Неразрешимая загадка

Никольская Наталья

Серия: Бабуся [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Неразрешимая загадка (Никольская Наталья)

ГЛАВА 1

ПОНЕДЕЛЬНИК – ДЕНЬ ТЯЖЕЛЫЙ

– Будьте добры, Загорского Георгия Венеаминовича.

– Я Вас слушаю.

– Гоша, привет, это Малышев.

– О, сколько лет, сколько зим! – расплылось в улыбке лицо главного врача областной клинической больницы. – Как не стыдно забывать старых друзей! Ты когда последний раз мне звонил?

– Извини, Гош, совсем замотался, – пробормотал голос в телефонной трубке. – Я и сейчас по делу…

– Значит, вот как? – подозрительно спросил Георгий Венеаминович, но тут же сменил гнев на милость:

– Ладно, что там у тебя?

Повисла неловкая пауза.

– В чем дело? – не выдержал Загорский, поглядывая на часы: его рабочий день был расписан буквально по минутам. – Если это личное, давай пообедаем вместе.

– Да, нет, – выдохнул невидимый собеседник, – в том-то и дело… Понимаешь, у меня труп…

– Чей?

– Не мой.

– Глупая шутка, – Георгий начал выходить из себя.

– Елены Павловой. Медсестры. Работала в твоей больнице в терапевтическом кабинете, – четко отрапортовал Малышев.

– Леночки? Что случилось? По-моему, она ни на что не жаловалась, – удивился Загорский.

– Несчастный случай. Ее сбила машина.

– Все ясно. Вернее, ничего мне не ясно, – быстро поправился главный врач. – Что, все-таки, произошло? Можно я к тебе приеду после обеда?

– Я за этим и позвонил. Давай в два часа в моем кабинете встретимся. Устроит?

На это время у Загорского было запланирован очередной инструктаж младшего медперсонала. «Его можно и отложить», – обреченно махнул рукой главный врач и согласился.

Конечно, встречаться с другом детства в его рабочем кабинете он не привык. Но по пустякам майор милиции, старший следователь УВД Олег Павлович Малышев вряд ли стал бы вызывать. Поэтому Георгий разволновался не на шутку: мало того, что придется сообщить коллективу неутешительную весть о смерти медсестры, так еще надо будет ехать в милицию. «Понедельник – день тяжелый», – вспомнил Загорский народную мудрость.

– Георгий Вениаминович, здравствуйте, – вошла в кабинет хрупкая девушка и смущенно улыбнулась.

– Здравствуй, Диана, ты вовремя. Проходи, присаживайся.

– Что-нибудь случилось? – сразу насторожилась девушка.

Диана приходилась дальней родственницей Игорю Костикову, другу главного врача, и в клинике начала работать совсем недавно. Поэтому старалась свою работу выполнять на совесть, чтобы ни в коем случае не прослыть любимчиком. И занимать среди своих коллег привелегированное положение ей вовсе не хотелось.

– Понимаешь… – озадаченный Загорский начал нервно ходить по кабинету, – умерла Лена Павлова.

– Как это умерла? – не поняла Диана. – Мы только вчера виделись, и она была вполне здорова.

– Ее сбила машина.

– Где? Когда? – подскочила девушка. – Мы вчера на автобусной остановке расстались. Там и троллейбусы-то нечасто ходят, как же ее могла машина сбить?

– Пока не знаю, – пожал плечами Георгий. – Но тебе придется сообщить об этом Катрин… то есть Екатерине Васильевне. И еще я тебя попросить хотел: сможешь пока одна поработать? Это на несколько дней всего, пока я кого-нибудь не найду.

– Конечно-конечно, – закивала головой Диана, глотая слезы. – Не беспокойтесь, я поработаю.

Девушка вышла из кабинета и расплакалась в приемной. Конечно, отлынивать от своих обязанностей она совсем не собиралась. Но с Леной Павловой они не просто работали в терапевтическом кабинете под начальством молодого доктора Екатерины Васильевны.

Диана, как и Лена, приехала в Тарасов из глубинки. Именно поэтому обе девушки быстро нашли общий язык и подружились. Конечно, Екатерина Васильевна Дашкова тоже не отличалась высокомерностью или деспотичностью. Но то ли высшее образование давало о себе знать, то ли социальное положение мешало, только держалась она с медсестрами немного холодно и официально.

Правда, к Диане это в меньшей мере относилось: ее деревенская непосредственность и мягкий характер вызывали расположение даже посторонних людей. И в больнице ее сразу полюбили за доброту и поразительную работоспособность.

… Секретарша Люся растерянно заморгала: вроде бы еще минуту назад главврач был в отличном расположении духа. А тут вдруг с утра пораньше людей до слез доводит!

– Что случилось? – шепотом спросила она, присаживаясь рядом с девушкой на диван. – Возьми мой платок.

– Ленка умерла, – всхлипывая, ответила Диана.

Люся в ужасе прикрыла рот рукой и хотела спросить что-то еще. Но тут зазвонил телефон, она сорвалась с места и через секунду уверенным голосом принимала какую-то телефонограмму.

«Опять я всем мешаю и суматоху вокруг себя создаю, – с тоской подумала Диана и тихо вышла из кабинета. – Меня теперь Катрин обыскалась». От сознания того, что теперь ей придется еще не раз за этот день рассказывать о смерти подруги, девушке снова захотелось расплакаться. Но она взяла себя в руки: «Надо все процедуры сделать, а потом плакать. Не стоит думать только о себе».

Катрин с утра была в прекрасном расположении духа что-то напевала себе под нос.

– А, это ты, – повернулась она к двери, – привет! Можешь меня поздравить – я всю ночь праздновала открытие нового фонтана! Как у тебя дела? Что на выходных делала? – протараторила она на одном дыхании.

– Привет, – потухшим голосом ответила Диана.

– У тебя что-нибудь случилось? – Катрин перестала напевать.

– Не у меня. Лена Павлова умерла, – выдохнула девушка.

Катрин широко раскрыла глаза и выронила полировку, которой только что обрабатывала ногти:

– Как это умерла?

Диана повторила все, что знала об этом сама.

В конце рабочего дня идти в пустую квартиру совсем не хотелось. Поэтому девушка направилась в соседний подъезд, где жили ее дальние родственники – двоюродная бабушка и еще один ее внук. Вернее, жил там Игорь Костиков со своей гражданской женой Ириной, а баба Дуся у них бессрочно «гостила».

Надо сказать, Евдокия Тимофеевна Десятова вообще была личностью незаурядной. В деревне все считали, что баба Дуся чуть ли не царских кровей, и на самом деле эти слухи были недалеки от истины. Дело в том, что ее далекие предки носили совсем другую фамилию и назывались Глинскими. Но после какого-то бунта Иван Грозный сослал несколько дворянских семей подальше от столицы, лишив их разом и имущества, и фамилий, повелев называться им по номеру в списке. Кое-кому достались совсем неблагозвучные, так что Десятовы оказались почти счастливчиками.

Баба Дуся несколько лет назад, после смерти сестры, переехала в новую квартиру своего внучатого племянника в Тарасов из деревни Вражино. Как раз оттуда, откуда всего месяц назад приехала Диана.

С тех пор баба Дуся ни разу на родину не вырвалась, но всеми деревенскими делами интересовалась живо. Поэтому и связь с соседями и дальними родственниками она поддерживала регулярно: то позвонит в сельсовет, то письмо напишет на красивой белой бумаге.

Именно по этим отрывочным сведениям Диана знала, что работает баба Дуся в каком-то детективном агентстве и даже зарплату исправно получает. Потом оказалось, что агентство «ИКС» принадлежит этому самому бабы Дусиному внуку и расшифровывается как «Игорь Костиков. Сыск».

Но Диане пока никого искать не надо было, она просто шла к бабе Дусе, или, как ее ласково называли родные, Бабусе, чтобы поделиться своей печалью.

– Диана! Проходи скорее, – дверь открыла Ирина и пропустила девушку в квартиру.

– Даша пришла? – выглянула из кухни Бабуся. – Иди скорее, мы с Иришкой компот пьем.

Диана улыбнулась и вспомнила, как впервые пожилая родственница отреагировала на ее имя:

– Как-как?… Тьфу, ты! Ишь, что выдумали, супостаты! – рассердилась старушка. – Никогда я это не запомню. Буду тебя Дарьей звать, так привычнее, – мирно заключила она.

Диана со своей участью смирилась и спорить не стала – Дарья так Дарья, ничего с этим не поделаешь.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.