Души Рыжих (Кай Санди - 5)

Иванов Борис Федорович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Борис Иванов, Юрий Щербатых

Души Рыжих

(Кай Санди-5)

Если на какой-либо из планет, входящих в состав Объединенных Миров, происходит что-то, не поддающееся нормальной человеческой логике, - значит, Федеральный следователь Кай Санди может смело собираться в дорогу, не дожидаясь особого приказа командования. Когда дело касается преследования "обычных" космических пиратов, грабанувших транспортник, или поимки зарвавшегося медвежатника, влезшего в хранилище межпланетного банка, о Кае Санди даже не вспоминают. Ведь ему, похоже, на роду написано всю жизнь возиться с темными личностями типа несчастных извращенок с планеты Химера-II, отрицающих само понятие "секс", или маниакальных любителей покопаться в чужих мозгах из секретного Комплекса исследований.

Способ, каким соединяются души с телами, весьма поразителен и решительно непонятен для человека, а между тем это и есть сам человек.

Блаженный Августин

Пролог

Легенды - приемные дочери истории.

Э. Понсела

Не верьте сказкам. Они были правдой.

Станислав Ежи Лец

- Упаси Господи, мистер!

Бармен огорченно опустил на стойку перед собой чисто протертую кружку.

- Нет, что вы, конечно, на лице у вас ничего нет, не написано Вы, мистер, наверное, с "Дункана"? С пересадкой на "Гром"? Нет, нет - я вовсе не ясновидящий. Просто в это время, в мертвый сезон, только пассажир с отмененного рейса может сюда забрести. А последним из рейсовых лайнеров здесь был именно "Дункан". Летите по казенной надобности, мистер? Нет, и это тоже у вас на лице не написано... Просто пассажирских рейсов на ближайшую неделю не предвидится... Вас, наверное, должен подобрать какой-нибудь из служебных рейсов? "Гром-14" скорее всего. Ребята с "Грома" как раз сейчас могли бы уже вот за этой самой стойкой пропускать по второй кружечке - кстати, что закажете для себя, сэр?

Ну вот видите: только мы вдвоем коротаем здесь этот вечер. Да, это вы верно заметили, мистер, - два старых чудака... Два чудака, одному из которых некуда податься из-за стойки своего бара, и другой, за которым не прилетел корабль... Одобряю ваш выбор - это лучшее темное, что у меня есть. Светлого я и сам не уважаю: всегда вызывает у меня воспоминания о верблюдах. Точнее, об их моче. Я ведь четыре года был погонщиком верблюдов на Харуре. Там это единственный вид наземного транспорта на дальних перевозках. Эко-диктатура - чего вы хотите... Местные умельцы из инженеров-генетиков, извините за выражение, вывели там породу этих тварей, устойчивую к тамошним морозам. Отменно нерадивые и злобные создания поверьте мне...

Старина Хенки задумался. Видно, ему было о чем вспомнить.

- Думаю, - продолжил он, тщетно выискивая изъян в проделанной над общеупотребимым сосудом работе, - там у них опять что-то серьезное. Нет, не у харурских верблюдов, конечно, - у ребят с "Грома"... Вы ведь, наверное, в курсе: "Гром" - спасательная посудина. Чуть где ЧП, и весь их график - коту под хвост. Хотя ЧП иногда имеет и свои положительные стороны.

Вот взять, хотя бы, Ржавого Русти... Уж на что не повезло человеку: в историю с "Констеллейшн" влип... Как мальчишка влип - а и то ведь с замечательными людьми знакомство свел...

Да, вы не ошиблись - с "Констеллейшн". Там, в этой истории, такие, извините, лбы сошлись - взять, например, господина Санди... Да-да, того самого. Про которого те два чудака книжки написали... Да, известный человечек. И - Русти говорит - интереснейшего характера... Что? Да нет, конечно, с первого взгляда этого незаметно было, говорит. Такие вещи, как вы выражаетесь, на лбу ни у кого не написаны.

Все, мистер, познается в деле...

Глава 1

КОШКИ И ПИРАТЫ

Кошка - это существо, которое играет с мышью и при этом думает, что она играет с человеком.

Леонард Левинсон

Оно и верно - тут Хенки был прав на все сто - на лбу Федерального Следователя Пятой категории Кая Санди не было написано ровным счетом ничего. Даже возраст этого сухопарого, чуть тронутого грустной сединой человека плохо читался в его стандартизированном до предела за годы службы Системе облике.

"Вот и Управление свою шестерку пригнало, Груз сопровождать", подумал Рекс Раусхорн, боцман Федерального Космического Судна "Констеллейшн", в миру известный как Ржавый Русти. О "дополнительном пассажире" он был поставлен в известность, как это всегда бывает с такими вот специальными агентами, в самый последний момент перед стартом.

Нельзя, однако, сказать, что и для Федерального Следователя знакомство это не имело никакого значения. Всю жизнь он был любопытен к людям. Должно быть, это качество и привело его когда-то - теперь уже давно - в Академию Спецслужб. К каждому из членов экипажа он старался присмотреться как можно внимательнее. Капитан Даниэльс, например, явно тяготился этим, так не вовремя - перед самым долгожданным шестимесячным отпуском - пришедшимся внеплановым рейсом. Вряд ли его досада была наигранной.

А вот Русти все было нипочем. Именно рейс и был для него - человека, ответственного за вопросы чисто хозяйственные, - временем "дольче фар ниенте", временем самопознания и отдохновения. Если не считать пары-другой идиотств, что случаются всякий раз - без того и рейс не рейс, - ну, например, потерянных ключей от капитанского сортира, никаких забот ему в полете не предвиделось.

"Хочешь - спи весь день, хочешь - пьесы пиши, - рассказывал он старине Хенки.
- Только у кэпа с секондом под ногами не крутись..."

Конечно, в реальности дело обстояло сложнее. В далеком рейсе неприкрытое ничегонеделание доброй половины экипажа не проходит незамеченным для вечно задерганного своими сугубо специфическими проблемами - в каждом полете разными - высшего командного состава и влечет за собой уйму мелочных придирок и изобретение массы головоломных заданий. Бессмысленных и пустых по сути своей. Именно поэтому каждый уважающий себя боцман или другая "шестерка", его замещающая, имеет в подобном полете четко разработанный план ИКД - Имитации Кипучей Деятельности, - долженствующей отвратить внимание руководства от той нирваны, в которой надлежит пребывать их - работников хозяйственной сферы - душам перед тем, как ввергнуться в ад предстартовых и послепосадочных забот по погрузке, разгрузке, регистрации, списанию и текущему ремонту всего того, что подлежало погрузке, разгрузке, регистрации, списанию и текущему ремонту на всякой порядочной космической посудине, преодолевшей положенные ей миллионы миль в скучнейшей пустоте межзвездного вакуума.

Теперь, стоя перед панорамным экраном грузовой диспетчерской, Русти потягивал через пластиковую соломинку солоноватый "Минеракс" безалкогольный и отвратительный, но бесплатный и полезный - и прикидывал в уме "план полетных мероприятий", который надлежало отправить на капитанский дисплей не позднее двух часов пополудни. Было уже два тридцать.

"Маразм, какой маразм..." - думал он, глядя, как громадный контейнеровоз втягивает на приемную аппарель последнее, что должно было быть погружено на борт "Констеллейшн" и ради чего и должен был состояться этот чрезвычайный рейс: огромный, с дачку средних размеров, без какой-либо маркировки стальной сундук.

Груз.

- Могли что-нибудь и написать на чертовом сундуке, - рассказывал потом Русти.
- Например: "Все - тут, ребята!" А еще лучше - попросту "Операция "ПЕПЕЛ"... Все равно каждая дрянь на "Транзите-200" знала, что именно отсюда и именно на "Констеллейшн" отправляют к Нимейе Миссию Спасения...

- Дрянь, может, и знала, - всякий раз соглашался с Русти в этом месте его рассказа старина Хенки, - но для кэпа Даниэльса этот полет был сюрпризом. И неприятным сюрпризом, доложу вам... Он, бедняга, помнится, так и сказал: "укатают меня эти "чрезвычайники"... И как в лужу глядел...

В лужу капитан Даниэльс, вообще говоря, не глядел. Просто, заскочив в последний свой свободный вечер в заведение Хенки (старая дружба связывала знаменитого капитана с не менее знаменитым в Секторе специалистом по недоливу спиртного), кэп обмолвился, что чувствует себя последним дурнем, когда приходится тащить на другой конец Галактики свору уполномоченных, каждый из которых считает себя главным на судне, а капитана использует как простого наемного водилу... Ну и добавил, конечно, что-то о том, что этак вот и до беды недалеко.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.