На грани

Белая Лилия

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Не смотря на то что небо было затянуто тучами и моросил дождь, выйдя из самолета, окунаешься в жуткую духоту. Я вздохнула с мыслью, что надо было ещё в самолете, перед посадкой, переодеться в шорты. Подойдя к паспортному контролю, я мысленно попросила всех богов, что бы меня не пропустили в страну.

- Welcome, - с жутким акцентом, улыбаясь, сказал мужчина, ставя в паспорт печать.

- Тhanks, - ответила я.

Мне не нужно было ждать свой багаж, у меня с собой всего лишь одна сумка, которую я перевесила через плечо и направилась к выходу.

- Госпажа, рад вас приветствовать на родине, - мужчина поклонился мне. Меня уже жутко раздражает эта традиция. Я игнорировала моего сопровождающего, хотя прекрасно говорила на китайском. Правда присутствовал небольшое акцент немецкого.
- Ваш дедушка будет рад вас видеть.

Я чуть скривила губы, идя следом к машине. Мой дед. Его я не видела в принципе. Он отказался от мамы, за то что она ослушалась его и сбежала вместе с отцом. Ну конечно, как же, единственная дочь и наследница, самого господина Гуауэй вышла за муж за простого юриста, да ещё и немца! Он даже на её похороны не приехал. Мне тогда года четыре было, поэтому я почти ничего не помню, но по папиным рассказам, мама была очень доброй и жизнерадостной. Жаль я не в неё.

- Прошу, - мы остановились напротив лимузина. Я кинула сумку на сиденье и уже собиралась сесть, как почувствовала знакомые, сладковатые нотки запаха смерти. Подняв глаза, через дорогу, я увидела, как прямо на меня смотрит парень лет восемнадцати. Черные, как вороное крыло волосы, в продуманном беспорядке, спускались на плечи и челка чуть прикрывала черные глаза. Он стоял, облокотившись на очень дорогой Мерседес и спокойно за мной наблюдал. Не обратив на него сильного внимания, я села в машину с затемненными стеклами.
- Вы не голодны?

- Нет, - я опустила голову на стекло. Странное ощущение. Вроде бы я здесь родилась, но сразу после этого мы уехали отсюда. Я потерла глаза, всё таки перелет с Берлина в Гонконг, хоть и первым классом, всё равно тяжело. Не понятно было одно, зачем папа меня отправил сюда? Он сказал, что дед мне всё объяснит, но я не хочу видеть того, кто так поступил с собственной дочерью. Хотя если уж признаться самой себе, то я боюсь. Очень боюсь.

Молодой человек подкурил сигарету и выдохнул тонкую струйку дыма. Он специально приехал в аэропорт, что бы посмотреть на внучку Гуауэя. Девушка не обращала ни на кого внимания, пока её сопровождал цепной пес её деда, который хмуро посмотрел на парня и чуть кивнул головой, приветствуя его. Но он не обратил на это внимания. Он наблюдал за девушкой, одетую, во все черное.

- Хм, - усмехнулся он, - всё-таки ты похожа на мать.

У девушки больше восточный тип лица, стройная фигура, но рост выше, чем у азиаток. Темные, прямые волосы, правда глаза европейские, но немного миндалевидные. Она выглядела хрупкой и печальной, от неё шли небольшие всполохи страха. Но перед тем, как сесть в машину девушка чуть дернула носом и резко подняла на него глаза. Глаза. Парень ни разу не видел такого цвета глаз. Словно серебряный туман окутал зрачки и золотыми искрами переливался, как плавленое серебро на солнце.

- Красивая, малышка, - скривил он губы в ухмылке, провожая взглядом автомобиль.

Я с интересом наблюдала за городом. Всё-таки он не такой, как Берлин. В Гонконге всё не так. Огромные небоскребы странно сочетаются со старинными улочками. Хотя о чем тут говорить, конечно, красиво всё, но от этого на душе не легче. Наконец проехав центр, мы остановились в дорогом районе, напротив дворца.

- Дедушка не нищенствует, - тихо пробубнила я.

- Лао Гуауэй один из самых уважаемых чиновников и отцов рода, а ваш род относится к династии Чжоу это великая честь, госпожа Мейлин.

- Угу, - буркнула я.

Не люблю я свое второе имя. Мейлин на китайском - красивая, а я себя такой не считаю, да и вообще меня всё тут злит и раздражает. Передо мной открылись врата, как только мы к ним подошли. Двое охранников тут же склонились в приветствии и так делали все, кто попадался на нашем пути, пока я шла вслед за шофером.

- А почему кругом мужчины и нет ни одной женщины?
- тихо спросила я.

- Таковы традиции, они должны заниматься своими делами. Женщина не достойна уважения, если не родила сына, а ваша бабушка Суя….

- Не продолжай.

- Как хотите госпожа, - я опустила глаза в пол. Слишком много взглядов на меня было брошено, когда я проходила мимо. Глупые традиции. Папа говорил, что дед развелся с бабушкой, еще далеко до моего рождения. Она смогла дать ему только маму, что его совсем не обрадовало. Они ещё в течение нескольких лет старались родить сына, но не вышло. Дед заводил себе наложниц, но те больше не рожали. Я не по-доброму хмыкнула. Странная страна, на дворе двадцать первый век, а традиции средневековья. Мужчина не в состоянии оплодотворить, а позор ложиться на женщину.

В нос ударил запах благовоний и шофер открыл передо мной резные двери с тигром. В полумраке огромной комнаты, на пьедестале, словно троне, сидел мужчина, лет шестидесяти. Морщины на его лице отражали суровый взгляд и нахмуренные брови. Белые волосы были вплетены в косу, а рядом стояло двое человек с такими же хмурыми лицами. Я почувствовала себя очень неудобно, но казаться трусихой не буду, хоть и страшно. Я смело смотрела в глаза деду, пытаясь вложить всё презрение, на которое способна. Он отказался от жены, от дочери, от меня и даже не приехал на похороны. Такой человек хорошим быть не может!

- Как вы доехали?
- надо же, он даже не ко мне обратился.

- Хорошо Господин, правда я не один был.

- Я знаю, ему было интересно, - губы мужчины тронула легкая улыбка, - она хорошо говорит на китайском?

- Можно и меня об этом спросить, если что, то я тут рядом стою.

Дед глянул на меня, нахмурив брови, а на лица двоих мужчин, стоявших рядом я не стала смотреть.

- Как я вижу, твоим воспитанием никто не занимался, - даже не вопрос, а утверждение. Хотя папа старался и я даже закончила школу для юных леди, объяснять этому человеку не собираюсь.

- А кому было им заниматься? Мама же умерла!
- я с негодованием и обвинением в глазах, смотрела на деда. Странное состояние. Я по натуре тихая и спокойная. Думаю, что даже замкнутая, но почему сейчас грублю, сама не знаю.

- Это её упущение, - голос был холодный, как снег на вершинах гор, - она всегда пренебрегала традициями, даже не смогла дать ребенку основы воспитания.

- Не сссмей так говорить о ней!
- я чуть прошипела. Так всегда бывает, когда говорят плохо о маме или папе. Голос у меня опускается чуть ли не до змеиного шипения.

- О ней я буду говорить, как посчитаю нужным!

Сталь в голосе раздражала и пугала, казалось что-то пытается подавить во мне протест. С усилием, я скинула с себя это наваждение, не отводя прямого взгляда от деда. Наверняка это его авторитет и внутренняя сила так воздействуют. Я постаралась успокоится.

- Что вам от меня нужно?
- выдавила я из себя.

- Я решил не тратить остатки нашей благородной крови, - он чуть скривил губы, - хоть и разбавленной. Ты на месяц уедешь к госпоже Сиань. Там она обучит тебя этикету и нашим традициям. Заодно тебя подготовят в школу. Тут ты закончишь своё образование.

Я хотела спросить с чего это вдруг спустя шестнадцать лет он вспомнил обо мне, но дед поднялся со своего места. Мужчины ушли следом, не обратив на меня и взгляда, будто прокаженная. А я осталась вместе с шофером в пустом помещении.

- Госпожа, я отвезу вас, - он жестом показал мне обратную дорогу.

Мне стало очень обидно. Даже захотелось заплакать. Я ведь столько времени в дороге, устала и чувства одиночества буквально захлестывает. Глубоко вздохнув, я сжала кулаки, втыкая ногти в ладони. Боль всегда отвлекает от слез.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.