Спасатель

Романченко Вячеслав

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Рассказы из серии «Сталкер»

Чистота кабинета действовала мне на нервы ничуть не меньше, чем его хозяева. Правда этого я видел впервые. Вглядевшись мне в глаза, он бросил конвоиру:

— Снимите браслеты.

Сержант звякнул ключами, и встал за спиной, с дубинкой-шокером наизготовку. Я потер затекшие запястья.

— Садитесь. — кивок в сторону стула.

Я поудобнее устроился, скрестив руки на груди. Он изучающе смотрел на меня. Как-то странно смотрел. Те, кто пытался колоть меня раньше, смотрели по другому: с ненавистью, со злобой, как на тварь из Зоны… А в его взгляде ничего подобного не было. Плохо. Плохо, когда не знаешь какой пакости ждать от человека. И это обращение на «вы»…

— Вас уже не впервые задерживают, так? — наконец сказал он — Надо заметить, что вам чертовски везет… неоднократно выбираться из Зоны живым-невредимым, с уловом, и не поймать при этом пулю патрульного — этим может похвастать далеко не каждый сталкер.

Я пожал плечами. Тут он, конечно, прав. Иногда не знаешь, что опаснее — твари и другие дьявольские порождения Зоны, или солдатики с блокпостов, которые со страху поливают из турельных шестиствольников все, что хоть чуть-чуть шевелится… Шрам на спине знакомо заныл.

— Что вам от меня нужно?

— Хм… Не любите терять время? Я думал, что сталкеры более терпеливы. В Зоне торопиться нельзя.

— Вы бывали в Зоне? — мой вопрос прозвучал резче и прохладнее, чем хотелось. Он отвел взгляд. — Вижу, что нет. Тогда мой вам совет: поменьше говорите о том, что можно, и чего нельзя в Зоне.

Он промолчал. И снова взглянул мне в глаза. С любопытством, и… уважением.

— Скажите, как далеко вы заходили… туда?

— Вас интересует какой-то конкретный объект? Или артефакты?

— Меня интересует… ну… многое.

— А конкретнее? — я откинулся на спинку стула, решив держаться понаглее. — Не люблю беспредметных разговоров, знаете ли. Если уж подняли меня с нар на ночь глядя, то явно не для философских бесед… Это во-первых. Во-вторых — вы не похожи на эсбэшника. Так что давайте начистоту. Кто вы?

Сержант за спиной тихо хмыкнул.

— А почему вы решили, что я не из Службы Безопасности? — он смотрел на меня, слегка склонив голову набок. — То, что я не обещаю сгноить вас, подвесить за яйца, как те, кто допрашивал вас раньше, еще не означает, что… В Службе есть разные подразделения и служат в них разные люди. А что касается философских бесед… Знаете, мне хотелось бы поговорить и на эту тему. Мне о многом хотелось бы с вами поговорить.

— Что, решили завербовать меня на свою сторону? Или…

— Не совсем. — он едва улыбнулся, глаза оставались серьезными. — Но кое в чем вы правы. Да, нам нужно, чтобы мы с вами поработали вместе.

Интересно. Не «поработали на нас» а «вместе». Своей, покрытой шрамами, и прочими отметинами Зоны шкурой, я чувствовал подвох и опасность. Как будто шел по незнакомому, но наверняка гиблому месту. Ладно. Не впервой.

— Поработали вместе, говорите… Над чем? И на каких условиях? — Если вы согласитесь с нами сотрудничать, с вас будут сняты все обвинения, и дело закроют. В случае успеха. А кроме того — получите солидные премиальные. Да, вы не ослышались. Не только амнистия, но и деньги тоже… Ну как, мне удалось немного заинтересовать вас? Поговорим?

— Поговорим… — я кивнул.

Да, выбраться отсюда было бы неплохо. Особенно если учесть, что попался я уже далеко не первый раз, и добро, с которым меня повязали, потянет лет на восемь… А учитывая еще и отягчающие обстоятельства — так и на все десять. Но ведь Им наверняка надо что-то особенное… особенно смертельное. Черт, так что же им надо-то, а?

— Заинтересовали, поговорим. Только уберите эту гориллу у меня из-за спины. Не беспокойтесь, глупостей делать я не собираюсь. Просто не люблю, когда у меня за спиной есть кто-то или что-то агрессивно настроенное.

— Сержант, выйдите и подождите за дверью.

— Не имею права, инструк… — попытался было возразить мой конвоир.

— Сержант, вы сейчас выйдете, и подождете за дверью!

Он сделал ударение на слове «выйдете» не повышая голоса, но сказал это таким не терпящим возражений тоном, что сержант в мгновение ока вымелся из кабинета.

Я с интересом разглядывал своего собеседника. Короткая стрижка, не особенно запоминающееся лицо…

— Вы всегда так обостренно чувствуете агрессию? — он наклонился ко мне.

— Без этого в Зоне не выжить. — я пожал плечами.

Мне совершенно расхотелось ему грубить, тем более что он не делал ничего такого… Он вообще был не таким, как остальные эсбэшники, в следственном изоляторе которых я «гостил» уже почти четыре месяца. Кроме шрамов, Зона наградила меня еще и обостренным, почти сверхъестественным с точки зрения обычного человека чутьем. Те, кто меня допрашивал раньше, просто-таки излучали ненависть, агрессию, желание причинить боль. Будто Зона — радиацию. Поставь рядом счетчик Гейгера — щелкать начнет. А он — нет. Я почувствовал совершенно другое. Он смотрел на меня… с какой-то надеждой. И уважением. Настоящим. Не показным. И я решился.

— Вот только с вами… немного необычно. — помолчав, произнес я.

— Что именно?

— Вы не агрессивны по отношению ко мне. И это не совсем укладывается в тот вариант, который мне представлялся пару минут назад.

— Вы подумали, что нужны нам только как кукла? Пройти и гробануться в определенном месте?

— Да.

— Понимаю… Что ж, у вас есть все основания так думать. Тем более прецеденты были. Но сейчас… Кое-что изменилось, поверьте. И я заинтересован, очень заинтересован в вашем успешном возвращении. — он несколько секунд помолчал, видимо, собираясь с мыслями. — Ладно, давайте по порядку. Хоть времени у нас не так уж и много.

Моего собеседника звали Владимир Николаевич. Или полковник Чалый. Начальник одного из управлений военной разведки — ни много, ни мало. Рассказывал он четко и информативно.

Сутки назад в Зону ушла группа ученых и военных сталкеров. Группа большая — двадцать один человек. Техникой были навьючены сверх всякой меры. Вышли на трех БТР-ах, плюс еще одна спецмашина — что-то типа бронированной грузовой платформы. Задача — исследовать заброшенный НИИ, а точнее — один из его корпусов, (я тихо присвистнул — гиблое место, комплекс здоровенный, и дряни там немерено, сам оттуда едва ноги унес). Найти на его территории автоматическую разведывательную станцию, отправленную туда неделей раньше, кое-что из оборудования потерянного при Второй катастрофе, и, самое главное — попытаться вывезти один из Черных Камней (о, господи! только этого не хватало…).

На все про все им было отведено двенадцать часов. Плюс три — резервных, на всякий случай. Радиосвязь в Зоне работала по своим, абсолютно непонятным законам, поэтому на нее не слишком надеялись. Время шло, но группа не появлялась. Было принято решение высылать спасателей. Сейчас с момента выхода группы прошло девятнадцать часов. И спасателям нужен был проводник. Тут я кое-что понял, и перебил полковника.

— Стоп, минутку. Проводник? Вы кого туда хотите послать — спецназовцев?

— Да, а что?

— Забудьте. Они никого не спасут, и сами погибнут. Потому что привыкли сначала стрелять, а потом думать. И Зону толком не знают. Почему бы не отправить туда ваших сталкеров — военных?

Он смотрел в стол перед собой, и заговорил резко, отрывисто.

— Некого отправлять… Я не должен вам этого говорить, но… У нас серьезные потери. Очень серьезные. За последние полтора месяца… в общем раньше такого не было. Такое впечатление, что Зона просто выбивает военных сталкеров. Целенаправленно. Избирательно. Практически пятьдесят процентов наших парней лежит в госпиталях с ранениями различной степени тяжести. Многие уже никогда не пойдут в Зону — стали инвалидами. Вторая половина… Разделите и ее надвое. Погибшие, и те, кто остался в строю. Самые опытные ушли в составе этой пропавшей группы. Десять человек. — полковник сжал кулаки так, что побелели пальцы. — Черт возьми, у меня сейчас осталось всего восемь ребят… и все — зеленые… один-два выхода в Зону… максимум три… Они там много не навоюют…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.