Нам нет преград [= Птица]

Антонов Антон Станиславович

Серия: Хорошо темперированный клавир [3]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Хорошо темперированный клавир — 3

И все эти годы я слышу, как колышется грудь,

И от её дыханья в окнах запотело стекло,

И мне не жалко того, что так бесконечен мой путь,

В её хрустальной спальне постоянно, постоянно светло…

Наутилус Помпилиус

— Купание детей в открытом водоёме — это смертельный номер: хождение по канату в клетке с хищными тиграми на высоте сто метров над уровнем суши, утыканной гвоздями и острыми кольями.

Так любил говаривать старший воспитатель пионерского лагеря «Буревестник», инструктируя вожатых на предмет водных процедур во вверенных им отрядах. При упоминании о «хищных тиграх» новички прыскали в кулак, но старожилы «Буревестника» прекрасно знали, что ничего смешного здесь нет. Ибо, купаясь в открытом водоёме, сиречь озере, неблагодарные и непослушные дети упорно норовили утонуть, а их родители наверняка не одобрили бы подобный результат летнего отдыха своих драгоценных чад.

Поэтому к каждому купанию лагерь готовился, как к крупномасштабной боевой операции особой сложности. Купальное пространство огораживалось сеткой и превращалось в лягушатник, бурливший от обилия детских тел. С воды за порядком наблюдал физрук, с берега — вожатые и штатный спасатель. Начальник лагеря тоже был где-то поблизости.

Естественно, в лягушатнике было тесно, а гвалт малолеток и девчоночий визг больно задевал чувства настоящих мужчин из старших отрядов. Особенно если учесть, что за сеткой разворачивалась роскошная панорама просторного и глубокого озера. Она манила к себе, она звала, и «настоящие мужчины» (среди которых попадались и девочки), разумеется, бегали купаться без разрешения на большую воду, называя это мероприятие взрослым словом «самоход».

А лето, как назло, стояло жаркое. На небе неделями ни облачка, на дворе июль — разгар купального сезона. То есть «самоходы» в старших отрядах случались каждый день. Кара за это развлечение полагалась самая радикальная — отправка домой. С первым пойманным вольным пловцом так и поступили, предварительно пропесочив его на планерке педсостава, а потом на утренней линейке. Нарушитель покинул «Буревестник» с гордо поднятой головой и сказал на прощание пророческие слова:

— Всех не перевыгоняете!

Пророчество сбылось. Следующего самоходчика извили через два дня, и педсостав смекнул, что выгонять его теперь — себе дороже. Ибо каждое исключение из лагеря — это чрезвычайное происшествие, а за ЧП, происходящие по три раза на неделе, непосредственное начальство по головке отнюдь не погладит.

Но Юрик Лебедев по прозвищу Птица нарывался всерьёз. Он курил, играл в карты, всячески хулиганил и не только сам ходил в самоходы, но и подбивал на это других.

На этот раз его голова маячила чуть ли не на середине озера и периодически исчезала из поля зрения наблюдателей, заставляя их сердца замирать и уходить в пятки. Птица плавал, как рыба, но мало кто об этом знал — в лягушатнике плавательные способности как-то нивелируются.

А сейчас Птица просто нырял, демонстрируя собравшимся на берегу свое умение оставаться под водой больше минуты.

Наябедничала на него, конечно, Нина Свечкина — разумеется, из лучших побуждений. Во-первых, она боялась, что Юрик утонет; во вторых, она искренне считала, что хороший пионер не должен купаться без разрешения; а в-третьих, она хотела сделать из Лебедева хорошего пионера. Исходя из этого, можно предположить, что Ниночка втайне была к Юрику неравнодушна. Впрочем, в лагере преобладала другая версия — Нина была гордостью дружины и отряда и считала своим пионерским долгом сделать всё для перевоспитания столь злостного нарушителя дисциплины, как Лебедев. Дело чести и священный долг.

Ребята уже побежали за физруком и начальником лагеря. Но вожатая Елена Юрьевна, более известная среди педсостава как Леночка, ждать не могла. Она отвечала за Юрика головой и поэтому, решительно сорвав с себя платье, ринулась в воду, крикнув своим более дисциплинированным подопечным, заполонившим берег в районе происшествия:

— Всем оставаться на берегу!

— Доброе утро, Елена Юрьевна, — поприветствовал вожатую Птица, когда она подплыла поближе. — Как спалось?

— И тебе не стыдно? — спросила Леночка в ответ. — Тебя ведь выгонят из лагеря.

— Правда?! — радостно вскричал Юрик. — меня выпустят из лягушатника в открытое море?

— Тебе сообщат в школу о твоём безобразном поведении.

— Я в ужасе, — заявил Юрик и погрузился в воду.

Леночка стала шарить руками в воде около себя. Нырять с открытыми глазами она не умела, а с закрытыми было бесполезно.

Юрик вынырнул через минуту, когда сердце Леночки в очередной раз ушло в пятки от ужаса, ибо вожатой представилось, что несчастный мальчик таки утонул, сраженный её словами.

Вынырнул он в нескольких сантиметрах от девушки. Их тела соприкоснулись, но Лена не обратила на это внимания. Она была просто счастлива, что Юрик выплыл на поверхность целый и невредимый.

— Хотите секрет? — спросил Птица, наклоняясь к её уху, и, не дожидаясь ответа, таинственно зашептал. — В школе прекрасно знают о моём безобразном поведении. Они ждут не дождутся, когда я кончу восьмой класс, чтобы выпереть меня оттуда. А так просто нельзя. У нас всеобщее среднее образование.

Сообщив это, он снова нырнул, но почти тут же вынырнул за спиной у вожатой. Она не придумала ничего лучше, чем продолжить беседу вопросом:

— А что скажут родители?

— У нас неблагополучная семья, — печально ответил Юрик. — Тяжёлое детство, деревянные игрушки. Мама давно махнула на меня рукой, — с неподдельной грустью закончил он.

— Хорошо, давай продолжим этот разговор на берегу, — предложила Леночка. — Во-первых, там удобнее, а во-вторых, сюда уже плывёт Геннадий Палыч на лодке. Ты ведь не хочешь, чтобы он вытащил тебя из воды за шиворот и доставил на берег с позором?

— Не хочу, — не меняя грустной интонации согласился Птица и тем же тоном добавил, — У вас купальник свалился.

Леночка не сразу поняла, о чём это он. А Юрик тем временем уже был под водой и как торпеда стремительно удалялся от вожатой, держа в руке её лифчик. Увлекшись разговорами о грустном, Леночка не заметила манипуляций за своей спиной, и Юрик легко развязал тесёмки бикини.

— Отдай, слышишь! — закричала Леночка, бросаясь в погоню.

Птица опять вынырнул совсем рядом с нею, и на этот раз она почувствовала прикосновение его мальчишеского тела к своей открытой груди. Леночка отстранилась и схватила Юрика за руки — но в руках лифчика уже не было.

— Знаешь, как это называется?! — чуть не плача закричала она.

— Знаю, — ответил Юрик всё так же спокойно. — Хулиганство. А мне всего тринадцать лет, какая жалость. И свидетелей нет, буквально ни одного.

Леночка машинально оглянулась. Действительно, и лодка с физруком, и берег, где число любопытствующих сильно возросло за эти несколько минут, находились слишком далеко, чтобы различать детали происходящего.

В этот момент Юрик обнял её и поцеловал в губы. В результате они оба ушли под воду, и Леночка оказалась лишена возможности адекватно отреагировать на эту наглость. К тому же она просто не решалась сопротивляться, боясь утопить своего визави.

Вынырнув, она молча отвернулась от Юрика, несколько секунд восстанавливала дыхание, а потом медленным размеренным брассом поплыла к берегу, целясь куда-то в сторону от толпы любопытных.

Спустя некоторое время Птица всплыл впереди неё и преградил путь. Он лежал на спине и лениво смещался в ту сторону, куда порывалась повернуть вожатая. К его ноге был привязан лифчик от Леночкиного бикини.

— Куда же вы, Елена Юрьевна? — поинтересовался он. — Заберите своё имущество. Оно мне ни к чему — я хулиган, а не вор.

Леночка сорвала своё имущество с чужой ноги, но надеть его оказалось делом непростым. Лена не умела держаться на воде, не пользуясь руками, а мелководье было слишком близко к берегу, где полно народу.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.