Профессия

Ронберг Тони

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Профессия (Ронберг Тони)

Тони Ронберг

ПРОФЕССИЯ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1. ТУМАН

         В ноябре на столицу упал туман. Белое облако накрыло город по самые крыши многоэтажек, примяло стены, прилипло к стеклам офисов, разбросало машины по дорогам. И не уходило.

         Такого тумана город еще не знал. Самолетам не давали посадку, автомобили сталкивались в тумане и врезались в придорожные столбы.

         И в этом катастрофическом тумане она мне позвонила. И я прыгнул в авто и понесся – на звук ее туманного голоса. Кажется, ехал по встречной полосе, кто-то сигналил, светофоры все, как один, показывали белый свет.

         Я открыл дверь подъезда своим ключом и поднялся на восьмой. Позвонил, и она открыла так быстро, словно ждала меня около двери...

         Она всегда выглядит так, как будто слегка нездорова, озябла или сосредоточена на чем-то. Кажется, что от обычной жизни ее отвлекает мысль о чем-то необычном, что никак не дает ей покоя.

         Запахнула полы жакета и отступила, пропуская меня в квартиру. Одета дорого, но тоже как-то наспех – словно только что вернулась в обновках из бутика или собирается вечером выйти в свет, но еще не уверена, что именно в этом. Брючный костюм изящен, но... запахнут наглухо.

         У нее вытянутое лицо, бледное, с чуть розоватыми пятнами на скулах. Пепельные светлые волосы, обрамляющие овал мягкими линиями волнистых прядей. Серые глаза. Полные губы... губы... губы...

– Не смотри на меня так! – отступает она еще дальше.

         Ее зовут Эльза. Не Елизавета Георгиевна, как в паспорте, а Эльза... Генриховна, кажется. И по национальности она немка. Из русских, правда, немцев. Русская, но немка.

– Туман ужасный, – говорю я и сажусь в кресло.

– Да.

         Она подходит к окну и опирается руками о подоконник. За окном – белое облако.

– Не боишься? – спрашиваю я.

– Природных явлений? Или киллеров?

– Что мужу расскажут о моем визите...

– Пусть расскажут. Он знает, что я не занимаюсь с тобой сексом. Я не люблю секс. Мне этого не нужно.

         В ее фразе слово «секс» можно заменить на «кефир». Я не пью кефир. Я не люблю кефир. Кефир мне не кажется вкусным. Или на «метро». Я не пользуюсь метро. Мне не нравится метро. Я обхожусь без метро.

         Спицын уверен, что его жена – холодная женщина. Но я знаю, что она опытная, страстная, жгучая даже в тумане. Я обожаю ее! Обожаю...

– А где Спицын?

– В Нью-Йорке. Позавчера улетел, несмотря на туман.

– И что ты делала эти два дня... без него?

– То же, что и с ним. Работала, спала, немного ела... Как обычно, дорогой.

         «Дорогой» – это тоже просто так, привычно. Хотя, действительно, я дорогой мужчина. Мой автомобиль стоит сто тысяч долларов. Но, называя меня дорогим, она не вкладывает в это слово ни понимания моей ценности, ни душевной теплоты. Может, потому что автомобиль Спицына стоит триста тысяч. И потому что он – ее муж.

– Как твои курсы? – интересуюсь я вежливо.

         Для нее гендерный аспект – краеугольный камень мироощущения, поэтому я стабильно интересуюсь степенью ее реализации в социуме.

– Это не курсы. Это бизнес-школа британского университета.

         Если ей это помогает... почему нет? Даже Спицын не против.

– А твои дела?

– Гут.

– Ни о чем не мечтаешь?

– Только о том, чтобы Бог послал Спицыну побольше фрикеров.

– Кто такие?

– Хакеры телефонных сетей.

         Спицын – владелец крупнейшей мобильной сети в стране. 

– Как диггеры?

– Умница!

         Она, действительно, умница. И красавица. И тьютор бизнес-школы. Как много мы знаем новых слов, которые никак не выражают сути нашей жизни.

– Отчего туман такой? – спрашивает вдруг она. – Уже зима должна быть... 

– Зачем ты мне позвонила?

– Соскучилась.

– А Спицын?

– Он – нет.

– Как у вас?

– Обычно, – она улыбается. – Нормально. Жить можно. Дачу перестраивает. Пол с подогревом планирует. Вчера дизайнер приходил. Скучно это...

         Ей тридцать два года. Она хочет ребенка. Но не от Спицына. И, наверное, не от меня.

– Ты выглядишь усталой.

– Спасибо.

         Непонятно, зачем позвала меня. Чувствую только, что тяжесть от ее разговора спускается от сердца все ниже.

– Эльза, это тяжело очень...

– Что именно?

– Носить этот туман на плечах.

         И снова она улыбается.

– У всех так. Только одни носят туман, а другие – звезды. 

– Ты думала обо мне?

         Она молчит. Я подхожу и отрываю ее от белой пелены за окном.

– Я хочу тебя!

– Странная реакция.

– Есть препятствия?

– Я снотворного купила. Два пузырька.

– Зачем?

– Чтобы отравиться.

– Когда?

– Не знаю. В ближайшее время.

– Хоть позвони – попрощаемся.

– Ну вот я и позвонила...

– Дура!

         Никакая она не умница. И не красавица. Обычная психопатка, измученная неудовлетворенностью. Бледная поганка...

– Развестись не хочешь?

– А зачем? Мы и так не видимся. Он работает по полуночи. И встает в шесть утра.

         Да, Спицын всегда был маниакальным трудоголиком.

– И начнется это все: тебе – мне. Разводы, разделы, адвокаты...

– Я сам адвокат.

– Не в этом дело.

         Она словно тает в моих объятиях. Я перестаю ее чувствовать. Она обнимает меня, а я ощущаю только туман, приникающий ко мне все ближе. И до утра мы барахтаемся в этом тумане, выброшенные за границы реальности.

         А утром звонит мой мобильный, и я тянусь за ним, продолжая целовать ее плечи...

– С тобой все нормально, Илья? – спрашивает Маша.

– Не совсем. Небольшая авария.

         И предупреждаю ее вскрик, глядя на голую Эльзу.

– Ничего страшного. Сейчас машину починю и встретимся...

– Сволочь! – говорит на это Эльза, когда я отключаю мобильный. – Лжец. Пошляк. И бабник. Презираю мужчин. Грубые животные. Бездуховные, похотливые твари. Человечество совсем скоро сможет обходиться без мужчин. Вырожденцы! Дегенераты – все, как один! Жлобы бесчувственные!

         Я целую ее злые губы и поднимаюсь.

– Спицыну это скажешь. И привет от меня можешь передать.

– Пошел ты!!!

2. «ГАЛАКТИКА»

         Один из двоих говорит невнятно. Я не вижу ни того, ни другого, но у того, кто сидит дальше от меня, громкий голос и четкая дикция.

– Это дело на миллион. Ты понимаешь?

– Бу-бу, – отвечает его компаньон.

– И это очень опасное дело.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.