Бандитский Петербург

Константинов Алексей

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Бандитский Петербург (Константинов Алексей)

Авторское предисловие

Книга, которую Вы, Уважаемый Читатель, держите сейчас в руках, – это продолжение работы над темой «Бандитский Петербург», которую я начал еще в 1992 году. Эта книга – не гимн организованной преступности и даже не ее бытописание, это лишь попытка осознать то, что современная организованная преступность не может рассматриваться как чисто криминальное уголовное явление. Она уже давно влияет на экономику, а следовательно, и на политику, причем не только на региональном уровне, но и на федеральном. «Таковы реалии», как любил говаривать Михаил Горбачев. Осознать же эти реалии необходимо активно действующим в новых условиях людям – для того, чтобы принять грамотные решения по тому или иному вопросу, надо сначала грамотно изучить обстановку, а потом грамотно ее оценить. В противном случае решения будут приниматься вслепую.

Петербург – мой родной город, я не просто его люблю, я им живу. Поэтому, когда я пишу название книги – «Бандитский Петербург» – это, конечно, не означает, что для меня весь Питер – бандитский. Просто я пишу лишь об одной сфере, которая, к сожалению, все же присутствует в моем городе. Я не оправдываюсь перед Вами, Уважаемый Читатель, я просто отвечаю тем, кто считает, что такие книги, как «Бандитский Петербург», – пишутся для очернительства и для рекламы лидерам организованной преступности. Я категорически не согласен с таким мнением и считаю, что для того, чтобы бороться с болезнью, нужно прежде всего попытаться осознать и изучить ее симптомы.

В предлагаемом Вам новом издании Вы, Уважаемый Читатель, найдете много нового материала – прежде всего, часть, которая называется «Бандитские итоги конца 90-х»; ряд новых глав вошли в часть, которая называется «Питерская Кунсткамера». Существенно дополнена часть, которая называется «Хроника питерского беспредела». Я хочу выразить огромную признательность всем сотрудникам Агентства журналистских расследований, которые помогали мне в работе над новым изданием «Бандитского Петербурга». Наше Агентство стало в марте 1998 года независимым средством массовой информации и, я надеюсь, оно будет работать и развиваться дальше.

Я благодарен абсолютно всем экспертам, помогавшим мне в работе. Наверное, назвать всех поименно просто невозможно, а кто-то, может быть, не хотел бы, чтобы это произошло. Кому-то, вероятно, это будет безразлично, потому что не все из них дожили до выхода книги. Но я благодарен и живым, и мертвым.

Мне бы хотелось, чтобы чтение «Бандитского Петербурга» не было для Вас, Уважаемый Читатель, только развлечением, а принесло и какую-то практическую пользу. Я надеюсь, что работа над «Бандитским Петербургом» еще будет продолжена.

Андрей Константинов, ноябрь 1998 года,

Санкт-Петербург

Часть первая.

Изнанка столицы империи

… Много легенд ходит о том, как был основан Петербург. Говорят, например, что когда 16 мая 1703 года Петр I начал копать первый ров – появился в небе над государем орел, которого сумел подранить выстрелом из ружья некий ефрейтор Одинцов. Петр развеселился, счел поимку орла добрым предзнаменованием, перевязал птице лапы платком и посадил ее себе на руку… Хорошее настроение не покидало царя до вечера, когда началось большое гуляние, сопровождаемое пушечной пальбой…

Веселился царь, веселилось его «кумпанство», а по всей России известие о строительстве нового города вызывало проклятия и слезы. Уже к осени 1703 года на строительство Петербурга было согнано около двадцати тысяч «подкопщиков» – так в те времена называли землекопов. Однако через год Петр, недовольный темпами строительства, велел сгонять на работы не менее сорока тысяч человек ежегодно. Землекопы приходили к берегам Невы минимум на два месяца, работая от рассвета до заката. Учитывая длинные летние дни – работали они почти без отдыха и умирали сотнями от переутомления и недоедания. Цифры погибших при строительстве Петербурга называют разные – 60, 80 и даже 100 тысяч человек, но на самом деле в то время умерших просто не считали. Естественно, люди бежали и с самого строительства, и по дороге на него, – иногда в бегах числилась чуть ли не третья часть всей рабочей силы, – поэтому решено было вести рабочих людей (как правило, это были крестьяне со всей матушки-России) в Петербург закованными в кандалы. Кроме того, на строительстве активно использовались солдаты-дезертиры и пленные шведы. Из-за всего этого, наверное, и ходят до нашего времени по Питеру мрачные легенды о том, что стоит он на костях каторжников, бандитов и разбойников, чьи неуспокоившиеся души продолжают творить в городе злые дела. Некоторые из этих старых легенд были упомянуты в свое время Алексеем Толстым в романе «Хождение по мукам»: "Еще во времена Петра I дьячок из Троицкой церкви, что и сейчас стоит близ Троицкого моста, спускаясь с колокольни, впотьмах, увидел кикимору – худую бабу и простоволосую, – сильно испугался и затем кричал в кабаке: «Петербургу, мол, быть пусту», – за что был схвачен, пытан в Тайной канцелярии и бит кнутом нещадно.

Так с тех пор, должно быть, и повелось думать, что с Петербургом нечисто. То «очевидцы» рассказывали, как по улице Васильевского острова ехал на извозчике черт. То в полночь, в бурю и высокую воду, сорвался с гранитной скалы и скакал по камням медный император. То к проезжающему в карете тайному советнику липнул к стеклу и приставал мертвец – мертвый чиновник. Много таких россказней ходило по городу!"

Между тем реальных разбойников и бандитов в России периода строительства Петербурга было предостаточно. Причем, вопреки часто бытующему мнению, разбоем и воровством занимались отнюдь не только беглые крестьяне. Еще в 1694 году в Москве была раскрыта и ликвидирована, выражаясь современным языком, «бригада» братьев Шереметьевых, которые вместе с князем Иваном Ухтомским, Львом и Григорием Ползиковым, Леонтием Шеншиным и другими благородными господами приезжали «… средь бела дня к посадским мужикам и дома их грабили, смертное убийство чинили». Кстати, благородных бандитов наказывали совсем не так жестоко, как «подлый люд» – те же Шереметьевы были освобождены на поруки и переданию «для бережения» боярину Петру Шереметьеву – правда, с «казненными» (т.е, подрезанными) языками. Как все это напоминает день сегодняшний, не правда ли, Читатель? Россия меняется, а вот повадки российские… М-да… Чиновники конца XVII века были коррумпированными и жадными не менее нынешних – в том же 1694 году некий Федор Дашков совершил акт государственной измены и попытался бежать к королю Польши, однако на границе его взяли, допросили и послали в кандалах в Москву – в Посольский приказ по подследственности, так сказать. В столице, однако, Дашков был… освобожден, поскольку догадался дать думскому дьяку Емельяну Украинцеву 200 золотых… (В те времена это были огромные деньги. А в конце 1995 года один знакомый адвокат сказал мне по секрету: «Знаешь, сколько стоит освободить невиновного человека из тюрьмы? 8 тысяч долларов. Это при том, что судье даже не нужно закон нарушать»).

Коррупция и казнокрадство процветали на фоне волны грабежей и разбоев, захлестнувших страну. В 1705 году знаменитый прибылыцик Курбатов писал Петру I: «В городах от бургомистров премногие явились кражи вашей казны. Да повелит мне Ваше Величество в страх прочим о самых воровству производителях учинить указ, да воспримут смерть, без страха же исправить трудно». Обострение криминогенной ситуации одновременно снизу и сверху, естественно, вынудило Петра лично озаботиться «лучшим устройством» полиции. Считается, что петербургская полиция возникла одновременно с основанием города. Дело в том, что Петербург был заложен на территории Ингерманландской провинции, которая отнюдь не считалась тихой. В то время около берегов Балтийского моря шатались многочисленные шайки карелов, совершавших разбой, грабежи и убийства. Эти банды не щадили ни пола, ни состояния, ни возраста. По некоторым свидетельствам, они сдирали кожу с живых людей, вырезали внутренности, забивали в пятки гвозди. Их шайки достигали численности 50-100 и даже 200 человек. Они состояли в основном из беглых холопов, бездомных горожан и обнищавших крестьян, но попадались среди них и преступные потомки некогда славных родов. Ингерманландской провинцией управлял князь Меншиков, он и сосредоточил первоначально в своих руках всю полицейскую власть. Светлейший был обязан: «и по городу и по острогу в воротах, и по башням, и по стенам караулы держать неоплошно; чтобы караулы были в указанных местах во дни и ночи беспрестанно, чтобы в городе нигде разбою и татьбы, и душегубства и иного никакого воровства и корчмы, и зерни и табаку не было. А буде какие люди учинут красть и разбивать и иным каким воровством воровать, велеть таких людей имать и расспрашивать, и по них сыскивать; и учинить им по соборному уложению, кто чего доведется».

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.