Паутина

Мэри Шелли

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Мэри Шелли, Перси Шелли

П А У Т И Н А

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ:

РОБИН ГУД

в темноте

на верхней полке вагона

проснулся от крика

и слушая

как перестук колес

ткет одеяло

из тишины

понял

что никогда уже не узнаю

кто кричал -

я сам

или кто-то другой

или приснилось

(Виктор Степной, "Голоса тишины")

Клетка 1. СПЕЦИАЛИСТ ПО ХУДЛУ

Что-то колет в левом боку... Все колет и колет...

Я окончательно стряхнул сон и повернулся. Движение отозвалось болью в висках. Вперед тебе наука: не пей кофе два раза подряд в одном и том же Нет-кафе.

Но как аккуратно научились работать, гады! Раньше бы с помпой, с дубинками, руки за спину, башкой об железную дверь. А теперь - прыснули какой-то гадостью, и все, вырубился. И даже не знаю, сколько так валялся...

А что же это там колется все-таки? Я пошарил во внутреннем кармане пиджака.

Ага, в протоколе эти щупальца с переходниками назвали бы "универсальным устройством для нелегального подключения к Сети". Забавно: столько раз спал в одежде, и каждый раз какая-нибудь такая штука в кармане обязательно мешает лежать. Лет сорок назад, к примеру, была очень похожая коробочка с тремя выводами - только для мага. Хорошо еще, что я зашел в Нет-кафе на обратном пути от Саида, а не по дороге к нему, когда в кармане лежал пакет такой травки, с которой можно было бы загреметь по-крупному. Но теперь травка благополучно обменяна на этот сетевой микшер, помесь модема с новыми саидовскими примочками. А насчет нелегальности "каракатицы" можно еще поспорить. Странный он все-таки, Саид - денег не берет, но обожает обмен...

В двери пискнул замок, и в комнату вошел человек в серой форме.

- Проснулся, что ли? Пошли тогда... да пошевеливайся!

Комната, в которую меня привели, оказалась почти такой же, как та, где я спал. Только с окном: в одну из стен был встроен большой голографический экран. У экрана стоял крупный лысый мужчина и наблюдал бегущих антилоп.

Второй мужчина, в пиджаке, сидел за столом перед монитором поменьше..

- Кто такой?
- спросил пиджак, взглянув на меня, но обращаясь, очевидно, к лысому.

Лысый вынул из "дипломата" карточку-личку (ага, все-таки пошарили у меня по карманам!) и передал спрашивавшему.

- Якобы профессор. Бывший. Специалист по худлу.

Надо же, "по худлу". Как быстро слово заражает язык! Еще, кажется, вчера его не было, зато была "художественная литература". А потом вдруг раз!
- и уже везде "худл". А мы-то радовались - ну как же, Сеть, независимые публикации, всеобщие электронные читальни, всемирные архивы классики...

И главное, как незаметно это всегда подкрадывается, и совсем не оттуда, откуда ждешь. Помню, в школе обсуждали Бредбери, сколько-то там по Фаренгейту. Потом еще "Имя розы", где библиотека горела...

Оказывается, все проще. Никакого шума, никаких горящих библиотек. Просто это стало никому не нужно, безо всяких запрещений и катастроф. Контент им нужен, Конь-Тент. Кристаллизация фактов, пьюрификация образов. Плюс все на скорости, на многоканальности - значит, надо успеть заманить, но не навязываться, шокировать - но не надоесть. Цифр и зрелищ, и без занудства!

Никаких тебе романов, поэм и пьес, только шутеры: короткий эротический эскиз, анекдот, подпись к картинке. В крайнем случае интеллектуально-психологическое эссе-афоризм. Но и то не больше двух скринов подряд, потом снова "просвещение". Позже они научились и сами шутеры нашпиговывать "просвещением": где название-имя упомянут невзначай, где еще потоньше суггестия - фирменный цвет, лозунг и прочие трюки нейролингвистического программирования...

А все остальное - бред предков. "Худл", как выразился в конце века один журналист-жополиз из столичного дайджеста. Но насчет сжигания ошиблись и жополизы, и Бредбери. В этом веке к мусору относятся с благоговением.

Каждому мусору - свой ресайклинг. Вот и худл-архивы - идеальное сырье для программ, генерирующих шутеры... Да такие шутеры, что после них поневоле задумаешься - может, и впрямь сжигание литературных архивов было бы благом...

- Уснул, что ли, умник?! Отвечай, когда с тобой говорят! Где и как ты связался с Вольными Стрелками?!

- Остынь, Сема! И давай поспокойнее, не обижай уважаемого гостя, одернул пиджаковый лысого, отрываясь от экрана, где мелькали страницы моего персонального файла.

- Куда уж спокойнее, когда эта зараза, Малютка-Джон, до сих пор на свободе!

Лысый подскочил ко мне и изо всех сил вцепился в край стола. Его полированная голова зависла прямо у меня перед носом, и я невольно восхитился тем, какая она гладкая и блестящая. На такие лысины нужно обязательно вешать табличку "Руками не трогать."

- Если бы нормальный хакер был, кем-то обиженный, с какой-то особой целью бомбил, это понять можно!
- гремел лысый.
- Даже сумасшедший Монах Тук - тот хоть религией свои выходки оправдывает, в дискуссии вступает; говорят, он больше не трогает, если правильно ответишь на его вопросы. Но этот же громила Джон просто развлекается! Я был еще спокоен, когда он сорвал телеконференцию в "ЦЦЦ,Ц": все-таки не мы их обслуживаем. Да и правда смешно было: парень на три часа обесточил их главный офис с помощью старинного кипятильника! Просчитал нагрузку на электросеть и включил обыкновенный кипятильник в обыкновенную розетку в смежном помещении. Все порталы хохотали. Но когда он наш банк данных... это же какая наглость! Двадцать человек с утра до ночи пашут в отделе безопасности, отсекают самые тонкие возможности влезть в систему - а эта сволочь под видом уборщика приходит во время обеда в мой собственный офис, посыпает каким-то порошком клавиатуру...

И на следующий день логинится с моим собственным паролем! Нет уж, я их всех передушу! С этого старикашки начну, Малютка-Джон будет следующим!

Несмотря на всю серьезность угрозы, я не мог скрыть смешок. Лысый замахнулся, но пиджаковый остановил его властным движением руки.

- Да чего ты с ним нянчишься!
- воскликнул лысый и подсел к столу рядом с пиджаковым.
- Он же издевается, смотри!

Но пиджак истолковал мою усмешку по-своему.

- Отнюдь, - возразил он, глядя на меня.

- Отнюдь нет, - сказал я.

- Что?!

Мои первые слова произвели впечатление: оба безопасника открыли рты и на мгновение стали похожи на рыб.

- "Отнюдь" - так не говорят, это все равно что "вовсе". Правильно говорить "отнюдь нет". Бунина почитайте.

- А-а, вот Вы о чем, - пиджак тоже улыбнулся.
- Ну, это Вам виднее, Вы же у нас профессор. И Ваша улыбка вовсе не издевательская, правда же, Виктор Франкович? Вы просто подумали, что сами Вы в этой игре - мелкая сошка, и нам все равно от Вас никакого толку. С другой стороны, Вольные Стрелки обязательно отомстят за Вас. Так?

Я неопределенно пожал плечами.

- И в чем-то Вы правы, - кивнул пиджак.
- Вы уж Сему извините, он любит на первого попавшегося все валить. А Вы ведь совсем другого профиля специалист, это понятно. Поверите ли, до того, как сюда попасть, я работал в отделе просвещения одной компании...

- В отделе рекламы, - уточнил я.

- О, это устаревший термин, и не совсем корректный с учетом современного подхода... Мы, знаете ли, теперь говорим "просвещение". Но это неважно, я лишь хотел сказать, что мы с вами в некотором смысле коллеги. Я по долгу службы тоже много времени проводил в худл-архивах, отбирал яркие выражения для наших... э-э... просветительских программ. Помню, в ролике о системах офисной противопожарной сигнализации очень хорошо подошло это... как же там было?... Ага, вот: "Рукописи не горят!". Должен признать, что работники современных просветительских организаций редко могут создать слоган столь лаконичный и в то же время берущий потребителя за самую душу. Так что я в определенной степени разделяю ваши привязанности.

- Но сейчас о другом разговор.
- Пиждак встал и прошелся вокруг своей половины стола.
- Мы очень интересуемся группой Робина. Сема тут покричал перед Вами... горячий он у нас, молодой, да и на Малютку-Джона у него зуб.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.