меня тут же деморализуется - все жрет. И ничего с этим не сделать, потому что на привязи она воет, а в наморднике гадит.

- Она и без намордника гадит.

- Бывает,- легко согласился он.- Я лужу вытру, Ленка, тащи тряпку. У нее от страха эпилептические припадки с недержанием мочи. А это что за дрянь тут валяется?.. О боже, зубы! Козюленька, покажи зубки!- он полез суке в рот, пересчитал зубы и просиял.- Это не ее!

- Это мамины!- надрывно зашептала Ленка, косясь на ванную.- А твоя собака их сожрала!

- Я склею!- пообещал Умница.- Тут же полно хороших клеев!

Ленка махнула рукой:

- Какое там склею! Теперь придется снова делать!

Дверь ванной жалобно скрипнула.

- Да уж!- легко и весело согласился Умница, развязывая рюкзак.( Придется! Это уж как пить дать. Как же маме кушать без зубов? Ну, здесь ведь с этим проблем нет - полно стоматологов понаехало - пойдет и вставит.

-- Дурак,-- страшным шепотом объявила Ленка,-- у нее же теперь жених! Как она завтра на свидание пойдет?

-- Жених!?-- восхитился Умница.

-- Тише. В Израиле это нормально -- здесь женятся в районе двадцати и семидесяти. Такая статистика. И ты со своей сукой можете ей всю жизнь испортить!

-- Ну уж,-- заморгал Умница,-- так уж и всю. Во всяком случае, первые семьдесят лет ей испортил не я,-- он вытащил из рюкзака связку копченой колбасы и потянул носом.- Спорим, у вас тут такой не делают? Давайте чай пить! А маме мы на мясорубке прокрутим и на хлеб с маслом намажем. Где тут у вас мясорубка, я прокручу!

- Сегодня будет вместе со всем багажем,- пообещала Ленка.- Мы тянули до последнего - чтобы уже в новую квартиру. Даже штрафы платили за хранение. Мы ведь всего несколько дней, как в Маалуху переехали...

- Некстати,- заметил Умница.- Нам ведь теперь всех наших созвать надо. Позвоните, чтобы привезли завтра. Но сначала позвоню я, а то все по работам расползутся...

Судя по количеству звонков, их клуб самодеятельной песни прибыл сюда в полном составе, как на гастроли.

- Умница, прекрати!- каждый раз требовала Ленка.- Ну посмотри, куда ты людей тащишь!

- Поздно, поздно отменять,- отмахивался Умница.- Алло, Лелю пожалуйста. Куда звоню? В Хеврон. Это Хеврон? Ну вот. Ты ей кто? Друг? И я ее друг, Фима Зельцер, она тебе про меня рассказывала?..

- Елка?! Здесь?!- ахнула Ленка.- На территориях?!

Действительно, трудно было представить Елку Смирнову донских казачьих кровей среди самых крутых поселенцев.

- Как она туда попала?
- заверещала Ленка.

- Еще не знаю, мне только что Капланчики телефон дали,- констатировал Умница.- Она уже пару недель тут. Проводил ее туристкой к Капланчикам, а она уже и не у них... То ли поссорились, то ли рыжие тут нарасхват...

Ленка обиженно засопела:

- Капланчики мой телефон знают - тоже куда-то пропали...

- Все, все будут. Ты, Леночка, лучше бы что-то приготовила, жрать же все захотят. Ты ведь наших знаешь - им лучше жрать дать, а то они сами найдут...

Умница так ловко управлялся с Ленкой, что я с горечью осознал ( последние двадцать лет супружеской жизни можно было провести гораздо спокойнее.

- А ты, Боря, лучше бы за бутылкой сгонял - все-таки столько не виделись,- снизошел он и до меня.

- Для кого лучше?
- поинтересовался я, не собираясь обеспечивать алкоголем всю эту шестидесятчину.

- Для людей лучше, Боря,- доступно объяснили мне.

... К полудню в доме царил багажный карнавал. Казалось, что любимый фарфор заменил Софье Моисеевне челюсти. Ленка и Левик с визгами: "Это же мой, мое, мои" носились по комнатам. Ленка - между кухней и прислоненным к стенке в коридоре зеркалом (обязательно разобьется, ну и пусть). Левик нагромождал свои вещи во всех углах. Теща втихаря вила гнездышко в лучшей комнате. Умница, в обнимку с термосной китаянкой, дрых в полкомнате на раскладушке. Козюля отдыхала под ее брезентом.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.