Вас никто не убивал

Браннер Джон

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Я придирчиво, как бы чужими глазами, просматривал отснятую пленку. Получилось в самом деле здорово! Она мертва вне всякого сомнения. Пожалуй, хватило бы и одного удара.

— Гарднер! Куда, к черту, девался Гарднер? Эй, кто-нибудь видел Гарднера?

Я вздохнул и выключил экран. Пленка замерла на том месте, где я стою нагнувшись, готовясь отрубить моей Дениз ноги. На миг в груди у меня похолодело, как и тогда, когда снимался этот эпизод, потому что наша бутафорская мастерская изготовила настолько похожий манекен Дениз, что ноги были точь-в-точь, как у живой. Впрочем моя мгновенная растерянность не нарушила общего эффекта.

Я зажег свет и поднялся с кресла. Черт побери шефа Крейна — не дал мне досмотреть до конца! Он поднимался по лестнице, сопя и отдуваясь, со злой физиономией и деревянной сигарой торчком во рту, — что тоже не предвещало добра. За шефом следовали две секретарши, похожие друг на друга, как близнецы: обе блондинки, обе красивые, у каждой в руках был магнитофон.

Крейн плюхнулся в кресло, которое я только что освободил, и ткнул искусственной сигарой в сторону экрана.

— Не знай я тебя, Джин, — заговорил он, — я мог бы надеяться, что ты просматриваешь эту дрянь, чтобы разобраться в своих недостатках. Но ты, небось, сидел, как всегда, и наслаждался своей гениальностью!

— По-вашему, это дрянь? — сказал я обиженно. — Скажите, шеф…

— Нет, ты лучше скажи, ты слышал последнюю сводку РТП?

Признаться, я смутился: сводку я не слышал. Но у меня не было оснований считать, что моя последняя передача изменила к худшему Результат Телевизионного Примера. Неужели какое-то катастрофическое падение и оттого хозяин так вспылил?

— Конечно, с тебя как с гуся вода! А ну-ка, девицы, включите оба магнитофона, пускай он услышит оценку!

Как всегда, корректные и, как всегда, холодные, девушки стали по обеим сторонам экрана и включили магнитофоны. Раздался голос Джада Логена, главного эксперта РТП. «На этой неделе телевизионная передача Джина Гарднера „КАК УБИВАТЬ ВРЕМЯ“ имела своим результатом 860 убийств, совершенных в течение 48 часов после демонстрации. Соответствующие цифры за ту же неделю в прошлом году — 721,4. Тема последней передачи — „убийство топором“».

Магнитофоны щелкнули и смолкли. Все еще не понимая причины гнева хозяина, но уже с некоторым облегчением я повернулся к нему:

— Так чем же это плохо? Назовите того, чья серия из недели в неделю вызывает такой неуклонный рост?

Но Крейн не был настроен уступать. Он снова сунул в рот свою деревяшку.

— Да, но тебе известно, на сколько выросло за этот год население только в черте города? На целых четыреста восемьдесят тысяч!

— Если вам угодно, шеф, чтобы я вернулся к Ланкастеру, вы прямо так и скажите! Все его передачи отстают на девяносто, а то и на сто РТП от моих! Впрочем, если бы вы присели и девушки тоже и просмотрели с начала до конца мою работу, то, может, мы бы вместе и нашли какой-то новый поворот.

— Что ж, стерплю еще разок, пожалуй. И вы садитесь! — скомандовал он девицам.

Я нажал кнопку дистанционного управления на ручке кресла и прокрутил фильм обратно до заглавных титров.

— Звук я выключил, чтоб не мешал, — сказал я. — Начну с названия. Моя фамилия, видите, белым, и слово «время» тоже белым. Все остальное кроваво-красным, так что читается: «КАК УБИВАТЬ время».

— А не лучше ли оставить только то, что красным, и вообще убрать белое, чтобы никто не мог ошибиться? — заметила одна из девиц.

— Идея! — согласился я. — Посоветуюсь с психологом сценарной группы. Боюсь, ему покажется слишком откровенным: одно только КАК УБИВАТЬ.

Секретарши засмеялись в один голос.

Я начал комментировать кадры: объяснил, что диалог сверен со справочником наиболее употребительных фраз и оборотов, что именно так разговаривают англичане в обычной жизни; что точность декораций и обстановки согласована с работниками социального обеспечения, которые посещают жителей на дому. И оружие здесь — как и во всех моих постановках — самое что ни на есть обыденное, какое каждый может свободно приобрести для себя, причем (я особо подчеркнул последнее) убийца настолько открыто совершает злодеяние, что закон легко обнаружит виновника и расправится с ним, благодаря чему не только жертва, но и злоумышленник будет способствовать уменьшению народонаселения.

— Мистер Гарднер, — сказала вторая девица, молчавшая до сих пор, — у вас во всех передачах фигурирует Дениз Делароз. А не лучше ли время от времени менять вашу жертву?

— Это мы и так делаем, — резко ответил я. — В каждой четвертой передаче мы показываем одновременно несколько убийств, в каждой третьей — жертва всегда мужчина. Прежде я сам исполнял иногда роль убитого, но потом перестал, так как это снижало цифры РТП. По психологическим причинам успех гораздо больше, когда жертвой становится красивая женщина. Ведь чем она привлекательнее, тем она… гм… как бы сказать… — Заметив, что девицы покраснели и заерзали в креслах, я закончил деликатно: — Тем скорее она может способствовать увеличению населения. Вот почему мы подчеркиваем, что привлекательные женщины представляют наиболее реальную опасность.

Я взглянул на Крейна, и сердце мое оборвалось. Видимо, замечание секретарши показалось ему не лишенным смысла.

— Сколько раз вы убивали Дениз за последние месяцы? — грозно спросил он.

Скрыть я не посмел.

— Двенадцать раз за шесть месяцев, а помимо того, она погибала и при массовых убийствах. Но Дениз — великолепная актриса, — поспешно добавил я, и мы всячески стараемся разнообразить ее роли.

— Это само собой. Ну а, по сути, сильно ли твоя нынешняя передача отличается от предыдущей?

С меня уже пот катился градом.

— Слишком большого разнообразия мы не можем себе позволить. Ведь наша цель — заставить максимальное количество зрителей увидеть в нас себя самих. Ради этого мы изображаем жителей самых густо населенных районов и представителей тех профессий, где просто зверская конкуренция.

— Ладно, Джин, пока пусть так все остается, — сказал Крейн. — Поверь, я не ставлю под сомнение ни твои способности, ни результаты твоей работы. Я лишь ищу способ, как повысить РТП. Вот бы нам шагнуть за тысячу!

Да, если бы я первый добился такой волшебной цифры, это было бы достижением! Я едва улыбнулся.

— Спасибо, шеф. И все же мы и так далеко шагнули, если вы помните, с чего мы начинали.

Еще бы он не помнил! Сорок два РТП! В первой передаче мы показали отравление, и сам выбор способа явился ошибкой. Во второй мы уже не стали фокусничать, а показали убийство ножом, и за двое суток после демонстрации в черте города было зарегистрировано восемьдесят пять убийств ножом мясника, то есть РТП — на сто процентов выше. А еще через неделю мы оставили позади и эту цифру и больше никогда к ней не возвращались.

Уже в дверях Крейн обернулся и сказал:

— Джин, а следующая тема будет какая? Хотелось бы знать заранее. Завтра в десять утра у меня совещание. Рекламодатели хотят включить твой номер в свою программу. Думаю, тебе надо присутствовать. Приходи!

Мне оставалось изобразить полный восторг.

Из всех благ, какие принес мне успех телепередач, я дорожил немногими, не говоря, разумеется, о Дениз, составлявшей для меня все. Но одним из них была моя машина. Я радовался, что не надо больше воевать за место или с боем влезать в автобус. В этот вечер, посадив обычных пассажиров — двух сотрудников, живущих неподалеку от меня, — я вывел машину со стоянки и пристроился в хвосте, двигавшемся к перекрестку Плейн и Пятнадцатой.

— Сперва заедем за Дениз, — пояснил я спутникам.

Вначале мы ехали, можно сказать, быстро: двенадцать миль в час. Но, попав, как всегда, в затор возле Десятой, уже двигались ползком. Внезапно на тротуаре, забитом пешеходами, какой-то тип заметил, что место рядом со мной в машине свободно. Он подбежал и постучал в окно. Слов его я не слышал: машина моя звуконепроницаема, но другие праздношатающиеся услышали, и за десяток секунд образовалась толпа, наверно, в тысячу человек. Впрочем, я сохранял спокойствие: уж если толпа стала мешать уличному движению, полиция не заставит себя ждать. Так и произошло. Несколько выстрелов из автоматов отогнали людей обратно на тротуар, только человек шесть, растоптанных при беге, осталось лежать на мостовой да еще тот, кто затеял всю эту кутерьму, упорно не уходил и, указывая на меня, что-то кричал полицейским.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.